Чтение онлайн

– А ну, приглядись к этому, – сказал майор. Старик только скосил глаза.

– А мне и приглядываться не надо. Он был. Его физиономия. Так вы чего, взяли его?

Федор отрицательно помотал головой.

– Нет. Убежал, гад. Но скоро обязательно возьмем.

Старик на это отреагировал с полным безразличием, слегка пнув ногой мешок с семечками, этим как бы давая понять, что ему дела нет до того типа. А дело его – продавать семечки. Но когда Федор уходил, он ему высыпал в карманы пиджака три стакана семечек, сказав при этом:

– А голодранцы твои где? Что-то не видно их?

Федор кивнул.

– Вон там, в машине сидят. А что, заскучал, могу позвать? – шутливо спросил он дядю Витю. Тот отмахнулся.

– Что ты? Скажешь тоже, заскучал. Особенно по этому наглому цыгану. Пока стоял тут в прошлый раз, два кармана семечками набил. А вообще, – старик улыбнулся, – передай им от меня привет и семечками угости.

Федор пообещал.

Дальнейший их маршрут был к жене убитого Игоря Овечкина. Лично Грек не видел в этом большой необходимости. Подумаешь, у ее мужа и у застреленного Ваняшиным парня, были найдены одинаковые брелки. Обыкновенное совпадение. Случайность. Так считал капитан Грек. Но разве этого Туманова переубедишь. Упрямый он. А это, по мнению Грека не всегда правильно.

Инна Овечкина предпочитала не влезать в дела мужа. Главное, считала она, чтобы муж мог обеспечить нормальное существование для семьи. А Игорь мог. И за два года их совместной жизни, у них появилась и квартира и автомобиль. И все это было приобретено на деньги Игоря. Инна его считала настоящим мужчиной, достойным восхищения. Именно таких, любят женщины. Сама Инна своего молодого мужа не любила. Но с ним было удобно, комфортно. Да и зачем женщине любить мужчину? Достаточно того, чтобы он любил ее. А ради любви, ее Игорек был готов на все.

Но красивая жизнь для нее скоро закончилась. И случилось это после того, как ее мужа, Игоря Овечкина убили. А спустя три дня после его похорон, Инна вдруг узнала, что квартира и машина были куплены мужем на кредит, который теперь придется возвращать ей, или… О втором думать не хотелось. Инна решила обратиться к хорошему знакомому мужа. У них были с ним какие-то общие дела, так неужели он откажется помочь несчастной женщине. И тот не отказался.

Сразу же после звонка Инны, Олег приехал. Сначала, как мог, утешал бедную вдову, говорил, что поможет решить вопрос с кредитом, и предложил выпить коньяка.

Инна не отказалась. События последних дней окончательно расшатали нервы. Она даже спать стала плохо, и от недосыпания под глазами появились припухлости, похожие на синяки.

После трех рюмок выпитого коньяка, Инна почувствовала себя пьяной. Хотелось лечь в постель, забыть обо всем и поскорее заснуть.

– Уходи, Олег, – сказала она мужчине. – Я хочу прилечь. Завтра поговорим.

Знакомый мужа улыбнулся. Инна встала, давая понять, что ему, как человеку воспитанному, надлежит сделать то же самое. А до двери его провожать совсем не обязательно. Выход он и сам найдет.

И Олег нашел. Когда Инна качнулась, чуть не завалившись на стол, он вдруг вскочил и подхватил ее на руки. Но это отнюдь не было жестом доброй воли, а за улыбкой мужчины скрывалось коварство и желание во что бы то ни стало овладеть красивой женщиной.

– Я тоже хочу прилечь. И на завтра мы ничего откладывать не станем.

Он вдруг понес Инну в другую комнату, где располагалась спальня.

Инна попыталась сопротивляться, но это у нее не слишком хорошо получалось, потому что мужчина оказался сильней ее.

– Негодяй. Что ты делаешь? – закричала Инна, убирая свои губы, не давая чтоб он целовал. Но Олег только рассмеялся.

– Я не даю пропасть красивой женщине.

– Боже, какой стыд! – воскликнула Инна, когда он повалил ее на кровать. На кровать, где они еще недавно занимались любовью с Игорем. Это было утром, перед тем, как ему уйти. Тогда он был особенно ласков с ней. Инне это даже показалось странным. А потом он ушел и больше не вернулся.

– Я прошу тебя, уйди. Не надо, – Инна всхлипнула, не давая себя раздеть. И видя это, Олег не стал мучиться, снимать с нее юбку. С блузкой он поступил проще, рванул ее так, что оторванные пуговицы посыпались на пол. С лифчиком произошло тоже. И освободив красивую грудь от одежды, Олег навалился на нее, засыпая поцелуями. Потом его руки скользнули ей под юбку и ловко стянули трусики.

– Зачем они тебе? – смеясь, спросил он. Инна стыдливо промолчала. Подумать не могла, что такое может произойти, да еще сейчас, когда она еще окончательно не отошла от недавнего траура. Ну, кем она теперь после этого всего будет себя считать? Ну, конечно же, стервой.

Понимая, что сексуального контакта не избежать, Инна решила больше не сопротивляться. Да и к чему ломать из себя целочку? Ведь она замужняя женщина. И до замужества с Игорем у нее было много мужчин. Всех их она считала типичными самцами. Похоже и этот такой. Она посмотрела на Олега, который, приспустив брюки, навис над ней, прицеливаясь к ее промежности.

Чтобы не казаться чересчур вульгарной, Инна чуть прикрыла глаза и широко раздвинула ноги. Надо же помочь горячему до любви мужчине.

Она тихонько ойкнула, почувствовав, как он вогнал в нее свой источник любви, который, по мнению Инны, оказался довольно приличных размеров.

Эту ночь Олег провел у нее в постели. Утром, когда уходил, пообещал, что теперь будет часто навещать вдовушку. Инна промолчала. С тех самых пор, как Игорь ушел и не вернулся, она возненавидела утро. Лучше бы оно никогда не наступало. Ночь, и сразу день. Пусть лучше бы утра не было. То утро принесло ей несчастье. И этот любовник уходит утром.

Но через день, как и обещал, Олег пришел опять. Сказал, что с кредиторами он договорился по поводу отсрочки кредита. Инна была ему несказанно благодарна. Но словесной благодарности оказалось мало, и они опять занимались любовью.

А потом Олег не появлялся почти целую неделю. Как-то позвонил, справился, как она себя чувствует, но на предложение о встрече, ответил, что занят неотложными делами. Инна настаивать не стала. В конце концов, мужчина всегда имел власть над женщиной. Похоже, то же самое заимел и Олег над ней, и она с покорностью готова ждать его столько, сколько потребуется.