Чтение онлайн

Но так делается не только потому, что я люблю безопасность. Сейчас гуляют очень интересные слухи касательно планов Персии. Разведка пока не может досконально это проверить, но в этой стране имеется целых пять портальщиков! В Российской империи нет ни одного. А эти маги имеют силу отправить человека куда угодно в пределах земного шара.

В империи их за все время ее существования было мало. Последнего портальщика убили двести тридцать лет назад, причем вышло все это очень глупо, его зарезали вместе с семьей. Сын унаследовал дар отца, но имперцы пропустили врагов и не смогли спасти даже его. Когда портальщик был жив, его жизнь активно освещалась прессой, Российская империя не упускала возможности им похвастаться. А на самом деле существование подобных магов должно держаться строжайшей тайне.

И если ты увидишь такого в толпе, то никогда не поймешь, что это именно портальный маг. Также, как и не узнаешь четыреста человек его охраны, которые тоже ничем не выделяются от прочих.

Хотелось бы, чтобы в Российской империи был хоть один такой маг. Мои теневые агенты и раньше искали портальщиков в нашей стране и не только, а сейчас стали делать это более активно — у них появилось больше возможностей.

Может им повезет, и они найдут хоть одного такого мага. Конечно, он будет неопытен, ведь обучиться ему в Российской империи негде. Но это не проблема, в имперском хранилище находится много специальных трактатов по обучению портальщиков, которые смогут помочь. Там есть запасы, которые я делал на будущее еще со времен своей первой жизни. Потом знания добавляли мои потомки — каждый добавлял по чуть-чуть.

У Российской империи много запасов на случай непредвиденных обстоятельств. В хранилище таятся не только секретные знания, но и деньги с артефактами.

Кстати, интересно, как Разумовский отреагирует на преследование Мясника! Мне уже не терпится узнать… И жаль, что не удастся увидеть его лицо в тот момент, когда он осознает, что именно произошло.

Тем временем мы приехали на пресс-конференцию, о сборе которой я распорядился сегодня утром. Мне нужно было многое сказать людям.

Здесь собралось больше сотни журналистов. А кроме них еще и множество гражданских, которые пришли посмотреть на самого императора. Пресс-конференция была созвана срочно, а потому многие подъедут и позже.

Все началось штатно, я вышел на трибуну и начал говорить в микрофон свою речь:

— Благодарю всех, что пришли! Я хотел бы сделать важное заявление…

Но стоило мне начать, как у трибуны началось волнение среди моих людей. Кутузову кто-то позвонил, после чего он начал нервно отдавать приказы. Мне происходящее совсем не понравилось.

— Минуточку, — попросил я подождать, и журналисты начали переговариваться между собой.

Спустился с трибуны и подошел к Кутузову.

— Я полагаю, что-то случилось? — прямо спросил я у него.

Кутузов переглянулся с одним из гвардейцев, словно не зная, стоит ли из-за этой проблемы сорвать пресс-конференцию.

— Случилось, — ответил Разумовский-младший и отправил мне информацию на телефон.

Ознакомившись, я принял решение и снова вышел на трибуну.

— Прошу прощения, но пресс-конференция отменяется. У меня внезапно появились более важные для Российской империи дела, — сразу сообщил я людям.

Вновь спустившись, вместе со своими людьми, я отправился к машине и велел как можно скорее ехать на место происшествия. Кутузов понял меня сразу, и мы доехали достаточно быстро, миновав все столичные пробки. Повесили на машины мигалки, и перед нами просто расступались. Но несколько машин с журналистами поехали сразу следом за нами.

Мы остановились в небольшом военном городе, находящемся в области. Там взорвался склад с боеприпасами, к нему поднимался шлейф черного дыма — пожар только начали тушить, но даже с расстояния было заметно, что пока в этом никак не продвинулись.

— Судя по всему это диверсия, взрывы произошли сразу в шести местах, — сообщил Кутузов новые данные, когда мы вышли из машины.

Журналисты тотчас принялись снимать и давать на камеру свои комментарии о произошедшем. Один из каналов даже вышел в прямой эфир.

— Внутри находится много магических снарядов. Устаревшего образца, но это не важно, — добавил Кутузов.

Так он намекнул, как на самом деле опасен пожар.

— Понимаю. В случае чего накроет полгорода, — тихо ответил я, так чтобы этого не услышали журналисты.

Я не успел подойти к зданию склада и осмотреться, как набежали репортеры:

— Ваше Императорское Величество! Скажите, а здания восстановят? — спросил один из них, протягивая мне микрофон.

— Скажите пару слов о произошедшем! — попросил второй.

Но вместо того, чтобы давать комментарии, я кивнул Кутузову, разрешая действовать. Сейчас было не время и не место для продолжения интервью. На все вопросы журналистов я смогу ответить потом, когда опасность будет нейтрализована.

Кутузов приблизился к зданию. Асфальт под его ногами задрожал… Он начал стягивать к себе тонны воды. Брал ее отовсюду: и из земли, и из воздуха. Повезло, что здесь под асфальтом проходили трубы канализации.

Но вылитые тонны воды не смогли потушить огонь.

— Это будет непросто, огонь магический, — тихо сообщил он мне.

— Значит, это на сто процентов диверсия, — понял я.

А затем мысленно выругался. Вот кто додумался совершить диверсию в таком месте?! Я догадываюсь, и они у меня серьезно ответят.

Придется действовать иначе, раз вода не помогает. Эвакуация не понадобится, да и не успели бы эвакуировать половину столицы.

Беру свой телефон и делаю вид, что что-то печатаю. Все-таки журналисты снимают каждый мой шаг. А через пару мгновений прямо перед горящим зданием открывается большой теневой портал, вернее, он казался порталом, а на самом деле таковым не был. Это всего лишь обычная тень.

Оттуда вышло двенадцать женских фигур в черной форме и масках на лицах. На них не было никаких опознавательных знаков, кроме нашивки в виде герба Российской империи.

Журналисты тотчас направили свои камеры на них. А я повернуся к людям и представил:

— Полагаю, вы еще не знакомы. Позвольте вам представить мой секретный отряд под названием «Маски»!

Я начал свое представление на публику. Кто-то из журналистов восхитился отрядом, кто-то остался спокоен, а кто-то и вовсе рассмеялся.