Чтение онлайн

Так было и теперь; он находился точно в таком же общем ступоре. В армии есть словечко для чего-то похожего — в отрубе. Точно. Хорошее словечко. Когда дело доходит до терминологии, армия — на высоте. Вот он и сидел здесь — в полном глухом отрубе. Сидел на кресле, не в кресле, а на нем, подавшись вперед, с телефонной трубкой в руке, невидящим взором уставившись в телевизор. Он сознавал, что в дверном проеме появилась Лиз, она спрашивала его сначала, кто это был, а потом, что случилось, и все было точь-в-точь, как в тот день, на озере Дэвис, все точно так же: тугой, грязный комок в горле, который не идет ни вперед, ни назад, все связи между сердцем и мозгом оборваны — просим прощения за непредвиденную остановку, помощь будет оказана так быстро, как только возможно, а может, помощь и вовсе не подоспеет никогда, но в любом случае, пожалуйста, наслаждайтесь вашим пребыванием здесь, внизу, в красивом и живописном Финишвилле — месте, где сходятся все рельсы.

Потом это все разломалось, как разломалось в тот раз, и он сделал глубокий вдох. Сердце два раза торопливо стукнуло у него в груди, а затем перешло на свой обычный ритм… Хотя все еще учащенный. Очень учащенный.

Какой вопль. Господи Иисусе, Боже ты наш всемилостивый, какой вопль.

Лиз уже бежала через всю комнату к нему, но он заметил, что она вырвала у него из рук телефонную трубку, лишь когда увидел, как она кричит в нее: «Алло? Кто это?» Кричит снова и снова. Потом она услыхала щелчок обрыва связи и положила трубку на место.

— Мириам, — сумел он выдавить наконец, когда Лиз повернулась к нему. — Это была Мириам, и она кричала.

Я никогда никого не убивал, кроме как в книгах.

Воробьи летают.

Здесь, внизу, мы называем это — «дураков учат».

Здесь, внизу, мы называем это Финишвиллем.

Собираюсь слинять на север, старина. Ты должен сделать мне прикрышку, потому что я собираюсь слинять обратно на север. Хочу нарезать себе бифштекса.

— Мириам? Кричала? Мириам Коули? Тэд, что происходит?

— Это он, — сказал Тэд. — Наверно, я знал это с самого начала, а сегодня… сегодня днем… У меня был еще один.

— Еще один? Что? — Она сжала себе пальцами горло и сильно поцарапала его. — Еще один приступ? Транс?

— И то и другое, — сказал он. — Сперва снова воробьи. Я написал кучу ерунды на листке бумаги, пока был в отключке. Листок я выбросил, но там было ее имя, Лиз. Я написал имя Мириам в этот раз, когда отключился, и… — он замолк. Глаза у него стали раскрываться все шире и шире.

— Что? Что такое? Тэд? — она схватила его за руку и стала трясти. — В чем дело?

— У нее в гостиной висит программка, — произнес он и услышал собственный голос, как чей-то чужой, словно издалека — может быть, из переговорного устройства. — Программка мюзикла на Бродвее. Кэтс. Я заметил ее, когда мы последний раз там были. Кэтс «ТЕПЕРЬ И НАВСЕГДА». Я и это записал. Я написал это, потому что он был там, а значит, и я был там, часть меня… Часть меня видела все его глазами…

Он взглянул не нее. Взглянул своими расширенными глазами.

— Это не опухоль, Лиз. Во всяком случае не та, что у меня внутри.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь! — почти прокричала она.

— Я должен позвонить Рику, — пробормотал он. Часть его рассудка, казалось, отделилась от целого, двигалась сама по себе и переговаривалась сама с собой какими-то образами и грубыми символами. Так бывало иногда, когда он писал, но он не помнил, чтобы это случалось хоть раз в реальной жизни… А было писание реальной жизнью? — неожиданно спросил он себя. Нет, он так не думал. Скорее, перерывом, антрактом.

— Тэд, прошу тебя!

— Я должен предупредить Рика. Ему может грозить опасность.

— Тэд, ты просто не в себе!

Не в себе — конечно, он был не в себе. Но если он примется объяснять, это прозвучит еще нелепее и… пока он будет делиться своими страхами с женой, что, возможно, заставит ее лишь прикинуть, сколько времени уйдет на то, чтобы заполнить все бланки на передачу имущества, Джордж Старк запросто преодолеет девять блоков в Манхэттене, отделяющих квартиру Рика от апартаментов его бывшей жены. В такси или за рулем украденной машины, а, черт, за рулем черного «торнадо» из его сна, Тэд в этом уже не сомневался… Если уж зашел так далеко по тропинке безумия, то почему бы не послать все кое-куда подальше и не пойти до конца? Сидит и покуривает, готовясь убить Рика, как убил Мириам…

Он убил ее?

Может, он просто ее напугал и оставил в шоке и слезах. А может, он только поранил ее… Это вполне вероятно. Что она сказала? Не давай ему снова резать меня, не давай этому снова резать меня. А на листке бумаги было написано порезы и… Там было и уничтожить?

Да. Было. Но ведь это имело отношение ко сну, правда? Это относилось к Финишвиллю, месту, где сходятся все рельсы… Так?

Он взмолился, чтобы это было так.

Он должен ей помочь, по крайней мере попытаться помочь, и он должен предупредить Рика. Но если он возьмет и просто позвонит Рику, свалится на него прямо с неба и скажет, чтобы тот был начеку, Рик захочет узнать, в чем причина.

В чем дело, Тэд? Что случилось? — спросит он.

А если он намекнет, что дело касается Мириам, если даже просто упомянет ее имя, Рик тут же сорвется и кинется к ней, потому что она все еще ему небезразлична. Он еще здорово печется о ней. И тогда он будет первым, кто найдет ее… может быть, разрезанную на куски (часть мозга Тэда пыталась спрятаться от этой мысли, от этого образа, но другая часть неумолимо заставляла его видеть Мириам, разрезанную, как кусок мяса на прилавке у мясника).

А может быть, Старк как раз на это и рассчитывает. Тупица Тэд посылает Рика прямо в ловушку. Тупица Тэд сам делает все за него.

Но разве я и так не делал все за него? Господи Боже, разве все дело не в псевдониме?

Он почувствовал, что его мозг опять застилает пеленой и он потихоньку отключается, как загнанная лошадь, уходит в отруб, но сейчас он не мог себе позволить такой роскоши, нет, сейчас он никак не мог себе этого позволить.

— Тэд… пожалуйста! Скажи мне, что происходит!