Чтение онлайн

А там пред взором молодой жены предстала огромная кровать с балдахином. Нет, клопы у Андрея в доме не водились, просто ему всегда хотелось иметь нечто подобное (ага, эстет, мля). А вот девушка вдруг заробела, и князю пришлось брать всё в свои руки. Не обращая внимания на её лёгкое сопротивление, он поспешил снять с неё всё, включая и рубашку, и невольно залюбовался открывшимся видом. Да, по нынешним меркам она была не очень, но он-то жил и развивался совсем в другую эпоху, и по тем критериям фигурка у его жены была очень даже ничего! И глянув на покорно лежавшее на белых простынях из самого тончайшего льна очаровательное видение, он плюнул на все условности и пожираемый страстью буквально рухнул сверху.

Празднества гремели ещё трое суток, и лишь потом сошли на нет. В доме наступила столь долгожданная тишина, и князь смог, наконец-то, насладится семейным уютом.

Варвара оказалась девушкой тихой и работящей, и к тому же отличной хозяйкой. Наученная ещё в отчем доме, она быстро прибрала всю прислугу к рукам, и уже к концу первой недели Андрей со смехом наблюдал за тем, как все домашние слушались её, наверное, больше, чем самого хозяина. Однако не всё было так хорошо, как хотелось бы. Те предрассудки, что впитывались в местных можно сказать с молоком матери, а потом вбивались строгим воспитанием, порой раздражали до бешенства. Особенно сильно это касалось всего, что крутилось вокруг секса. До просвещённых Камасутрой и развращённых фильмами для взрослых людей 21 века местным было очень далеко. И главным препятствием тут была, разумеется, церковь и её взгляд на то, что можно и чего нельзя делать супругам. И что самое смешное, но большинство людей само шло к батюшкам и честно признавалось в такого рода грехах. Вот только Андрею подобное вмешательство в личную жизнь было, как серпом по одному месту и он собирался с этим долго, вдумчиво и осторожно бороться. Что, когда и как он делает со своей женой должно касаться только его и жены.

И всё же быть женатым было приятно. Да и личный статус семейного человека в нынешнем обществе, что ни говори, а был выше, чем холостого. В общем, плюшки со всех сторон. Однако долго наслаждаться семейным уютом ему не пришлось. Едва подсохли дороги, князь засобирался в путь.

Сами сборы были недолги: большой обоз брать не собирались. Точнее, идти предстояло совсем без обоза, а всю провизию просто уложили в узкие кожаные мешки, которыми и нагрузили заводных лошадей.

Ныне его ЛИЧНАЯ дружина, для которой во дворе была построена отдельная большая изба, насчитывала три десятка крепких парней. Одетые в одинаковые синие кафтаны с золотой оторочкой (как не раз уже говорилось - понты наше всё), вооружённые одинаковым оружием, включая мушкетоны в кожаных кобурах, притороченных к сёдлам и знаменитыми стрелецкими берендейками через плечо, они больше походили на регулярный воинский отряд, чем всё, что имелось ныне на Руси. А учитывая, как они всю зиму тренировались во владении всем имеющимся оружием, они много кому могли показать, где на Руси раки зимуют.

К заранее означенному числу из Бережичей прибыл Годим, привёзший письменные отчёты от управителя. Бегло осмотрев их, Андрей отложил все бумаги в стол: всё одно подробно разбираться и делать оргвыводы будет по осени. А вот привезённый им гранулированный порох был очень даже кстати: такой порох давал более мощный выстрел и меньше отсыревал, чем привычная пороховая мякоть, что в условиях корабля было значительным преимуществом. Жаль только, что весь он был ружейный, годный только для аркебуз и мушкетонов. Корабельным же пушкам придётся довольствоваться тем, что есть. Просто технологию зернения только-только отточили и на пушечный не хватило ни времени, ни сырья. Зато ныне всем остающимся приказчикам была поставлена задача скупить максимально возможное количество мякоти и за лето наделать большой запас порохов, как ружейного, так и пушечного.

Утром Андрей поднялся до рассвета, хотя ночью он спал мало (и вовсе не от волнения перед походом), однако проснулся бодрым и готовым к любым приключениям. Жена уже гоняла прислугу, готовя ранний завтрак. Во дворе гремела своя суета, обычная, когда большой воинский отряд готовится к маршу.

Сытный завтрак прошёл в молчании. Да и что говорить, если всё было сказано ещё ночью. Поставив на стол кружку с горячим копорским чаем, Андрей поднялся:

– Ну, пора, милая.
– И стиснув жену в объятиях, поцеловал её в губы.

Перед крыльцом, удерживаемый мальчишкой конюхом, стоял верный Хазар. Недолго оставалось ему ходить под седлом, но пока что никого другого Андрей ему на смену не готовил.

– Береги себя, - Варя, стоявшая тут же, за спиной на ступенях, быстро перекрестила уезжавшего мужа.

– Знаешь, милая, - обернулся он к ней.
– Было давным-давно такое государство - Спарта. Так тамошние жёны, провожая мужа, говорили ему: со щитом или на щите. Мол, вернись живым или мёртвым, но чести не потеряв. Так вот, я сделаю всё, чтобы всегда возвращаться к тебе со щитом. Так что не мечтай так рано стать вдовой.

– Грех такое говорить, вовсе того не желаю, - взмахнув руками, перекрестилась Варвара.

– Шуткую я, малышка моя, - усмехнулся Андрей и, поцеловав жену в щеку, добавил: - До встречи, милая. Жди к осени.

Легко взлетев в седло, он махнул рукой, и отряд неспешно двинулся со двора.

Улицы Москвы были затоплены молочным туманом, так некстати поднявшимся от реки. Немногочисленные пока ещё прохожие шарахались в стороны, увидев столь внушительный отряд. Звонили невидимые в тумане церковные колокола и била. Сделав приличный круг по городским предместьям, они выехали на новгородскую дорогу и уже там прибавили ходу.

Новгород встретил их сыростью и шумной суетой. На подворье компании было не протолкнуться от посетителей. Встретивший их Сильвестр Медведев изрядно исхудал, но был деловит и весел.

– Выборгские бусы ушли с первой водой, - начал было он отчёт, но был остановлен взмахом руки.

– Сильвестр, выборгская торговля - мелкий каботаж, о чём мы уже не раз говорили. Выгода от неё есть, не спорю, но не та, что от Любека идёт. На нём лишь сухопутных мужичков с парусами работать учить, да гардемаринам нашим практику давать. Лучше ответствуй, что у нас с людьми?

– Люди есть, княже. Ныне компания имеет три бусы малые, три лодьи заморские и "Супружницу" с "Николаем". Мореходов на них с избытком наняли. А вот кормщики в основном из молодых: мало у кого и пара навигаций есть. Ушкуйники же, числом шесть десятков по домам сидят, слова ждут.

– А корабельный мастер что?

– Викол что-то хитрое соорудил. Вроде и лодья, но какая-то странная. И с краером поработал, всё как вы велели.

– Людей на эту лодью - не лодью набрали?

– Последних по сусекам вымели. Даже тех, кто в море впервые собрался, взяли.

– Хорошо. Теперь слушай, что делать. Всех неумех перераспределить на торговцев. А на краер и лодью - не лодью или на "Супружницу" - то по просмотру определимся - самых лучших и с запасом. И кормщиков тоже.

– Беда с ними, княже, - вздохнул Сильвестр.
– Одни лишь Таракановы сколь на покрут взяли. Ныне, почитай, весь Новгород повымели: ни мореходов, ни кормщиков не осталось.

– Вот и славно, трам-пам-пам, - усмехнулся князь, вставая.

– Что славно?
– опешил бывший дьяк.