Коапп! коапп! коапп! выпуск 3
Шрифт:
Мартышка (тихо). Невероятная трансформация! (Громко.) Вот выручили.
Все. Большое спасибо! Гора с плеч!
Удильщик (тихо). Любопытно, а что значит — она была сорной курицей? Что она хотела этим сказать?
Кашалот. Сейчас некогда разбираться, Удильщик, надо спешить. (Удаляется, кричит издали.) Да, уважаемая Курица, тут придет один Человек, передайте ему, что мы...
Сова. Да он уж идет.
Человек. Ну, друзья, вот электрический инкубатор, теперь мы сможем... А куда это вы все направились? Что случилось? Да остановитесь на минутку...
Кашалот. Не можем, дорогой Человек. Тут что-то невероятное творится... мы попали, как кур во щи, — эти сорные куры подсунули нам...
Удильщик (перебивает). Вот и пещера. Входите, я посвечу. Стрекоза, что вы там замешкались? Нашли время цветы собирать!
Стрекоза. Надо же что-нибудь принести детям. Лечу, лечу!
Коапповцы входят в пещеру. Голоса звучат гулко.
Удильщик. Так, сейчас сориентируюсь. Ясли должны быть где-то здесь...
Кашалот. Но я не вижу гроздей.
Стрекоза. Да вот же гроздья, вот — летучие мышата висят, уцепившись друг за друга... Какие крохотулечки! Головки словно плюшевые, и ушки торчат — просто чудо!
У длинноносой летучей мыши язык тоже длинный — иначе как бы она могла дотянуться до нектара, спрятанного в глубине цветка?
Удильщик. Матери спокойно оставляют здесь малышей, а сами улетают по своим делам.
Сова. Да что ты говоришь-то, Удильщик? Летучие мыши завсегда детишек малых с собой берут, так с ими и летают, я сколько раз видала: охотится ночью летучая мышь, а мышонок ейный на груди — уцепится крепко и сидит.
Человек. Не у всех так, дорогая Сова. Длинноносые летучие мыши, улетая по ночам из пещеры, не берут малышей с собой, а оставляют в таких вот своеобразных яслях.
Мартышка. Да здесь их тысячи! Непостижимо, как мать находит тут своего младенца?
Рак. А зачем им разбирать — свой, не свой... Может, у них все дети общие.
Человек. Давайте проверим.
Все. Но как?
Человек. Очень просто: повторим эксперимент американских биологов Кокрама и Хейворда. Они переносили детенышей длинноносых летучих мышей в другой конец пещеры...
Мартышка (перебивая) Я поняла, поняла — мы тоже кого-нибудь перенесем... Вот этого, ладно? Иди сюда, маленький, не бойся.
Стрекоза. Но его мама, когда вернется, ужасно испугается.
Гепард. А мы положим здесь ваши цветы, Стрекоза, тогда она не будет волноваться — похитители детей, как правило, не оставляют букетов.
Все. Правильно! Пошли!
Удильщик. Свернем сюда... ага, спрячемся в этой глубокой нише.
Сова. Фонарик-то погаси, Удильщик.
Удильщик. Он не гасится. Чем бы его прикрыть?
Мартышка. Давайте я закрою ладошками... ой, как стало темно!
Кашалот. И долго мы будем так сидеть?
Человек. Думаю, что недолго. Но надеюсь, дорогой Кашалот, вы успеете рассказать мне, что все-таки служилось.
Кашалот. Понимаете, эти сорные куры вместе с инкубатором подсунули нам...
Летучая мышь. Добрый день... хотя здесь не отличишь дня от ночи, верно? Вы взяли мою малышку поиграть, да?
Всеобщее изумление.
Сова. Поиграть, только поиграть, милая, — сейчас отдадим. (Понизив голос.) Ишь ты — разыскала! Такого махонького, да еще в такой тьме. Как же это она, а?
Человек. Возможно, с помощью ультразвукового локатора, но не исключено, что и обоняние играет здесь свою роль или какие-то неизвестные пока органы чувств... Ученым еще предстоит это выяснить, уважаемая Сова.
Удильщик. Потрясающе! Мартышка, да освободите наконец мой фонарик!
При сеете фонарика все видят длинноносую Летучую мышь.
Гепард. О-о, мама — вылитая дочь, то есть наоборот, ваша дочь, милая Летучая мышь...
Летучая мышь. Она ужасно симпатичная, правда? Ну, иди к маме, вот так. А я как увидела цветы, сразу поняла: раз принесли нам вкусненькое, значит, это друзья.