Чтение онлайн

А потом он переехал к ней.

— Бенни, как было бы хорошо, если бы я видела тебя чаще. Хотя бы по полчаса утром или вечером! — вот как Алекса сформулировала свое желание.

Он подумал: если все так замечательно, если он видит ее так редко, все будет только лучше, если он будет чаще видеть ее. Вполне логичный вывод. Вдобавок переезд привлекал его с практической точки зрения. Она жила одна в огромном доме. Он снимал тесную квартирку, набитую дешевой мебелью.

И они любили друг друга.

Поэтому он сдал свою квартиру, а мебель отвез назад в ломбард к Мохаммеду Фейсалу по прозвищу Губошлеп. На вырученную сумму Бенни повел Алексу в ее любимую «Бизерку», где он, капитан уголовного розыска, ел устриц, зная, что его постоянная борьба окончена и жить хорошо. В ту первую ночь после переезда они любили друг друга неистово, как подростки, и он понимал, что принял верное решение.

На вторую ночь, когда он лег в постель, Алекса сунула ладонь ему в пижамные штаны, поглаживала, дразнила и целовала его, и у него снова все получилось.

На третью ночь было то же самое. Его солдат стоял по стойке «смирно», и, хотя его готовность нельзя было назвать готовностью номер один, он все же старался.

На четвертую ночь он понял, что попал в беду.

В двадцать с чем-то, когда они с бывшей женой Анной были молодыми, полными страсти молодоженами, он мог заниматься любовью по два-три раза на дню.

Но то было давно. Четверть века и тысячу литров «Джека Дэниелса» назад. Теперь все совсем по-другому.

Что же делать? Он не мог сказать Алексе: «Не надо, мне уже хватит». Особенно когда она смотрела на него своими глазами, полными любви, сострадания и желания, когда последние полгода они занимались любовью с таким самозабвением. К тому же она дарила ему дорогую одежду, купила айфон и обращалась как с настоящим героем.

Он не мог пойти к врачу и попросить рецепт на виагру. Его сексуальная жизнь никого не касается, ему не хватало храбрости, и потом, такие таблетки все равно нельзя принимать каждый день. Ему не хотелось впадать в очередную зависимость и целыми днями пребывать в полной боевой готовности.

Оставалось одно: ночевать на работе. Чтобы пробудить в себе хоть какое-то желание.

Вот почему по утрам он так плохо выглядел и вот почему лгал всем и каждому. Глядя на него, командир и коллеги думали, что он снова запил.

Гриссел знал, что больше так продолжаться не может.

Но что делать?

Он облажался. Облажался по-крупному.

Она встретила его в дверях, поцеловала, прижалась к нему всем телом, повела на кухню «поесть лазаньи, правда, она вышла не совсем такой, как я хотела, Бенни, но ты, наверное, ужасно голодный». Она сидела за столом напротив. Бенни заставлял себя есть ее стряпню и лгал, что лазанья вышла вкусной. Алекса спросила, как у него прошел день. Он рассказал ей обо всем, кроме Эдера. Она слушала его внимательно и участливо. Потом она сказала:

— Ты великий сыщик. Ты их поймаешь!

Он тоже спросил, как у нее прошел день. Она рассказала о переговорах, записях, о том, как трудно пробить рекламу и эфирное время для ее музыкантов.

— Рынок сейчас переполнен…

После ужина они пошли в спальню.

Гриссел почистил зубы, надел новую пижаму. Алекса снимала макияж перед зеркалом и разговаривала. Предупредила его, что набила холодильник, чтобы он не голодал на то время, что ее не будет — завтра она улетает в Йоханнесбург. Она сказала, что будет скучать по нему. Он должен беречь себя. И пусть звонит, когда сможет, у нее куча деловых встреч и одно выступление в казино «Карнавал-Сити», но в четверг она вернется.

Гриссел мысленно произвел подсчеты. Две ночи на восстановление… на перезарядку, так сказать.

Она разделась, нанесла ночной крем… Надела ночную рубашку, выключила свет. Легла рядом с ним, прижалась к нему, прильнула губами к его шее:

— Я люблю тебя, Бенни.

— И я тебя люблю.

Ее рука скользнула ниже, под резинку трусов.

— Где этот мошенник? — игриво спросила она.

Его разбудил звонок мобильника. Он увидел на экране служебный номер УРОВП. Посмотрел на часы — 02:12. Чтобы не будить Алексу, он вышел в коридор. Без пижамы было холодно, но пижама осталась где-то под одеялом.

— Гриссел, — сказал он.

— Бенни, это Филип. Извини, что разбудил…

— Ничего страшного. — Он постарался ответить не очень сонным голосом.

— Я подумал, что тебе нужно знать: нам только что позвонил старший суперинтендент Жан-Люк Бонфис из Интерпола в Лионе. Насчет змеи на гильзах…

Гриссел пошел в гостиную. Когда он выходил туда в прошлый раз, там работал обогреватель.

— Им что-нибудь известно?

— Вот именно — что-нибудь, лучше, пожалуй, не скажешь. Он получил наш запрос и в течение часа пришлет все, что у них есть, а пока сообщил следующее: убийство во Франсхуке — уже шестнадцатое, в котором фигурируют гильзы со змеей…

— Jissis… — прошептал Гриссел. Обогреватель был выключен, но гостиная еще не успела промерзнуть, как коридор. Он снова включил обогрев на максимум и встал над обогревателем, широко расставив ноги.

— Я кое-что записал с его слов, — продолжал ван Вейк. — За точность не ручаюсь, но суть в следующем. Первое убийство, на месте которого нашли такие гильзы с гравировкой, совершено семь лет назад в Португалии. Позже я к нему еще вернусь. Почти все последующие убийства совершались в Европе — в Германии, во Франции, в Испании, Голландии, Польше, Бельгии и Италии. Одно в Великобритании, одно в Нью-Йорке и одно в Исландии, в Рейкьявике. По его словам, одно или два убийства, возможно, совершены в России, но оттуда ничего официально в Интерпол не передавали. Убийство во Франсхуке — первое в Южном полушарии.

— И каждый раз на гильзах была змея?

— Вот именно.

— Кто жертвы?

— Вот что странно. Бонфис говорит, они не сомневаются в том, что во всех случаях орудовал наемный убийца, но специфического почерка они не видят, если, конечно, не считать гравировки на гильзах. В Польше, Испании и Франции жертвы определенно были представителями криминальных кругов. В Нью-Йорке убили восьмидесятидвухлетнюю мультимиллионершу, которая коллекционировала картины. В Германии жертвой стал молодой предприниматель, основатель интернет-компании, вторая жертва там же — очень красивая тридцатилетняя учительница. Они никак не были связаны между собой, и убийства разделяет промежуток в год и два месяца. Я мог бы продолжать. Бонфис сказал, что, по их версии, киллер работает на любого, кто готов платить. И очевидно, много просит за свои услуги. По меньшей мере сто тысяч евро за заказ.