Ключ
Шрифт:
ЕРШОВ. В половине квартир дверей нет.
СЕМЕНОВ. И дверей нет – вот Сашка подсказывает… Как не знала, когда Люська еще прибегала ругаться… Да ты… Да я… (Аккуратно положил трубку на стол. Ершовым.) Огонь!… (Подошел к окну, отодвинул штору, полюбовался пейзажем). Прекрасное в этом году лето! Но дождей маловато, в тундре грибов не будет… (Покосился на трубку, со вздохом). Зато ягоды будут сладкие…
Звонит второй аппарат. СЕМЕНОВ быстро поднимает трубку и тут же опускает ее на рычаги.
Знаете, что самое трудное в семейной жизни? Умение выслушать друг друга, так сказать, до конца!… (Слушает жену), Вот язва! Да ты… Ну, понял, понял! Я же позвонил, чтобы извиниться! Вот Сашка и Женя радом стоят, не дадут соврать!… Привет она вам передает.
ЕРШОВ. Спасибо, ей тоже.
СЕМЕНОВ. Они тоже передают тебе привет. (Ершовым).И вам спасибо. (В трубку). Все? Ну, целую тебя, моя… (оглянулся на Ершовых, чуть отвернулся) рыбка!… (Положил трубку). Ну и утро сегодня… суматошное!… (С деловым видом), Так, друзья мои, вы зачем пришли?
ЕРШОВ. Мы? А как ты думаешь?
СЕМЕНОВ. Никак не думаю.
ЕРШОВ. На тебя посмотреть!
СЕМЕНОВ. Посмотрели? Тогда – привет! Сейчас из райкома будут звонить, а у меня еще… (Разбирает бумаги).
ЖЕНЯ (мужу). По-моему, все, что мы хотели ему сказать, он уже услышал… (Кивает на телефон).
ЕРШОВ. Все? Ну, нет, далеко не все! (Семенову), К тому, что сказала тебе жена, прибавь погуще – знаешь чего?
ЖЕНЯ (поспешно, преграждая путь Ершову к столу). Метафор.
ЕРШОВ. Вот-вот! И прочих красочных выражений! Погуще! Ясно? Ну, что ты молчишь?
СЕМЕНОВ. Ничего не ясно… Если коротко, она мне сказала: «Если я еще хоть раз услышу об этой Люське, в тот же день заберу дочь и уеду к маме…» (Пауза). Мама у нее под Черниговом живет, замечательные там места!… (Пауза). Люська Кукушкина – ну, подруга ее бывшая, бригадир отделочниц, член комитета. Помогает опять же – один я с этими бумагами совсем зашился… (Пауза). Что вы на меня уставились? Ну, ревнует к каждому столбу – что я могу сделать?! (Пауза). Слушайте, да что вы, собственно, ко мне прицепились? Целый допрос устроили!
ЕРШОВ. А насчет ключа – ничего тебе не сказала?
СЕМЕНОВ. Насчет какого ключа?
ЕРШОВ (показывает ключ). Вот этого.
СЕМЕНОВ. Ну, сказала какую-то ерунду – вроде думала, что ключ и правду от вашей комнаты.
ЕРШОВ. Но ты-то знал, что это не так?
СЕМЕНОВ. Конечно, знал.
ЕРШОВ. И все-таки вручил?
СЕМЕНОВ. А ты как хотел – отложить мероприятие?
ЕРШОВ. Валера, я с тобой говорю очень серьезно. Понял? Без шуток! Значит, ты твердо знал, что Дом молодоженов не сдан и не будет сдан в ближайшее время…
СЕМЕНОВ. Теперь, считай, до конца квартала…
ЕРШОВ. И все-таки под видом ключа от нашей комнаты вручил ключ от комитета. Я все правильно понял?
СЕМЕНОВ. Не от сейфа же было вручать! Сразу видно: ненатуральный, слишком фигуристый. И не от квартиры же: английский, маленький, не разглядишь. А этот – что надо: простой, наглядный, видный всем издалека. Поэтому я вам его и вручил.
ЕРШОВ. А зачем вообще нужно было вручать ключ, если дом еще не готов?
СЕМЕНОВ. То есть как зачем? Если руководство выделило молодоженам квартиру, ясно, что на свадьбе им должен быть вручен и, так сказать, ключ. Молодежь должна увидеть своими глазами, что мы идем навстречу лучшим и все такое.
ЕРШОВ. Валера! Но ведь каждая собака знает, что дом не сдан!
СЕМЕНОВ. Ну и что?
ЕРШОВ. А то! А то, скажет молодежь, что секретарь комитета Семенов от имени руководства пудрит людям мозги!
СЕМЕНОВ. Ну, ты за все молодежь-то не говори. Все прекрасно понимают, что нельзя понимать все буквально. Если понимать все буквально… (Задумался). Ой!…(Усмехнулся). Ой-ой!… (Засмеялся). Ой-ой-ой!… Ну, Ершов, рассмешил ты меня!…
Стук в дверь. Входит ГОГИ. Ему 18 лет. В резиновых сапогах, заляпанных глиной, в брезентовой робе, каска под мышкой. В руках листок бумаги.
ГОГИ. Заявление подписать.
СЕМЕНОВ. Какое заявление?
ГОГИ. На расчет. Отдел кадров говорит, пускай сначала Семенов подпишет. Давай подписывай!
СЕМЕНОВ (Ершову). Вот – тоже! Считается, что без комитета нельзя не принимать на работу, ни увольнять. А если я не подпишу – что, не уволят? Не примут?… Если понимать все буквально то, знаете ли, друзья мои, всякое представление о реальности потеряешь!…
ГОГИ по-прежнему стоит перед ним с листком в руке.
СЕМЕНОВ. Чего тебе еще?
ГОГИ. Заявление подписать.
СЕМЕНОВ. Какое?
ГОГИ. На расчет. Отдел кадров говорит…
СЕМЕНОВ. Я же тебе сказал: потом приходи. Пойди пока сдай спецовку. И комсомольский принеси – с учета же тебя надо снимать!
ГОГИ. Сейчас подпиши!
СЕМЕНОВ. Занят! Не видишь, что ли?
ГОГИ. Не вижу.
СЕМЕНОВ. А между тем я действительно занят. С народом! (Показывает на Ершова и Женю). Провожу разъяснительную работу! Ясно? Чеши!
ГОГИ выходит. В дверях он едва не сталкивается с ПОПОВЫМ. Это опытный, уверенный в себе инженер-строитель. Ему 27 лет. Ироничен. Прекрасно знает цену всему и всем. Или думает, что знает.
ПОПОВ. Доброе утро. (Оглянулся вслед Гоги. Семенову.) Готова?
СЕМЕНОВ. Что? А, рекомендация! Черт, совсем из головы вылетело! Сам понимаешь: конец полугодия, тут еще эта комсомольская свадьба – все-таки первая в истории стройки, сам понимаешь, нерядовое событие….
ПОПОВ. Ну, смотри. Я так и скажу: некогда Семенову, а чем ты был занят, это уж ты сам объяснять будешь.
СЕМЕНОВ. Слушай, напиши сам а? Ну, как полагается: насчет общественной работы и все такое. И приходи к семи вечера прямо на комитет, сразу и затвердим. Договорились?