Код сновидений

Иллюстрация на обложке Евгения Епихина

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Мощный черный HUMMER мчался по центральной улице. Он явно спешил. И, очевидно, по чрезвычайно важному делу. Иначе к чему было так нагло игнорировать светофор?

Прохожие в недоумении оглядывались. А немногочисленные утренние автомобили более скромных моделей непроизвольно прижимались к бордюру, уступая дорогу бесцеремонно обгоняющей их крутой тачке с неместными номерами.

В центре города у перехода джип неожиданно резко затормозил и остановился. Дверца распахнулась. Однако из салона никто не вышел.

С противоположной стороны к переходу приближалась элегантная женщина – классическая современная ведьма с роскошной копной волос на голове и глазами дикой кошки. На запястье три нестандартных браслета. Авторская работа без камней. Длинные изящные пальцы. На указательном – перстень с крупным аметистом. Высокие каблуки. Изящная походка. Взгляд в себя.

Вдруг она остановилась и пристально уставилась на HUMMER.

– Здравствуйте, Ева, – раздался глухой мужской голос, и вслед за ним появился и сам обладатель голоса – бритоголовый узкоглазый качок в кожаном жакете. Он галантно протянул руку, приглашая женщину пройти в салон.

– Мой босс желает с вами встретиться, – сообщил бритоголовый и мягким жестом указал на джип.

Женщина не спешила отвечать. Детально рассмотрев качка, она направила свой взгляд на двух сидящих внутри салона секьюрити и, сверкнув глазами, низким голосом произнесла: «Предмет беседы?»

– Это – конфиденциально, при личной встрече, – ответил качок.

– Передайте боссу, что в настоящий момент у меня другие планы, – категорично заявила женщина.

– Босс связан с Андреем, – послышалось из машины. Ева перевела взгляд на говорящего. Классическая кожаная куртка и бритая голова. Стереотипный представитель столь популярной ныне профессии. Смуглое лицо со шрамом на левой щеке было, пожалуй, единственным существенным отличием, которое бросалось в глаза.

В голове женщины пронеслась картинка… Крест с аметистами.

Ева сделала глубокий вдох, пытаясь удержать образ.

– Ну, что, может быть, передумаете? – задал вопрос узкоглазый.

– Хорошо, – согласилась та.

Качок снова жестом пригласил ее в джип.

Эффектно взявшись за дверцу, женщина легко и быстро очутилась рядом со смуглым. Положила на колени стильную сумочку, непринужденно откинулась на спинку сиденья и безукоризненно красиво перекинула ногу на ногу. Затем медленно повернулась к окну. Обвела взглядом заглядывающие в джип деревья и посмотрела на стрелки своих часов. Длинные прямые густые черные ресницы, контрастирующие с нежной белизной кожи, на мгновенье мягко опустились и тут же веерами взмыли вверх. Заискрившиеся с новой силой глаза выдавали вспыхнувший внутри их очаровательной обладательницы огонь.

Качки заволновались. Такой магнетической женщины они еще не видели.

Причина их волнения состояла вовсе не в совершенной красоте лица, которое двое из них даже не смогли толком рассмотреть. Эффект производило само присутствие этой шикарной сексапильной женщины в салоне машины. Потрясали изящество и грация и какая-то неуловимая энергия, для которой трудно подобрать слова. Стиль и пластика пантеры проскальзывали во всем, даже в таких мелочах, как поворот головы и легкий жест рукой при прикосновении к предметам.

Ехали долго. Ева молча наблюдала за природой, наслаждаясь первыми красками осени. Водила не спешил, включил «Лунную сонату» Бетховена.

У выезда из города смуглый качок пересел на переднее сиденье, подсказывая куда ехать. Очевидно, он был местным, хотя по прононсу совершенно не отличался от двух других. Правда, по мере продвижения вперед появлялись все новые и новые детали отличий, незаметные с первого взгляда. Смуглый обращал на себя внимание низким ростом, стандартная кожаная униформа водилы оказалась с двумя рядами шипов на спине, а, классически выбритая впереди, голова узкоглазого на затылке представляла поднимавшуюся по спирали вверх изогнутую змейку.

Когда выехали за город, водила резко увеличил скорость и включил Вивальди.

Ева по-прежнему спокойно созерцала природу, не удивляясь ни перемене музыки, ни перемене скорости, ни перемене местности. Машина шла легко, несмотря на неожиданно начавшуюся грунтовую дорогу, которая вела в сторону гор. Мимо проносились густо заросшие можжевельником склоны, периодически сменявшиеся небольшими полями с уже успевшим пожелтеть дикорастущим кустарником и невысокими деревьями с ярко-багряными листьями.

Часа через два подъехали к элитному поселку. По обеим сторонам единственной улицы росли величественные платаны, создавая неповторимое ощущение целительной прохлады. В ухоженных просторных дворах, в несколько раз превышающих размер самих особняков, располагались многочисленные клумбы, фонари и бассейны. Людей не было видно нигде. Возможно, хозяева коттеджей приезжали сюда только летом.

В конце улицы водила притормозил у ворот, которые сразу же автоматически открылись. Джип подъехал к высокому крыльцу. Один из качков быстро вышел и распахнул перед Евой дверцу. Женщина грациозно вышла из салона и последовала за раскланивающимся перед ней качком.

Особняк выдавал утонченный вкус хозяина. В огромном холле живые цветы в дорогих горшках, пальмы и низкорослые фикусы создавали впечатление первозданной природы. Естественную картину завершали несколько волнистых попугаев, беззаботно сидящих на ветвях. Пара лениво лежащих под деревьями персов не обращала никакого внимания на птиц.

Узкоглазый качок медленно направился к лифту. Потом, передумав, свернул в проем справа. Ева шла рядом, успевая замечать все подробности пространства и отслеживая свое чувство спокойствия в этой неожиданной ситуации. Она даже не задавала себе вопрос: «Что это: очередной сюрприз Андрея или авантюра судьбы?»