Чтение онлайн

— А как насчет нас? — встрял Раммар.

— Да, как насчет нас? — повторил Бальбок.

— А что насчет вас?

— Если бы мы не указали тебе на то, что эльфийка врет, ты по-прежнему не знал бы, кто она, — ответил Раммар. — Мог бы снять с нас веревки и предложить место у костра.

— Вот именно, мог бы и предложить нам место у костра!

— А ну, заткнитесь! — грубо оборвал Корвин. — Охотнее всего я предложил бы вам место вкостре, так что ведите себя потише, черт бы вас побрал. В противном случае я насажу ваши скальпы вон на то копье!

— Тогда ты не получишь за нас награду, — возразил Раммар. — Живые мы стоим больше, чем мертвые, не забывай.

— А кто вам сказал, что я убью вас, прежде чем снять скальп, — спросил Корвин с ухмылкой, которая совершенно не понравилась Раммару. Поэтому он решил, что лучше помолчать и послушать. Однако орк навострил уши: ведь, в отличие от обоняния, слух его работал великолепно…

— Вы должны знать, что я не всегда был охотником за головами, — пояснил Корвин, обращаясь к Аланне, тоже внимательно ловившей каждое слово. — Я перепробовал множество профессий, и большинство их — с мечом в руке.

— Вы были наемником?

— Большую часть времени. Мой клинок принадлежал тому, кто платил лучше, князю или городу — мне было все равно. Я принимал участие во множестве битв, пока наконец не встретил ее.

— Кого?

— Марену, — тихим, дрожащим голосом ответил Корвин. — Ее волосы были рыжими, словно заходящее солнце, а одного взгляда ее глаз было достаточно, чтобы свести мужчину с ума. Мы столкнулись во время одной из самых кровопролитных битв. Мы сражались по разные стороны баррикад. Мы встретились в густом лесу, вдалеке от битвы. Пофехтовав некоторое время, мы поняли, что будет страшно жаль, если один из нас погибнет. Поэтому мы тут же заключили мир — и как! — При воспоминании об этом лицо Корвина исказила сладострастная ухмылка, которая исчезла, едва он увидел осуждающий взгляд Аланны.

— Ну, ладно, — пробормотал он, — это не важно. В любом случае, с того самого дня мы стали неразлучны. Мы взяли расчет и с тех пор заделались охотниками за головами. Лорды Востока в те дни хорошо платили за орочьи скальпы, так что у нас было много денег, и жили мы припеваючи — до тех пор, пока не встретили того самого орка.

— Того самого орка? Какого орка? — поинтересовалась Аланна, и Раммар с Бальбоком тоже навострили уши.

— Он бродил по лесу, и мы поймали его. Чтобы спасти свою шкуру, он рассказывал нам всякие странные вещи — о таинственной карте местности, которая существует только в голове эльфийской священнослужительницы и ведет к сказочным сокровищам. Я не придал большого значения его болтовне, но Марене стало любопытно. Пообещав ему свободу, она выудила у него тайну. Судя по его рассказу, далеко на севере, в ледяном храме Шакары, живет эльфийская священнослужительница, которая хранит тайну карты — карты, ведущей в Тиргас Лан, древний город эльфов, скрытый глубоко в лесах Тровны и хранящий сокровище невообразимой ценности.

Раммар и Бальбок удивленно переглянулись.

Сокровище невообразимой ценности?

Постепенно они начинали понимать, зачем колдуну понадобилась карта…

— И что дальше? — с непроницаемым лицом спросила Аланна.

— Я не поверил ни единому слову этой крысы, а вот Марена поверила. Она потребовала, чтобы он описал дорогу в Шакару и отправилась туда, а я сопровождал ее, хотя в этот бред и не верил.

— А орк? — полюбопытствовал Бальбок.

— Марена сдержала свое обещание и отпустила его, — мрачно ответил Корвин, — и я до сих пор кляну себя за то, что допустил подобное. Надо было зарезать этого мерзкого ублюдка. Потому что уже на следующий день слабость Марены вышла ей боком. Трусливо пущенная из укрытия стрела попала ей в спину. Она умерла у меня на руках.

— Мне очень жаль, — тихо сказала Аланна.

— Это был тот самый орк, которого она отпустила днем раньше, — проворчал Корвин. — Я преследовал его, но он ушел от меня. Последнее, что я слышал, это был его раскатистый смех; я узнал бы его из тысячи. С тех пор я перестал убивать орков только для того, чтобы заработать себе на жизнь — я делаю это ради удовольствия. Гнусные твари, не заслуживающие того, чтобы жить. Я истреблю их, одного за другим.

Раммар и Бальбок озабоченно переглянулись — не похоже было на то, чтобы охотник за головами собирался в ближайшее время заключить с ними мир…

— Мне кажется, что это было совсем недавно, — со стеклянным взглядом сказал Корвин. — Рана еще свежа.

— Да, вашими устами говорит горечь, тоска по любимому человеку, — сказала Аланна. — Но берегитесь, Корвин.

— Беречься? Чего?

— Чтобы ваша месть не превратила вас в то, против чего вы сражаетесь. Орки действительно подлые существа, которые могут только разрушать и не имеют ни капли разума, но…

— Минуточку, — вставил Раммар, который не мог такого позволить. — Может быть, мы и подлые, да и разрушение доставляет нам радость. Но разумом мы обладаем, уж можете мне поверить!

— …но тот, кто попытается их победить их же оружием, — нимало не смущаясь, продолжала Аланна, — может стать им подобным.

— Вам хорошо говорить, — сказал охотник за головами. — Вам не понять, что такое потерять кого-то, кто значит для тебя больше, чем свет очей!

— Не обманывайте себя, Корвин. Не стоит поспешно судить о других. Правда часто бывает скрыта глубоко.

— Да что вы говорите! — презрительно скривился Корвин. — Вроде как правда о вашем происхождении? Что за странный случай — после того как я счел речи того орка пустой болтовней и все эти годы даже не вспоминал о Шакаре и проклятой карте, я встречаю именно вас, Верховную священнослужительницу Шакары. Так ответьте же, Аланна, — неужели орк сказал тогда правду? Вам известна тайна карты?

— Известна.

— И что, она действительно ведет к сокровищу немыслимой ценности?

— Клятва, которой я когда-то поклялась, запрещает мне рассказывать вам что-либо об этом. Вам нельзя было даже знать о существовании карты.

— И тем не менее я о ней узнал, — невесело улыбнулся Корвин. — Разве не удивительно, какие шутки иногда выкидывает с нами судьба? Как раз когда я начал постепенно забывать об этом, на пути мне попадаетесь именно вы, эльфийская священнослужительница, и старая рана открывается вновь.

— Мне очень жаль, — сказала Аланна, и Раммар нашел, что это прозвучало на удивление искренне.

— Не стоит. Но от вас, священнослужительница, зависит, будет ли смысл в смерти Марены — хотя бы спустя столько лет.

— Что вы имеете в виду? — удивленно спросила она.

— Вы знаете, что я имею в виду. Все эти годы я жил, полагая, что она умерла за ложь, а теперь я узнаю, что сокровище, которое она хотела отыскать, действительно существует. Если я найду его, то доведу до конца то, за что она умерла.