Чтение онлайн

– Не такая уж дыра, как я думал, – Борис уже направился к парадному входу, но тут мне в голову пришла одна мысль. Я мягко придержал его за рукав и шепнул на ухо несколько слов. Недалеко от нас по тротуару прогуливался белокожий веснушчатый коп, и как знать, может быть, этот парень был одним из эмигрантов в третьем поколении и знал пару слов на русском. В городе, где живет не менее полумиллиона выходцев с одной шестой части суши, лучше не кричать о своих противозаконных планах на каждом углу, полагаясь на экзотичность родной мовы.

– Ты думаешь, получится? – Борис пожал плечами. – Хотя ты сейчас босс, тебе и решать. Хорошо, жди меня за углом, – и таксист направился в отель. Вернулся он минуты через четыре и разочарованно развел руками: – У них там на входе стоит какой-то то ли менеджер, то ли швейцар, одним словом – пропускает дальше «рецепшена», на этажи, только по карточкам гостя или после предварительного звонка в номер. Боятся воров. В отелях, где часто останавливаются туристы, такое иногда случается. Не только в Сочи, – ухмыльнулся здоровяк. – Что будем делать?

– Здесь должна быть пожарная лестница или аварийный выход, – я внимательно оглядел фасадную часть здания и заметил узкий проулок между двумя домами, в который вполне мог протиснуться небольшой грузовичок. – Как ты думаешь, куда подъезжают машины, привозящие продукты?

– Не знаю, наверное, с обратной стороны есть служебный вход. Здесь, по крайней мере, пакеты с молоком и мясные туши не выгружают, – кивнул Борис в сторону вращающихся стеклянных дверей. – У меня есть дельное предложение. Смотаемся-ка на минутку ко мне, в Южный Бронкс.

– Что ты хочешь сделать? – он так решительно направился через дорогу к своему «форду», что мне не оставалось ничего другого, как последовать за ним.

– Я собираюсь честно отработать те пять тысяч, которые ты мне обещал! – тоном, не терпящим возражения, ответил здоровяк, ускоряя ход.

Мы погрузились в машину и взяли курс на имеющий дурную славу бандитский райончик, где по ночам лучше передвигаться только на колесах, так как в противном случае есть шанс расстаться не только с кошельком, но и с жизнью. Серые, унылые дома, разбитые уличные фонари, клочья гонимого ветром по асфальту мусора и кучкующиеся тут и там мрачные личности с капюшонами на головах, провожающие злобными взглядами голодных хищников каждую проезжающую мимо машину. Мрачное местечко!

– И не страшно тебе здесь жить? – спросил я, с любопытством глядя на здоровенного негра, развалившегося прямо на тротуаре и потягивающего не что по цвету похожее на виски из плоской стеклянной бутылки. Удивительно, как могут сочетаться новенькие кроссовки «пума», яркая спортивная куртка с эмблемой клуба «Нью-Йорк Нике» и – грязные руки и пропитая, обросшая щетиной рожа? Кажется, кое-кому на днях сильно не повезло оказаться в этих бандитских кварталах.

– Привык уже, – улыбнулся Борис, выруливая между опрокинутыми прямо на проезжую часть двумя ржавыми железными бочками, в каких, по американской традиции, обычно ночами горят уличные костры и вокруг которых клубятся, обсуждая делишки и выискивая жертву, местные хулиганы. – Вот получу твои пять кусков, обязательно перееду на Брайтон или в Бруклин.

– Тогда уж лучше сразу на Манхэттен! – предложил я, на что таксист рассмеялся:

– Э-эх, видел бы ты мой дом в Санта-Монике! Настоящая сказка, земной рай с пальмами, бассейном и колючими розовыми кустами вместо забора… – Он помолчал, а потом медленно, выделяя каждое слово, произнес: – Когда-нибудь я обязательно вышвырну оттуда Белинду и ее лохматого лабуха и выкуплю его обратно. Даже в том случае, если для этого мне придется собирать деньги до старости. Я дал себе слово, стоя возле соседского гаража и наблюдая, как они валяются на моих плетеных австралийских шезлонгах и потягивают коктейль из моих бокалов! И я сделаю это, Дэнни.

– Конечно, – теперь пришла моя очередь хлопать таксиста по плечу. – Главное – это четко видеть цель и иметь желание ее осуществить. Во что бы то ни стало. А остальное – уже вопрос времени и, как ни крути, некоторого везения.

– Вот и я так считаю, – согласился Борис. – Ну, вот… Приехали. Жди меня в машине, закройся и не выходи, – предупредил он совершенно серьезно, выпрыгнул из-за баранки, хлопнул дверью и вскоре уже скрылся где-то в глубине соседнего двора. Я нажал на кнопку, приводящую в действие центральный замок, приоткрыл люк на крыше, закурил, откинулся на спинку сиденья и попытался представить себе, как выглядит квартира таксиста, но ничего из этой затеи не получилось. Я никогда раньше не был в местах, подобных этому, и понятия не имел, в каких условиях тут живут люди. Но, судя по первым наружным впечатлениям, в этих квартирах вряд ли найдется автоматическая щетка для чистки обуви, на кухне – посудомоечная машина, в отхожем месте – фиалковый освежитель для воздуха, а в гостиной, на полу – шкура бенгальского тигра, встречающая тебя хищным оскалом пасти и блеском стеклянных глаз.

Бориса не было довольно долго, но когда он вынырнул из мрачного провала подворотни, то я сразу заметил, что ведет он себя несколько странно. За десять метров, что отделяли такси от рукотворного каменного ущелья, мой новоиспеченный помощник успел несколько раз сторожко оглядеться по сторонам.

Впрочем, причину такой разительной перемены я понял уже через тридцать секунд. Едва Борис упал на сиденье, в его руке сверкнул вороненой сталью «браунинг» тридцать восьмого калибра.

– С этой игрушкой у нас есть небольшая фора, – с видом прожженного урки заявил он и, спрятав пистолет под куртку, завел двигатель «форда». Мы помчались назад, на Кони-Айленд.

Я не стал спрашивать, зарегистрирован ствол в полиции или нет. Ответ был более чем предсказуем.

– Это темная пушка, я нашел ее пять лет назад, в районе нефтехранилища, – словно читая мои мысли, сказал таксист. – И – совершенно бесполезная, так как стрелять она все равно не может. Механизм неисправен. Поэтому и вышвырнули. Я интересовался у знакомых ребят с Брайтона, охранников, они сразу сказали, что ствол безнадежный, дешевле выбросить в мусорник, чем ремонтировать. Но я не стал от него избавляться. В некоторых ситуациях достаточно только продемонстрировать оружие, и твои шансы решить спор в свою пользу заметно увеличиваются. Вот, кажется, и пригодилось…

– Это может сработать, – согласился я, но предупредил: – Лишь в том случае, если у них не окажется при себе исправного ствола. И желания идти до конца. Хотя к нашему конкретному случаю это предостережение, скорее всего, не относится. Нет у них оружия. – Мысленно я был согласен с Борисом – имея при себе даже бесполезный пугач, мы могли чувствовать себя несколько увереннее. Сам по себе вид направленного на тебя оружия – аргумент серьезный!

Добравшись до Кони-Айленда, мы оставили такси там же, где и в прошлый раз, и решили проверить – нельзя ли проникнуть в здание другим способом, не прибегая к услугам парадного входа. Пожарная лестница существовала, но она шла сбоку здания и на нее выходили лишь торцевые двери коридоров, которые Борис оперативно проверил – все без исключения были заперты изнутри и не имели снаружи даже ручек. Еще две, обнаружены» нами на первом этаже, ведущие в служебные помещения отеля металлические двери тоже не спешили впускать внутрь посторонних. И когда мы уже практически расстались с идеей попасть в «Лав Энд» окольными тропами, я вдруг заметил в самом углу двора, в подвальной нише, небольшое приоткрытое окошко, из которого струился легкий, со слабым запахом стирального порошка, пар. От злодейского проникновения извне окно было защищено хлипкой даже на вид, держащейся на соплях железной решеткой, мельком взглянув на которую здоровяк Борис довольно ухмыльнулся и потер руки.