Кофе в постель
Шрифт:
Надавив на затылок Святослава, возвращая его голову на прежнее место, Наташа погладила темные волосы.
— Нет, Деня, — немного хрипло из-за эмоций, которые испытывала, крикнула Ната. — Мы справимся.
Брат о чем-то тихо поспорил с Андреем за дверью, но она не могла разобрать слов. А потом громко и четко проговорил:
— Хорошо, мы с Андреем внизу посидим. Так, на всякий случай.
Она услышала удаляющиеся шаги.
Слава тихо хмыкнул.
— Пришла…, - все тем же сиплым, надломленным голосом прошептал он. — И всю компанию притащила, — Святослав несильно покачал головой, словно пораженный тем, что Ната сделала.
— У меня не было ключей, — просто пояснила она, уткнувшись носом в его макушку. — Пришлось звать Деньку, а он отказался взламывать твой дом без Андрея, — подколола она любимого.
Слава слабо хмыкнул, и осторожно разжал одну руку.
Но только затем, чтобы протянуть ее вверх и обхватить затылок Наташи, прижав ее голову к своей до невозможного сильно.
— Почему ты на полу сидишь? — спросила Ната его после некоторого молчания, волнуясь о том, чтобы хоть как-то облегчить состояние любимого. — Давай, я помогу тебе до кровати дойти, — пусть и, не понимая пока, что происходит, она готова была делать все, лишь бы помочь.
Слава замер и даже перестал дышать на миг. А потом шумно выдохнул и, подняв лицо, опустошенно посмотрел ей в глаза.
— Я не могу, солнышко, — как-то потерянно прошептал он. — Не могу пока встать, не могу идти…Ната.
Она хотела переспросить, не поняв, что именно ему мешает, когда внезапно, осознала, что за все это время, Слава ни разу не пошевелил ногами.
Ей стало так страшно, как ни разу за сегодня. Так, что волоски на руках встали дыбом, а по спине сбежала струйка холодного пота. Но она не собиралась сообщать об этом Славе.
— Ничего, — как можно спокойней постаралась сказать она. — Ничего. Мы справимся, — повторила Ната то, что пару минут назад сказала брату, и поцеловала его в сжатые и закушенные губы.
Глава 22
Слава не знал, отчего в этот раз приступ длится настолько долго.
Да, он понимал, что сам спровоцировал его неловким, неосторожным движением, которого мог бы избежать, но почему же так долго, черт возьми?!
Ничто не помогало унять это ощущение, словно по его спине, раз за разом, проходится циркулярная пила.
Но даже не это пугало Славу. А что, что на фоне такой боли в пояснице, как раз там, где еще имелся слабо-желтый след синяка, в ногах он не чувствовал вообще ничего.
Ноль.
После первого, простреливающего жидким огнем чувства, которое подкосило его, заставив рухнуть на пол, Святослав вообще не мог утверждать, что у него имеются нижние конечности.
И вот это оказалось до дрожи страшным, черт возьми!
Он сидел на полу в своей спальне, заставляя себя сосредоточиться на дыхании, и думал о том, что должен преодолеть это. Должен встать, должен заставить свои ноги работать — и добраться до Наты. Слава обещал, что приедет к ней, и не мог допустить в этот раз, чтобы она подумала, будто он снова играет с ней в прятки.
Если бы он мог хоть до телефона доползти, чтобы, собравшись с силами, позвонить ей, сказать, что немного задержится…
Был момент, когда Святослав даже решил, что уже упустил и растратил отпущенное ему время.
И боль оказалась настолько невыносимой, что не оставалось сил терпеть.
Казалось, он бы согласился уже на что угодно, лишь бы это прекратить.
Любой вариант сейчас, Слава принял бы с благодарностью, даже тот, о котором умный и ответственный человек не должен был бы думать…
Но именно в этот момент, когда мысли в разуме Славы подобрались слишком близко к пути простейшего выхода, он услышал, как она позвала его.
Сначала, Слава не отреагировал, решив, что это мозг, от боли, играет с ним в странные и жестокие игры. Ведь Наташа никак не могла оказаться здесь. Она сейчас дома, в безопасности, уверенная, что с ним все в порядке…
Но ее голос прозвучал вновь, как и шум закрываемой двери, который прорвался и сквозь помутненное мукой сознание.
Святослав открыл глаза и с непониманием, неверием уставился на ту, которая давно стала личным солнцем в его вселенной.
Наташе совершенно нечего было здесь делать и, тем не менее, она находилась именно тут. Рядом с ним.
Когда ее руки обняли его, когда Слава смог сжать Наташу в своих ладонях, он понял, что ему, черт возьми, есть за что бороться! Даже с собственным телом.
Но все равно, оказалось настолько сложно признаться ей в том, что он не может управлять своими ногами.
Почему-то, это воспринималось Славой, как слабость, которую не имел права допускать мужчина. Но и скрывать дальше то, к чему он катился, не имело смысла.
Видит Бог, он не собирался вот так сообщать Нате о том, что вполне вероятно, станет инвалидом. Не сидя на полу, скорчившись от боли, не имея возможности даже передвинуться, вцепившись в любимую так, словно бы она была единственным, что удерживало его на этом свете.
Но, судя по всему, жизнь уже не интересовалась его планами, распоряжаясь на свое усмотрение.
Однако, даже в такой ситуации, он не знал, был ли еще когда-то так счастлив, как тогда, когда понял, что она останется.
Может быть малодушно и эгоистично. Может быть, категорически неправильно по отношению к ней, но Святослав не представлял уже себе, как сможет терпеть это все, если она уйдет? Не помнил, как терпел весь этот месяц…
Даже то, что он мог вдохнуть ее аромат, погладить дрожащими пальцами пряди коротких, взъерошенных волос, делало боль хоть и не меньшей, но… такой, которую он мог вынести.
Они так и сидели на полу в полутьме спальни.
Наташа распрямила свои ноги, будто бы обхватив его всем телом, руками продолжая обнимать торс Славы. А он, откинувшись на шкаф, притянул любимую к себе, уже сам, прижимая ее голову к своей груди так, как она делала до этого.