Чтение онлайн

— В холодильнике есть еще, — сказал Рик. — Блинчики с овощами и остатки вчерашнего обеда.

— Нет, я твоего поем. Рик улыбнулся. Устало.

— В твою смену случилось что-нибудь?

— Ничего такого. Пара сердечных приступов, пара ложных тревог, ребенок упал с самоката и сломал ногу, пациент с раком кишечника, у которого открылось внутреннее кровотечение — с ним пришлось повозиться, — женщина попала себе в глаз иголкой для штопки, две автомобильные катастрофы, несчастный случай — выстрелил пистолет. Этого спасти не удалось.

— Обычные дела.

— Именно. — Рик отодвинул тарелку. — Было еще кое-что. Парень, который умер, был у меня последним. Я ничего не мог для него сделать. Его доставили уже без сознания. Похоже, он чистил свой девятимиллиметровый пистолет, заглянул в дуло, может быть, хотел убедиться, что там все в порядке, и — бум! Полицейские, которые привезли его, сказали, что они обнаружили на столе масло и тряпку и еще инструмент для чистки ствола. Пуля вошла вот сюда.

Рик показал на свои усы, прямо под носом.

— Несчастный случай? — спросил Майло. — Не самоубийство? Или еще что-нибудь?

— Копы повторяли, что это несчастный случай, может быть, им известны какие-то технические детали. Дело отправят на экспертизу.

— Муниципальная полиция?

— Нет, ваши ребята. Это произошло где-то неподалеку от Венис и Хайленд. Но я хотел рассказать тебе о другом. Тело отправили в морг, я пошел заполнять карточку, а парни, которые его привезли, сидели в соседней комнате. Я слышал, о чем они болтали. Сначала про пенсию, больничные листы, премии. А потом один заговорил про детектива, работавшего в участке западного Лос-Анджелеса. Выяснилось, что у него ВИЧ и он подал рапорт об отставке. А другой коп заявил: «Знаете, что входит через задницу, то оттуда же и выходит». И они расхохотались. Но не весело, а как-то зло.

Рик взял нож и принялся вертеть его, потом посмотрел Майло в глаза, прикоснулся к руке.

— Я ничего про это не слышал, — сказал Майло.

— Так я и думал, иначе ты бы мне рассказал. Майло убрал руку, встал и взял пиво.

Рик остался за столом, продолжая играть ножом. Получалось у него очень ловко — вот что значит хирург.

— Это все вранье, я бы знал, — заявил Майло.

— Просто я решил, что должен тебе рассказать.

— Хайленд и Венис. Что, черт подери, могут знать парни из Уилширского участка про западный Лос-Анджелес? И что могут знать обычные полицейские про детективов?

— Скорее всего ничего… Слушай, приятель, а ты ничего не хочешь мне рассказать? Может, ты угодил в серьезную историю?

— С чего ты взял? И при чем тут я?

Майло совсем не понравилась интонация, с которой он задал свой вопрос, словно пытался оправдаться.

Проклятая фабрика слухов, подумал он. А потом ему пришла новая мысль: Посредник службы здравоохранения, никогда не знаешь…

— Ладно, — сказал Рик, собираясь встать из-за стола.

— Подожди, — остановил его Майло, подошел, положил руки на плечи и все рассказал.

Я сел к компьютеру, набрал «Пэрис Бартлет» в качестве ключевой фразы сразу в нескольких поисковых системах и ничего не получил в ответ.

Тогда я попробовал «Плайа дель Соль» и английский перевод: «Солнечный пляж», мне выдали информацию про сотни курортов, разбросанных по всему миру. Коста дель Соль. Коста дель Амор. Плайа Негра. Плайа Бланка. Плайа Азул. Сан-Сити. Санрайз-Бич. Экскурсии, белый песок, голубая вода, только для взрослых, вместе с детьми. А еще какой-то сумасшедший сделал целый сайт, посвященный старой песне «Куанто кальенте эль соль». Радости информационного бума…

Я потратил на поиски несколько часов, а когда в полночь сообразил, что уже ничего не понимаю, решил сделать перерыв, съесть сандвич, выпить пива и принять душ, и только после этого вернулся к экрану. К двум часам ночи я изо всех сил сражался со сном и чуть не просмотрел статью трехлетней давности в «Резорт джорнал», когда сделал очередной запрос на «Плайа дель Соль». На сей раз я обратился к платной службе информации — в базу данных предприятий, куда я заглядывал прошлой осенью, когда собирался продать целую кучу муниципальных акций. Я ввел номер своей кредитной карточки и продолжил поиск.

И наткнулся на последнюю страницу журнала, где была помещена статья под заголовком: «Поиски хорошей жизни на далеких берегах: американцы, пытающиеся заключить сделки с иностранными предпринимателями, часто оказываются в проигрыше». В статье рассказывалось о сделках с недвижимостью, которые обернулись для участников поражением. Среди них проект в Байе под названием «Плайа дель Соль»: дома для пенсионеров-американцев, мечтавших жить в американской роскоши по мексиканским ценам. Было построено и куплено двести домов из запланированных четырехсот пятидесяти. Первые пенсионеры еще не успели въехать, когда мексиканское правительство ввело новые законы, конфисковало землю и продало консорциуму из Саудовской Аравии, а те, в свою очередь, превратили дома в отель. Компания «Плайа дель Соль лимитед», зарегистрированная на Каймановых островах, прекратила свое существование, а ее американское отделение, «Плайа энтерпрайзес», объявило себя банкротом. Пенсионеры потеряли денежки.

И никаких комментариев президента «Плайа энтерпрайзес» Майкла Ларнера.

Вспомнив весьма невнятные сведения, которые мне удалось почерпнуть во время своих первых поисков информации касательно Ларнера — в библиотеке университета мне тогда ничего путного найти не удалось, — я попытался узнать еще что-нибудь про бывшего директора «Школы успеха» и выяснил, что за последние пять лет он заключил еще несколько сделок.

Ларнер специализировался на объединении в синдикаты недвижимости — убеждал богатых людей вместе приобретать не доведенные до конца строительные проекты, с реализацией которых возникли проблемы. Многоэтажные дома в Атланте, умирающие загородные клубы в Колорадо и Нью-Мексико, лыжный курорт в Вермонте, поле для гольфа в Аризоне. Как только сделка была заключена, Ларнер забирал свою долю и выходил из дела.

Все последующие статьи звучали точно студенческие платные объявления. И ни слова о мексиканском провале «Плайа энтерпрайзес» или компании «Плайа дель Соль». Теперь компания Ларнера называлась «МЛ груп».

Ни одного упоминания ни о братьях Коссак, ни о богатых партнерах Ларнера, хотя кое-где возникали намеки на связи на Уолл-стрит и в шоу-бизнесе. Единственным именем, которое мне удалось найти среди персонала «МЛ груп», было имя сына Ларнера, Брэдли, исполнительного вице-президента компании.