Чтение онлайн

Лебедева попробовала было возмутиться по этому поводу, но Ладыгин только отмахнулся. Дескать, со временем появится в поселке санитарная служба, а до этого ее функции должны быть разделены между руководителями. Если кому не нравится, места много, в Андреевском никого насильно не держат. А коль скоро находитесь здесь, будьте добры исполнять свои обязанности.

Вообще-то поначалу Лебедева вполне серьезно подумывала об отшельничьей жизни. Собиралась получить некоторые навыки по выживанию, а потом уйти из поселка и устраивать свою судьбу самостоятельно. У нее даже имелся план действий.

Перво-наперво она позаботилась о компенсации родителям сбитой ею девочки, переписав на них свою квартиру со всем имуществом. Разумеется, кроме личных вещей, которые вывез Ладыгин. Кстати, сделал он это совершенно бестолково. Но хотя бы с квартирой не оплошал, и то радует.

Вторым пунктом числилась переправка денег на эту сторону. Раз уж они имеют хождение и здесь. Как ни странно, но у нее скопилась солидная сумма, были и драгоценности, которые хранились у подруги. Она в общем-то предполагала, что ее могут арестовать, как и ее счета. Понимала, что и в банке возникнут сложности со снятием наличных. Поэтому и предприняла меры предосторожности. Не оставлять же все без присмотра в пустой квартире.

Нет, она делала это не для себя. Вот о себе-то она в этот момент как раз меньше всего думала. Но она все еще надеялась, что потерпевшая сторона согласится принять от нее хоть какую-то компенсацию за погибшую девочку. И именно на этот случай предприняла меры.

У нее ничего не получилось, а вот Ладыгин сумел все организовать. Впрочем, могло ли выйти по-другому у этого наглого и циничного типа? Что-то сомнительно. Для достижения своей цели он способен как изворачиваться змеей, так и сокрушать любые преграды, словно кабан.

Далее, имея деньги, Лебедева вполне могла обустроить собственную усадьбу. Разумеется, она не была настолько сумасшедшей, чтобы забираться слишком далеко от людей. Тем более она собиралась продолжать врачебную деятельность. Жить-то на что-то нужно.

Вот только этим ее планам не дано было осуществиться. Нет, деньги у нее имелись и сейчас. Мало того, ее зарплаты хватало с избытком, даже откладывала, увеличивая свои сбережения. Просто тратить тут особо некуда. Так вот, ее средств вполне хватило бы на обустройство небольшой усадьбы, эдак километрах в пяти от поселка. С одной стороны, вроде и не так далеко, а с другой, по местным меркам, и не близко.

Но чем обстоятельнее она знакомилась с новым миром, тем больше понимала, что подобное отшельничество сродни только изощренному самоубийству. Тут уж одно из двух: либо решаться жить дальше, либо просто пустить себе пулю в лоб. Благо изобретать ничего не придется, потому что наряду с карабином ей полагался и ТТ. Остается только приставить к виску и нажать на спуск.

Еще совсем недавно она, возможно, так бы и поступила. Но так уж случилось, что ее попросту выдернули из прошлой жизни и всучили в руки новую. И она решила жить. Ну а раз уж так, то о самоубийстве – как о простом, так и об изощренном – пришлось позабыть…

Наталья осмотрела себя в большом зеркале. Нда-а. Нет, все замечательно. Девушка, глядевшая на нее, ей самой очень даже нравилась, да и чего там, вызывала чувство гордости. Вот только легкое платьице, сумочка в руке, а на талии пояс с кобурой, из которой торчит ТТ, да плюс ко всему еще и пристегнутая рация – как бы это помягче сказать? – все это выглядело несколько не гармонично, а уж что касается цвета…

Но, наученная горьким опытом, слава богу чужим, она не собиралась расслабляться и прятать эти вещи в сумочку. Ладно рация, но поди достань оттуда ТТ…

Каждый житель поселка был обязан иметь при себе оружие и даже дома всегда держать его под рукой. Имеющим в собственности пистолет разрешалось ходить с ним в пределах поселка. Выезд же за периметр без длинного ствола был попросту запрещен.

Что же касается рации, так она вообще не имела права с ней расставаться. Даже ночью та была включена и находилась поблизости, переключенная на тревожную частоту. Так что выбор невелик. Впрочем, здесь это уже давно воспринималось вполне нормально. Ничего. В клубе при входе есть стеллажи и пирамида, где можно спокойно оставить свое оружие. Случаев воровства там пока что не наблюдалось.

Клуб находился в центре поселка и представлял собой эдакий квадрат, составленный из вагончиков. В них располагались: небольшой кинотеатр, библиотека, игровые автоматы, бильярд, настольный теннис. Ну и танцевальная площадка в центральном дворике, разумеется перекрытом, а поэтому пригодном к использованию даже в зимнюю пору.

Все же хорошо потрудились поселенцы. Мало того что за сравнительно короткий срок успели освоить такой большой объем работ, так еще и выполнили все качественно. Никакая халтура или что-либо временное здесь не могли пройти. Спрос был строжайшим. Руководство не скупилось ни на инструмент, ни на материалы, но и требовало по полной.

Ага. Вот и Вика со своим женихом. Вообще-то на Колонии оформить отношения проще простого. Достаточно появиться в администрации и сделать соответствующую запись, никаких испытательных сроков или очередей. Но не все так просто.

Во-первых, никто не позволит молодым зажать свадьбу. Пусть она и не первая в поселке, но народу здесь все еще мало, а потому погулять соберутся все, кроме дежурных. Во-вторых, молодой семье где-то нужно жить, а блоки общежития для этого подходят меньше всего. Так что администрации в любом случае нужна пауза в пару-тройку дней, чтобы не ударить в грязь лицом и исполнить свои обещания.

Конечно, в случае с Викой в подобной паузе не было никакой необходимости. Цыганова, как врач, была обеспечена точно таким же домом, что и Лебедева. Они даже проживали по соседству. Естественно, со временем семья может и увеличиться, но в том-то и прелесть модульных домов, что нарастить любое количество комнат не составит никакого труда. А вот вопрос со свадьбой оставался открытым, и тут уж им никто попускать не собирался.

Будущие молодожены как раз в это время танцевали в центре зала, не обращая внимания на окружающих. Ну прямо два голубка. Нет, точно красавица и чудовище. Взгляд скользнул в сторону. У стойки бара о чем-то весело перешептывались три жрицы любви, все время косясь в сторону бывшей товарки. Шали-ишь! Все же голубки. Вон сколько зависти, хотя и стараются казаться разбитными и равнодушными.