Чтение онлайн

— Нас будут гонять, пока не нагонят, — напомнил ясное.

— Может, мы успеем выйти на связь с базой и уйти. Этого я хочу больше всего.

— Чиж, — кивнул. — Знаю. Но мы уже девять дней здесь и лучше не становиться. Молчу о неприятностях в виде черной конницы удалого лорда. Ноль со связью, понимаешь? Если раньше хоть гудение было, помехи, то теперь вовсе тишина. Глухая. Полная тишина!

— Полетела…

— Что?! Дефрагментатору нужны максимум сутки на восстановление утерянных данных, радар и пеленг находятся в постоянном поиске волны. Реакция на смену поля мгновенна. Сутки самый пиковый максимум при самом пиковом раскладе повреждений, и я бы уловил сигнал. А его нет. Н-е-ет!

Стася зубы сжала и отвернулась:

— Давай спать, — процедила. — Неизвестно что будет завтра. Нужно использовать передышку с толком, а мы ерундой занимаемся.

— Спи, — согласился. — Я подежурю.

Стася зажмурилась: какого черта она здесь делает? Девять дней, девять бездарных дней потрачено на знакомство с непонятным миром, без которого и дальше бы прожила… а вот Чиж…

Чиж…

Он стоял перед ней и смотрел, словно видел первый и последний раз.

— Ты жив! — рванула к нему.

— Где ты? — выдохнул он, стиснув ее в объятьях. — Где?!

Сколько боли в голосе, что кажется, Николай в ярости.

— Я?… Не знаю где. Нас выкинуло в какой-то ненормальный, вывернутый мир, и я не знаю ни координат, ни параллели, ни страны, ни места, где нахожусь. Прости… — и припала ладонью к его щеке — теплая. — Я так рада, что ты жив…

Он моргнул, взгляд стал странным и лицо немного изменилось — стало жестким. Николай не был таким:

— Что с тобой?

— Где ты?! — почти прорычал, встряхнул ее, сжав плечи.

— Что с тобой, Коля? Я не могу пока вернуться, хоть и очень, очень хочу. Я люблю тебя. Я так хотела сказать тебе, что люблю, так боялась не успеть. Мне было страшно, что я опоздала и не помогла тебе…

— Где ты?!!

Русанова отпрянула и… провалилась через перекрытия, попала в тренировочный сектор. Рванула по коридору в поисках Николая или своих, кого-нибудь, кто смог бы ей объяснить странное поведение Чижа, сказать, где его найти. Но никого, ничего — пустые классы, залы. Она в панике металась по центру и вот влетела в отсек своей группы.

Толкнула дверь спортзала и уставилась на Иштвана. Тот гантели выронил. Она с глухим стуком откатилась к стене и замерла, как Пеши.

— Стася? — спросил шепотом, будто не верил, что видит ее.

— Где Коля, Иштван?

Мужчина во все глаза смотрел на нее и боялся пошевелиться. В глазах страх, непонимание и сочувствие.

— Иштван, милый, — взяла его за отворот куртки, приблизившись. В лицо уставилась. — Не смотри на меня как на привидение. Это я. А как — не спрашивай. Сама не знаю. Та параллель, то задание, эксперимент Локтен что-то изменили.

Мужчина вяло кивнул. Взгляд говорил — допустим.

— Мне самой непонятно, почему я вижу именно тебя!… Не важно. Мне нужен Николай. Не могу его найти. Он был на этаже выше…

Мужчина побледнел, зрачки стали огромными.

— Что?… Я только что видела его!

Пеши головой покачал. Он молчал, но его глаза! Лучше бы Стася не смотрела в них и не видела ответа на свой вопрос.

— Нет, — выставила палец, выпустив ворот куртки. Сделала шаг назад. — Нет. Я разговаривала с ним, я его видела… Живого!!

А его ли? — мелькнуло в голове и вновь привиделся Чиж. Его взгляд, тон, вопрос. Он был не тем Николаем, что она знала. С ним было что-то не то и что, она не хотела знать, потому что уже знала.

— Нет. Он жив.

— Он умер, Стася…

То ли тихое эхо, то ли раскат грома, и как молния:

— Нет!!!…

— Тихо! — ладонь Кира накрыла ее губы, руки сжали, почти сровняв с землей. — Тихо.

Русанова забилась, пытаясь стряхнуть его с себя, и была освобождена:

— Только не кричи.

Куда там — дышала с трудом. Горло сжало, слезы из глаз сами брызнули.

А ведь не плакала, много лет не плакала.

— У тебя опять лихорадка.

Тело и, правда, подбрасывало от озноба, зубы стучали. Но она этого не замечала:

— Чиж, — выдавила с трудом.

— Опять привиделось?

— Умер… не успела…

— Мертвые к неприятностям снятся или перемене погоды.

Это он о чем? — застонала: слышал ли ее вообще?

— Коля…

— Плохо дело, — оттер пот со лба женщины и посмотрел на свои пальцы. — По уму, тебя отпаивать надо, в постель, а еще лучше…

— Коля… Коля?…

Сознание плавало, тело казалось чужим, непослушным, живущим по своим законам. Ее крутило и мутило, но от лихорадки или от горя?

Глава 7

Стася села и очумело уставилась перед собой — было или не было?

Лучи солнца уже вовсю играют с листвой. Кир мирно посапывает сбоку. Тихо вокруг, спокойно, а на душе у женщины тяжесть, в голове кавардак. И чувство безвозвратной потери и одиночества сковывает члены, словно младенца отсутствие навыков. Будто никого больше нет во вселенной, во всем конвейере миров. И ей тоже нет места, потому что нет целей и желаний, нет ее. Что-то изменилось незаметно и бесповоротно, и не знаешь что, но понимаешь — навсегда. Вчерашний день канул, его больше нет и не будет. Он не вернется, как не вернется Чиж, как не вернуться Стасе и Киру, как не вернуть пройденного.

— Ты как? — услышала. Кир проснулся. Русанова встала и пустым взглядом обвела лесную чащу.

— Пойдем.

— Куда? — поднялся робот, внимательно посмотрел на женщину: как самочувствие? Лихорадка отпустила?

— Все равно.

— Поймают…

— Все равно.

Кир с подозрением просканировал ее состояние, и программа выдала неожиданный для него диагноз, лечение которого одно. Мужчина замахнулся, чтобы дать легкую пощечину и привести женщину в чувство, но она перехватила руку: