Чтение онлайн

Слеза, засохнув, обратится смехом, а смех, сгущаясь, потечет слезой.

От радости не воспаряйте, от горя не сжимайтесь, спокойны одинаково вы будьте.

Микастер: Мастер, куда мы уходим после смерти?

МИРДАД: Где ты сейчас, Микастер?

Микастер: В Убежище.

МИРДАД: Думаешь ли ты, Убежище достаточно большое, чтобы вместить тебя? Думаешь ли ты, Земля — людей единственная гавань?

Ведь, несмотря на то, что ограничены во Времени тела, в Пространстве есть у них пределы, из Времени и из Пространства составлены они. Так много в вас того, что Солнцем рождено, оно живет на Солнце. Так много в вас того, что от Земли, то на Земле живет. И так со всеми другими светилами и бездорожьем между ними.

И лишь глупцы считают, что единственный дом человека на Земле, что мириады небесных тел, кружащихся над нею — всего лишь украшение для дома иль развлечение для глаз его.

И первая звезда, и Млечный путь, Плеяды — такие же дома для человека, как Земля. И каждый раз, когда их луч достигнет взгляда Человека, он возвышается до них. Когда ж под ними он проходит, тогда в себя вбирает их.

Есть в Человеке Все. Во Всем есть Человек. Вселенная — то тело целое. Объединяйтесь же с малейшею частицей, и вы объединитесь с целым.

Вы постоянно умираете, живя, а значит, умирая, вы живете. Если и не в этом теле, то в теле другой формы. Но вы будете жить в теле до тех пор, пока не растворитесь в Боге, не одолеете вы измененья.

Микастер: Вернемся ли мы на Землю в нашем путешествии от одной перемены к другой?

МИРДАД: Повторенье — времени закон. То, что однажды во Времени произошло, еще раз и еще раз повторится. А долго ль ждать иль коротко, зависит от силы вашего желанья.

Когда выходишь ты за Жизни круг, в круг Смерти ты вступаешь, и если с собой несешь ты жажду неутоленную, томленье по Земле, и не насытился сполна ее страстями, тогда магнит Земли тебя притянет снова. Она тебя выкармливает грудью, а Время от груди той отучает Жизнь за Жизнью, Смерть за Смертью, пока себя ты не отучишь сам однажды, раз и навсегда, своею волей.

Абимар: А над тобою Земля имеет власть? Ведь ты — один из нас?

МИРДАД: Я прихожу, когда хочу, и ухожу, когда хочу. Я прихожу, чтобы детей Земли освободить от удушающих ее объятий.

Майкайон: Я хотел бы освободиться от Земли навсегда. Как мне это сделать, Мастер?

МИРДАД: Люби ты Землю и всех ее детей. Когда же на твоем Земном счету останется Любовь лишь, Земля тебя отпустит, сняв оковы.

Майкайон: Но Любовь — это привязанность, а привязанность — это рабство.

МИРДАД: Нет, Любовь — свобода от привязанностей. Когда ты любишь всех и вся, то ни к чему ты не привязан.

Цамора: Можно ли через Любовь избежать повторения грехов, противоречащих Любви, и тем самым остановить круг Времен?

МИРДАД: Вы можете придти к тому чрез Покаянье. Проклятие, покинувши язык, искать оправится другой приют, когда, вернувшись, на прежнем своем месте обнаружит любовную молитву. Так Любовь задержит повторение проклятья.

И похотливый взгляд блудливых ищет глаз, вернувшись, а находит лишь материнство в глазах твоих, наполненных любовью. Так Любовь задержит похоть.

Порочное желанье, зародившись в порочном сердце, полетит искать гнездо другое, когда вернется и увидит сердце материнское, полное желаний любящих. Так Любовь задержит возрождение порока.

Вот что такое Покаяние.

Время не сможет повторить ничто, кроме Любви, когда Любовь останется единственным остатком. Одно и то же, повторяясь, постоянством становится, собою полнит Время и Пространство, и отменяет их.

Химбал: И все же, кое-что тяготит мое сердце и лежит облаком на Пониманьи. Мастер, почему мой отец умер именно так?

МИРДАД: Не странно ли, что вы, дети Пространства и Времени, еще не осознали, что Время — это память Вселенская, хранимая в скрижалях Пространства?!

И если, ограниченные в чувствах, запомнить все ж способны вы хоть что-то, что происходит меж рождением и смертью, насколько больше помнить Время может? То Время, что до вашего рождения существовало, и то, что будет длиться после смерти вашей бесконечно.

Я говорю вам, Время помнит все — не только то, что яркою картиной хранится в памяти, но также все, о чем вы абсолютно позабыли.

Забвенья нет во Времени. И нет ни одного малейшего движенья, иль выдоха и вдоха, иль желанья, что не запомнились. И все, что память Времени хранит, начертано в Пространстве.

Земля под вашими ногами, воздух, которым дышите, дома, в которых вы живете, сохранены в подробностях мельчайших в архивах вашей жизни, прошлой, настоящей и будущей, и вам предстать готовы, коль захотите вы прочесть и вспомнить что-то, и коли есть довольно сил у вас, чтоб прочитать, и коль желанье есть в том смысл отыскать.

И в жизни, в смерти, на Земле, за ней вы не останетесь одни, всегда вас будут сопровождать все те, кто принимал участье в вашей жизни и смерти. Ведь вы — частица их, они — частица вас, и так же, как для них необходимы вы, нуждаетесь и вы в них.

Воля Человека есть во всем, все обладает волей в Человеке. И постоянный, непрерывный идет обмен. Но Человеческая память вас подводит, не то что безошибочная память Времени, которая ведет отчет точнейший о ваших отношениях друг с другом, с другими существами во Вселенной. Она же заставляет Человека вновь и вновь вести отчет, за жизнью жизнь, за смертью смерть.