Чтение онлайн

— Вы думаете, что я умею разговаривать на его языке? — спросил Арсений, вскинув брови над роговой оправой очков.

— А что, нет? — спросил я, демонстративно удивлённо. — А я уже начал думать… Ну ладно, покажи свой нос.

Парень неохотно убрал руку от лица и сделал шаг ко мне. Федя насторожился, но продолжал неподвижно лежать. На носу оказалась ранка меньше спичечной головки размером. Если бы горностай реально разозлился, то легко смог бы кусочек носа откусить, а тут лишь обозначил степень своего раздражения.

— И всё? — спросил я, увидев размер раны.

— А знаешь, как больно?! — пожаловался пострадавший.

Я поднёс ладонь к его носу, и вскоре раны не стало. Ровная однотонная поверхность кожи, даже рубца нет.

— Спасибо, — пробубнил Артефактор, с удивлением ощупывая кончик носа.

— Идём быстрее, а то я из-за тебя на работу опоздаю, — сказал я, ускоряя шаг.

Парень старался, как мог. Такой темп ходьбы для него был явно непривычен. Наверно привык всегда передвигаться прогулочным шагом. Да и то наверно от подъезда до машины, не дальше. Тут ходьбы меньше километра, а он уже пять раз спросил, сколько нам ещё идти.

Проходя по аллее, я взглянул на часы, успеваем, но почти впритык. Не люблю опаздывать и приходить впритык, лучше пораньше, мне так спокойнее. Выйдя из аллеи, я остановился и мне в спину воткнулся Арсений.

— Что-то случилось? — поинтересовался парень, осторожно выглядывая из-за меня.

— Да ничего особенного, — ответил я.

Перед входом в приёмное отделение достаточно большая площадь была помечена колышками и ленточками. Это так быстро начали проектировать приёмное отделение? Я понимаю, что современные технологии позволяют многое, но чтобы так…

Большая часть ленточек уже была оборвана и развевалась на ветру красно-белыми змеями. Ни строителей, ни стройматериалов нигде не было видно. Я пошёл в сторону входа, пытаясь оценить масштаб предстоящего строительства, Сеня засеменил следом, Федя запрыгнул на дерево — уже практически ритуал.

— Посиди пока здесь, — сказал я своему протеже и указал на ряд стульев в холле приёмного отделения, а сам отправился в ординаторскую.

Все уже были на месте и допивали свой первый кофе, Герасимов по обыкновению читал утреннюю газету.

— Что-то ты сегодня припозднился, Ваня, — сказал Анатолий Фёдорович, не опуская газеты.

— Да вроде не опоздал, без пяти, — ответил я, глянув на часы на стене.

— Так ты обычно раньше приходишь, — заметил наставник. — Вася вон уже расстроился, вторую чашку кофе пьёт, чуть ли не плачет сидит, мол, где наш Ваня?

Василий Анатольевич при этом усмехнулся, но промолчал. Олег Валерьевич кивнул в качестве приветствия и снова воткнулся в какую-то старинную книгу, раньше у него такой не видел. Может, разрешили вынести из библиотеки? А я? Мне тоже надо! Хотя, на самом деле — необязательно, мне ведь достаточно просто полистать, а нейроинтерфейс всё сфотографирует, оцифрует и проанализирует.

Потом я встретился глазами с Евгенией. Кажется, она всё это время за мной наблюдала, а теперь немного покраснела, но только немного.

— Привет, валькирия, — тихо приветствовал я боевую подругу, улыбаясь.

Заметил, как Василий Анатольевич после этих слов закатил глаза и отвернулся. Спасибо хоть, что промолчал.

— Привет, — ответила Евгения, довольно улыбаясь, потом хотела ещё что-то сказать, но сдержалась. После небольшой паузы добавила: — Идём разбирать ингредиенты?

— Да, конечно, только мне нужно обсудить ещё один вопрос с заведующим, — сказал я, слегка виновато склонив голову.

— Хорошо, — ответила девушка и мило улыбнулась. — Тогда я допиваю кофе и начну потихоньку.

Евгения взяла в руки чашку с недопитым кофе, а я подошёл к восседавшему на диване Анатолию Фёдоровичу.

— Ты чего это такой загадочный, Ваня? — спросил наставник, глянув на меня с некоторым удивлением поверх газеты.

— Да у меня к вам разговор небольшой есть, точнее, предложение, — сказал я, раздумывая, как лучше преподнести этого артефактора.

— Очень надеюсь, что хочешь мне предложить не руку и сердце? — вкрадчиво спросил Герасимов, глядя на меня искоса. — Ты, конечно, хороший специалист и будущее у тебя на поприще целительства будет интересным, но увы… увы…

— Ну и шуточки у вас! — невольно рассмеялся я. — Хотел предложить вам нового сотрудника на общественных началах.

— Что-то в твоих интонациях уже говорит мне, что ты не особо-то и хотел его предлагать, — сказал он, слегка прищурившись. — В чём подвох? Что не так? И что за сотрудник?

— Артефактор, — начал я с последнего вопроса. — Но он, мягко говоря, недотёпа и руки недостаточно прямые.

На лице у заведующего нарисовалось выражение глубокой задумчивости, даже было слышно, как мысли в голове шелестят, словно страницы наспех перелистываемой старинной книги.

— Очень любопытная характеристика, — после некоторой паузы сказал Анатолий Фёдорович. — Артефактор — штука полезная, в наши края пока таких птиц попутным ветром не заносило и как бы надо обрадоваться, но сопутствующие комментарии не вселяют в меня такого желания и уверенности в ответе. Зная тебя, я догадываюсь, что ты это чудо уже притащил?

— В приёмном сидит на стульчике. Ждет вашего решения, — ответил я, невинно улыбаясь.

— Здрасьте! — услышал я тут же знакомый голос за своей спиной. Уверен, что по моему лицу пробежались раздражение и разочарование, и это не ускользнуло от цепкого взгляда моего наставника.

— На стульчике, говоришь? Ждет? — усмехнулся Герасимов. — Ну пойдём, пообщаемся.

Мой протеже, с цветущим видом представшей перед зрителями неимоверно важной персоны стоял в дверном проёме и оценивающим взглядом обводил всех, находящихся в ординаторской. На Евгении его взгляд задержался дольше, отчего девушка почувствовала себя неуютно, а у меня появилось желание осторожно потрогать кулаком его печень.