Чтение онлайн

Привозил ее Брас, он же забирал утром домой уставшую женщину, которая падала с ног, ненадолго засыпала, а потом еще должна была управляться по хозяйству. Они почти никогда не разговаривали. Этот парень вообще был довольно молчаливым, будто робот, который выполнял свою работу как следует, и все. Вот к чему он относился с душой, так это к цветам на клумбах вокруг их дома. Лиза не раз незаметно наблюдала, как он хлопочет вокруг них – пушит им землю, поливает, опрыскивает, гладит руками бутоны и даже разговаривает с ними. Казалось, что к Лизе он тоже относился сочувственно, но никогда никак этого не проявлял.

По ночам она поглядывала из-за барной стойки на веселых и шумных гостей и на хостес, которые их развлекали, на мужа, который, попивая, вел разговоры с клиентами, заигрывал с девушками, и было заметно, что с иными из них отношения были давними и не только служебными. Блондинка Наташа, танцовщица из Прибалтики, откровенно висла на ее муже, стервозно ощущая свою безнаказанность. А когда Лиза, не сдержавшись, сделала ей замечание, то виноватой оказалась она, а не эта шлюшка. Муж в гневе выплеснул на Лизу из бокала шампанское и велел возвращаться в бар. Потрясенная Лиза вылетела из клуба, поймала такси и остаток ночи проплакала дома. Несколько следующих дней муж извинялся и пытался примириться при помощи цветов и подарков, говорил, что выпил лишнего, погорячился и что с Наташей ничего такого, просто Лиза не понимает шуток… А потом уговорил ее опять выйти на работу.

И опять приходил, поддерживал компании, исчезал, говорил – работа, еще один клуб, но женское сердце уже ощущало неладное. Лиза сердилась, то молчала, то выговаривала Ему дома, чтобы не устраивать семейные сцены на работе, но получала в ответ только грубость. Куда девался тот влюбленный, который мчался к ней по ночам из соседнего городка и горел желанием сделать из нее не любовницу, а жену? Добился своего и остыл. Но зачем же тогда все это было?!

Лиза ругала себя за то, что поспешила с оформлением брака, что так быстро забеременела, что бежать ей, собственно, и некуда. Как-то она позвонила Ирине и проговорила с полчаса. У нее не выходило из головы сказанное на свадьбе о московской доченьке, хотелось расспросить, как она решилась удрать от мужа, до какого предела терпела, да и, собственно, как смогла сбежать, да еще и с ребенком? Вообще-то, Лиза была довольно терпеливой. Но в минуты отчаяния за себя не ручалась. Не знала, сколько еще унижений сможет вытерпеть за теплый угол в богатом доме и за смену статуса «хостес» на «жена».

Однажды в клубе вдруг появилась с клиентом Лиля. За своими переживаниями Лиза как-то и забыла об этой девочке, от которой не услышала тогда в машине ни слова. Лиля тоже ее узнала и кивнула дружелюбнее, чем в прошлый раз. Не то чтобы Лизе хотелось общения: будучи уже в середине срока беременности, она ужасно уставала от ночной работы, шума, дыма, стояния на ногах, но почему-то захотелось расспросить, откуда эта девочка родом и как ей работается в другом клубе.

Выбрав свободную минуту, новые знакомые вышли в дамскую комнату для персонала и присели поговорить. Перекинулись общими фразами о родине, о погоде и клиентах, а когда из комнаты вышла танцовщица, которая поправляла макияж, Лиля тихо и быстро заговорила:

– Мое имя – Оля, и ни в каком я не в клубе работаю. Я живу и «работаю» в борделе твоего дорогого мужа, куда эти скоты, – она кивнула на двери, – приходят из клуба. То ли в сопровождении ваших девушек, когда кто-то из них хочет подработать, то ли просто к нам, ткнув пальцем в фото в альбоме или назвав чье-нибудь имя.

Лиза открыла рот и так и замерла, захлебнувшись тем, что хотела сказать. Она смотрела широко открытыми глазами на девушку, почти девочку, худенькую, высокую, с короткой растрепанной стрижкой, непохожей на ухоженные прически соблазнительниц, и ее начинало понемногу трясти. Сначала задергалось веко на левом глазе, потом вздрогнули плечи, по бедрам пробежали мурашки: она сидела, словно оцепеневшая, а в голове безумным калейдоскопом проносились разные события, моменты, стоп-кадры, на которые она в свое время не обратила внимания.

– Ты давно из дому? – проскрипел ее сдавленный голос.

– Без малого год.

– Сколько ж тебе лет?

– Семнадцать, – прошептала Оля, осторожно глянув на дверь.

– Но… но как же?! – Лиза еще больше округлила глаза, а потом прищурила их, задавив веками слезы, уже готовые выкатиться наружу.

Она прикусила нижнюю губу и замерла в кресле, держа руку на животе. И вдруг там, внутри, что-то шевельнулось, чуть сильнее, чем было уже несколько раз ею замечено. Женщина хватанула ртом воздух, встревоженно взглянула на Олю и положила другую руку на живот.

– Скоро тебе? – сама едва сдерживая слезы, спросила девушка.

– Да еще четыре месяца.

– Так что ж он, сволочь, тебя тут припахивает по ночам?! Богач гребаный! Пусть бы уж нас мучил – так мы тут товар, а ты ж вроде жена…

Услышав шаги за дверью, Оля одним прыжком оказалась около зеркала и начала подкрашивать губы, а Лиза так и осталась сидеть в кресле, обхватив руками уже хорошо заметный живот.

– Лилька, тебя уже клиент ищет, – сообщила, входя, одна из девушек, – сердится, говорит, зачем надо было в клуб проситься, чтобы он тут сам сидел? Выгуливает тебя, так и выгуливайся на все деньги! Иди раскрути его, пусть заказывает побольше! Не в кино пришел!

Оля вышла, а девушка взяла сигареты, потом глянула на уставшую беременную жену хозяина, вздохнула и пошла на перекур в другое место.

У Лизы голова шла кругом. Словно пелена спала с ее глаз, и все теперь выглядело иначе. Тот клуб, куда она устроилась через знакомых ее туристического шефа, действительно был ночным развлекательным заведением. Конечно, никакой престижности в работе девушек-хостес не было, но и к интиму их никто не принуждал, разве что иная сама была готова к приключениям и «подработкам» с отдельными гостями, с которыми складывались отношения. А что ж тогда это?! Где она работает на своего чудесного богатого мужа, который держит аж два ночных заведения?! А где-то на полпути между ними есть бордель, который также принадлежит ее мужу, и тянутся туда похотливые мужчины, разогретые в клубе девушками, чтобы добрать эротических впечатлений там, где им не имеют права отказать…

Лиза из последних сил продолжала в ту ночь работать, ей не стоялось на ногах, хотелось сесть, лечь, упасть, свернуться калачиком, зарыться куда-нибудь, как еж в осенние листья, и замереть, заснуть, ничего не слышать и не видеть. А потом проснуться и… чтобы все было по-старому, как когда-то – Киев, мама, папа и она еще маленькая…

Вдруг кто-то ударил ладонью по стойке ее бара.

– Хозяюшка! Мы вас уже покидаем! – громко и нетрезво произнесла Оля, то есть Лиля. – Вот вам от моего друга подарок! Ешьте, землячка, в них много витаминов! – И она протянула гроздь меленьких желтых бананов.

Лиза, словно в замедленной киносъемке, подалась всем телом к этой белокурой девочке с неуместно яркой помадой на губах, уловила нервный блеск ее стальных глаз и вдруг осознала неслучайность и невероятную значимость этой их встречи.

– Спасибо, – ответила она довольно громко и взяла подарок.

Лиза хотела было сказать еще что-нибудь, но понимала, что не нужно привлекать внимание окружающих. Любезно улыбнувшись, она добавила:

– Приходите еще!

Оля нетрезво кивнула и, подхваченная за талию своим неожиданно щедрым «другом», поплыла к выходу.