Кофейная
Шрифт:
Ридольфо. Где вы купили часы?
Д. Марцио. Я их выписал из Лондона.
Ридольфо. Как вас обманули!
Д. Марцио. Меня обманули? Чем?
Ридольфо. Прислали дурные часы.
Д. Марцио. Как дурные? Эти часы из лучших, какие только делает Кваре.
Ридольфо. Если б они были хороши, так не отставали бы на два часа.
Д. Марцио. Они идут хорошо и нисколько не отстают.
Ридольфо. Но ведь на них четырнадцать без четверти, а вы говорите, что теперь шестнадцать.
Д. Марцио. Мои часы верны.
Ридольфо. Так, значит, теперь четырнадцать, как я говорю.
Д. Марцио. Ты дерзок. Мои часы идут хорошо, а ты врешь, и берегись, чтоб я тебе не пустил чего-нибудь в голову.
Мальчик приносит кофе.
Ридольфо. Кофей готов. (Про себя.) О животное!
Д. Марцио. Что, синьор Евгенио не показывался?
Ридольфо. Нет еще, синьор.
Д. Марцио. Все бы ему сидеть дома да с женой нежничать. Какой женолюбивый человек! Только ему жена да жена. Не увидишь его нигде, — людей смешит. Скучный человек. Ничего знать не хочет. Все с женой, все с женой. (Пьет кофе.)
Ридольфо. Совсем не с женой! Он всю ночь играл здесь, у Пандольфо.
Д. Марцио. И я то же говорю. Все игра! Все игра! (Отдает чашку и встает.) Вчера заходил ко мне секретнейшим образом и просил дать ему десять цехинов под залог жениных серег.
Ридольфо. Рассудите: у всякого может быть нужда; но кому же приятно, чтобы об этом все узнали, потому и обращаются к таким людям, которые об этом никому не рассказывают.
Д. Марцио. О! Я не рассказываю. Я готов служить всякому и не хвалюсь этим. Вот они, серьги его жены. Я дал ему под залог десять цехинов: как ты думаешь, стоят? (Показывает серьги в коробочке.)
Ридольфо. Я в этом деле не понимаю; но, мне кажется, стоят.
Д. Марцио. Твой мальчик дома?
Ридольфо. Да, дома.
Д. Марцио. Позови его! Эй, Траппола!
Сцена четвертая
Траппола (в лавке) и те же.
Траппола. Я здесь!
Д. Марцио. Поди сюда! Сходи к соседнему бриллиантщику, покажи ему эти серьги, — это серьги жены синьора Евгенио, — и спроси его от меня, стоят ли они десяти цехинов, которые я дал за них под залог.
Траппола. Я сейчас. Так это серьги жены синьора Евгенио?
Д. Марцио. Да, у него теперь ничего нет, с голоду умирает.
Траппола. И синьор Евгенио так уж всем и рассказывает про свои дела?
Д. Марцио. Я такой человек, что мне можно поверить всякую тайну,
Траппола. Ну, а я такой человек, что мне нельзя поверить ничего.
Д. Марцио. Отчего?
Траппола. Оттого, что у меня есть такой порок, что я все рассказываю очень свободно.
Д. Марцио. Дурно, очень дурно. Будешь много болтать, так тебе доверять ничего не станут.
Траппола. Вы же мне сказали, ну, и я могу сказать, кому-нибудь.
Д. Марцио. Поди посмотри, свободен ли цирюльник.
Траппола. Сейчас. (Про себя.) Выпьет на десять кватринов {Quattrinо — мелкая монета, почти 1/4 копейки. (А. Н. О.)} кофею, да и чтоб лакей ему был за те же деньги. (Уходит к цирюльнику.)
Д. Марцио. Скажи мне, Ридольфо, что делает эта танцовщица, ваша соседка?
Ридольфо. Право, не знаю.
Д. Марцио. Мне говорили, что ее содержит граф Леандро.
Ридольфо. Синьор, у меня кофей закипает. (Уходит в лавку.)
Входит Траппола.
Сцена пятая
Траппола и Д. Марцио.
Траппола. У цирюльника руки заняты; и сейчас, как только он этого обделает, за вашу милость, синьор, примется.
Д. Марцио. Скажи мне, ты ничего не знаешь про соседку, танцовщицу?
Траппола. Про синьору Лизауру?
Д. Марцио. Да.
Траппола. И знаю и не знаю.
Д. Марцио. Расскажи мне что-нибудь.
Траппола. Буду много болтать про чужие дела, мне ничего доверять не станут.
Д. Марцио. Мне сказать можно. Ты знаешь, что я не болтлив. Граф Леандро у ней бывает?
Траппола. Бывает в известные часы.
Д. Марцио. Что значит "в известные часы"?
Траппола. Значит, выбирает такое время, чтоб не подать подозрения.
Д. Марцио. Да, да, понимаю. Он человек с добрым сердцем и не хочет подвергать ее пересудам.
Траппола. Да чтоб и не мешать ей; потому что от ее дорогого промысла и сам пользуется.