Чтение онлайн

Смеркалось. Лаванда встревожено оглядывалась по сторонам, но принцесса, казалось, не замечала куда идет. Предзакатное солнце окрашивало окружающий пейзаж в сказочные, золотистые тона, природа вокруг манила и звала. Принцесса шла вперед, постепенно ускоряя шаги.

На Лаванду окружающая красота не оказала магического действия, и девушка беспокойно оглядывалась по сторонам. Привыкшая к капризам принцессы и с детства приученная к придворной субординации девушка молча следовала за принцессой.

Наконец, Лаванда не выдержала:

– Ваше высочество, скоро начнется церемония. Вам надо быть во дворце.

Принцесса лишь раздраженно отмахнулась и продолжала идти вперед.

– Смотрите, ваше величество, мы уже совсем в лесу. Давайте хотя бы вернемся в парк! – не унималась Лаванда. Что-то в происходящем серьезно насторожило девушку.

Принцесса раздраженно остановилась.

– Если ты не понимаешь окружающей нас красоты, то ты просто крестьянка. Неужели ты не слышишь эту дивную песню? Я обязательно должна найти певца. Он один на свете достоин стать моим мужем!

Лаванда обогнала принцессу и встала поперек тропинки.

– Ваше высочество, туда нельзя. Пожалуйста, остановитесь. Ну что с вами стряслось, право слово!

Принцесса продолжала идти, словно лунатик. Она уже не любовалась окружающей природой. Ее глаза неотрывно смотрели куда-то вдаль, мимо Лаванды. Принцесса шла прямо на Лаванду словно не замечая ее.

Увидев этот остановившейся взгляд, Лаванда пришла в ужас. Забыв о придворном этикете, обо всем, чему ее учили с детства, девушка схватила принцессу за плечи

– Ваша светлость, Настюрция, миленькая, ну очнитесь же. Не хватало, чтобы принцесса бегала по лесу за каким-то бродягой-менестрелем! Да еще и прочила его себе в мужья. Давайте вернемся во дворец, ваша светлость!

Принцесса остановилась и удивленно посмотрела на Лаванду, как будто видела ее впервые в жизни. Ее лицо стало совсем чужим.

– Мерзавка! – вскрикнула Настюрция. – Ты учить меня вздумала?!

Принцесса размахнулась и с такой силой дала пощечину Лаванде, что бедная девушка упала в траву. А принцесса, не останавливаясь, отправилась дальше. Она шла, все ускоряя шаги, и, наконец, побежала и скрылась за поворотом.

Лаванда была девушкой разумной, с крепкими нервами, но все же и она некоторое время пролежала в траве и проплакала, прежде чем к ней вернулась способность действовать разумно.

Девушка вскочила на ноги и огляделась. Принцессы нигде видно не было. Лаванда бросилась бежать по тропинке. За поворотом тропинка выходила на небольшую поляну. Лаванда появилась как раз вовремя, чтобы увидеть, как несколько гномов под предводительством монументальной бригадирши в оранжевом жилете заталкивали в фургончик принцессу. Голова у Настюрции была запрокинута назад, лицо с закрытыми глазами – белее мела.

Из груди Лаванды вырвался непроизвольный вскрик. Девушка прикрыла рот рукой, но было поздно. Бригадирша обернулась и увидела девушку.

– Эй, Бронди, эта дрянь за нами следила. Иди схвати ее и приведи сюда.

Один из гномов повернулся и неуклюже потрусил к девушке. Лаванда не стала его дожидаться, а повернулась и шмыгнула в лес. Она долго бежала, не разбирая дороги, лишь слыша позади пыхтение и топание преследователя. Но гном, выросший под землей и приспособленный скорее лазить по узким извилистым штольням, чем бегать по лесу, конечно, не мог догнать девушку.

Постепенно звуки погони стали утихать, а через четверть часа стихли совсем. Испуганная Лаванда продолжала бежать изо всех сил и остановилась только тогда, когда стемнело настолько, что она перестала различать деревья в двух шагах от себя. Только тут девушка поняла, что, избежав одной опасности, она угодила в другую. Лаванда заблудилась.

– Вот так все и было, истинная правда! – горничная принцессы, наверное, раз десять на протяжении рассказа повторила эту фразу и ей же решила и закончить. Однако никто и не собирался усомниться в ее правдивости. Наоборот, мужчины наперебой спешили выразить свое сочувствие и возмущение наглостью похитителей. Даже Махмуддин периодически укоризненно цокал языком, галантно выпуская дым в сторону от девушки. Только Эйнли долгое время помалкивал, то ли не считая возможным осуждать действия сородичей, то ли опасаясь, что и ему, как представителю расы гномов, достанется на орехи. Но, в конце концов, и он не выдержал:

– Это полукровки, клянусь своей бородой! – убежденно воскликнул он. – Настоящий гном не способен на такую низость.

Остальные решили не развенчивать заблуждения почтенного ученого, благо, им и так было о чем поговорить.

– М-да, веселенькие дела у вас тут творятся, – заявил Коля. – Даже в Сингапурской космоторговой компании о таком беспределе не слышали.

– Поразительно! – удивился граф. – Все до мельчайших деталей повторяет случай, произошедший со мной в Ухарских лесах. Значит, много их таких по нашей земле разгуливает!

– Господа, но ведь это же форменный произвол! – загрохотал барон. – Куда ж наш якобы король смотрит? Или ему, дескать, ничего не докладывают?

– Так надо же скорее вернуться в город и рассказать королю, кто на самом деле украл принцессу, – предложил Энимор.

– Полно, граф, – тут же умерил его прыть Эйнли. – Неужели вы думаете, что его величество ни о чем не догадывается? Просто он сделать ничего не может.

– Но мы-то можем! – поддержал молодого рыцаря барон.

– Эйнли прав, – вступил в спор Коля. – Видел я, вернее, слышал, как вы, граф, пытались добиться справедливости. Те, кого вы об стену головой приложили, возможно, и прониклись вашими идеями, но непросветленных осталось намного больше. И они вам все же устроили «темную».

– Но ведь я тогда был один! – не сдавался доблестный Энимор. – А если собрать всех честных рыцарей Королевства…

– Подозреваю, что их соберут и без нас, – перебил его уже начавший остывать Черч. – В городской тюрьме.

О Лаванде все на время забыли. Или почти все. Брик догадался протянуть усталой и голодной девушке кусочек лепешки из почти уничтоженных запасов джинна. А сам Махмуддин совсем уже решился раскупорить заветную скляночку с ароматным чаем, приносящим к тому же сладостные видения. Но Лаванде уже не требовались никакие особые средства, чтобы увидеть сказочные сны. Она и так задремала, положив голову на колени к застывшему на ответственном посту гному.