Чтение онлайн

— Проклятие! Я так не могу, — сказал с болью, заметив закушенную губу и слезы в глазах девушки. — Прости, родная.

И Сид резко вскочил, так и не сняв кольца с пальца Фенеллы, развернулся и бросился к выходу.

— Подумайте, донья Нелика, — тихо сказал Руби. — Подумайте о нем. Он не может вас защитить и отлично это знает. А вы понимаете, каково такому мужчине, как Сид Оканнера, чувствовать себя настолько беспомощным.

— А ты далеко пойдешь, — протянул прогрессор Айвен Рудич. — Дай вообще девушке успокоиться. В смысле, чапай отсюда пошустрее. Понял?

Как ни странно, мальчик понял загадочное высказывание своего наставника-прогрессора и буквально испарился.

— Можно мне посмотреть ваше кольцо? Интересно же.

Фенелла молча протянула Айвену стальное колечко.

— Отличная сталь, между прочим, — прогрессор ковырнул колечко какими-то щипчиками. — Возможно, что и нержавеющая. Я хоть и не воин, но резать людей приходится. Могу оценить. Не исключено, что кольцо прочнее золота. Ваш Сид недооценил собственное творение. Надо же! Обычный кварц в стальной оправе, а как смотрится.

Айвен вернул колечко Фенелле.

— Но я хотел поговорить с вами не о кольце. Это случайно получилось. Вы выглядите совершенно безразличной к смерти дона Альвеса де Карседы. Я так надеялся отменить боевые действия; ускорил, как мог прибытие Крайвелла. Оу, какой человек — дон Альвес!

— Но он не умер.

— С такой раной не живут. В вашем мире, по крайней мере. Особенно под копытами коней.

— Да действительно, с раной от ключицы до пояса выжить трудно. Но мне интуиция подсказывает, что дон Альвес еще жив. Боевые кони могут и не наступить на лежащего человека. — Фенелла действительно сама не зная как, чувствовала, что дон Альвес еще жив. Ему тяжело, очень больно, Лианда мучается, но рыцарь еще жив.

— Интуиция? Сомнительно, конечно… но поведение животных тоже иногда за рамками понимания, — прогрессор внезапно наклонился к девушке. — Дона Альвеса действительно полоснули от ключицы до пупка. Как вы узнали? Гонцы из-под Ведара еще не достигли столицы.

Фенелла молчала.

— Наблюдателей с нашей станции Жанна убрала, но сами приборы работали, пока ваши варвары их не раздолбали. Я видел бой своими глазами. Дона Альвеса буквально разрезали. И чего дура Жанна полезла к его жене? Ясно же было, что парень на нее не надышится. И вообще, все реально странно получилось. Жанна, конечно, рассчитывала, что дона Альвеса убьют, но Ведар остарийцы не возьмут. Это скандал, что крепость захвачена, и последний гвоздь в гробе с карьерой нашей сеньоры Риче. Но смотрите, донья Нелика, захват Ведара осуществил отряд из засады. Они использовали наш наблюдательный пункт как плацдарм для захвата крепости. Однако, по секрету, наблюдатели могли действовать и на поражение. Ваши варвары никогда не захватили бы наш объект, если бы наблюдатели были внутри.

Наблюдая за увлекшимся прогрессором, Фенелла постаралась успокоиться и хотя бы на время забыть о Сиде.

— Далее, теперь, расследуя произошедшее, мы поняли, — Айвен Рудич даже наклонился к слушательнице через стол, — что рвы на берегу Тьялы для укрытия засады рылись по ночам где-то полгода. Полгода тщательной подготовки, слушаете меня, сеньора Нелика? Подготовки к захвату нашего наблюдательного пункта. Лишенного наблюдателей, само собой. Затык в том, что Жанна могла дать разрешение на удаление наблюдателей из-под Ведара только в том случае, если нельзя было спросить разрешение у ее нанимателя, некоего Кальвера. И вряд ли бы Кальвер такое разрешение дал; наблюдательный пункт под Ведаром — его, так сказать, детище, мы все это знали. И вот этот Кальвер был отравлен на отдыхе в Борифате будто бы случайно. Странно это, вы не находите?

Фенелла пожала плечами. Она лично для себя решила, что Боэланд бы, конечно, со временем попытался бы убрать Кальвера по-хитрому. Но и полученный подарок судьбы он сумел использовать. Однако не говорить же это прогрессору?

— Кальвера, будто бы отравила местная красавица, которую он взял силой. Наши не могут придраться к этой версии. Кальвер реально западал на женщин, а местных презирал. Все отпечатки пальцев и прочие улики сходятся. Не могли же ваши варвары, расколотившие видеотехнику под Ведаром, учесть такие детали, как отпечатки пальцев? Видеокамеры с учетом…э-э… особенностей момента вполне мог отключить и сам Кальвер. Все вроде сходится. Но! Уж больно удачно для Остарии его отравили. Известно, что отравительница любила некоего знатного остарийца, дона Гайверелла. И во-первых, после смерти Кальвера этот самый остариец становится наместником Альнарда, убирает из того приграничного города гарнизон Борифата, чего бы Кальвер, конечно же, не допустил бы, потому что имел дивиденды с торговли Борифата. Поэтому-то и захватил практически Альнард, чтобы пошлины снизить… А во-вторых, в это же время остарийский король захватывает Ведар, полностью возвращая независимость своей стране. И мы должны поверить, что за несчастной женщиной, отравившей Кальвера, не стоял ее любовник остариец, дон Гайверелл?

— Дон Гайверелл не мог такое приказать женщине.

— Почему?

— Вот представьте себе, что я влюблена в дона де Карседу.

— Ну?

— Как вы думаете, он мог бы потребовать от меня, чтобы я отравила вас, к примеру, а потом бы отравилась сама?

Прогрессор задумался.

— Человеческий фактор, однако. Вы тут реально странные. Если бы речь шла о доне Альвесе, я бы тоже решил, что он не мог отдать приказ такого рода. Но откуда же тогда ваш король знал, за полгода уже знал, что Кальвер не сможет оспорить распоряжение Жанны, убрать наших наблюдателей из-под Ведара?

— Он мог не знать наверняка, как это произойдет, — осторожно сказала Фенелла, — но надеялся на удачу. На милость Божию, на Его помощь в правом деле. Мы тут все на нечто подобное надеемся. И я точно так же надеюсь, что дон Альвес жив.

Прогрессор резко помрачнел.

— Если он еще и жив с такой раной, все же крепкий мужик, то через недельку все равно умрет от воспаления. С вашей-то грязью и нестерильностью… Впрочем, возможно, это мой шанс на вашу местную удачу, — продолжил он неожиданно задумчиво и даже мечтательно. — Мне всегда хотелось стать другом такому человеку, как дон Альвес. Все-таки при всей вашей антисанитарии, встречаются у вас люди, с которыми мечтаешь дружить. Надежные, верные люди.

— Дон Альвес ненавидит прогрессоров.

— Я заметил, — Айвен хмыкнул. — Трудно было не заметить, просматривая записи его общения с милой нашей Жанной. Но он реально необыкновенный человек. Надеюсь, он сможет стать другом тому, кто поможет ему выжить. Даже если этот человек — ненавистный ему прогрессор. Попробовать явно стоит. В любом случае, плюс, что я уеду из Вальямареса, пока тут разборки между нашими… Вот что, донья Нелика, мне нужно разрешение вашего короля, чтобы проехать по Остарии на машине. Ну что вы на меня так смотрите? Да мы ездим иногда по вашей стране, по ночам, под иллюзией с видеопроектора и получив разрешение короля. На коня я не смогу погрузить аппаратуру. А она не моя — арендная. Сломается что-нибудь — до конца жизни не расплачусь. Вы, конечно, не оцените, на что я сейчас решился, в вашем мире совсем другие реалии. Но жизнь дона Альвеса того стоит. Жизнь и, может быть, даже дружба.

И Айвен Рудич внимательно посмотрел в глаза своей молчаливой слушательнице.

— Что? — дернулась Фенелла.

— Я скажу его величеству, что небезызвестная ему донья Нелика клятвенно заверила меня, что дон Альвес жив.

Фенелла отвела глаза, избегая пристального взгляда прогрессора.

«Ну да, король странным образом доверяет моей интуиции, не так ли, Айвен? — подумала, — И вообще, люди в диких мирах похожи на диких животных с их загадочным чутьем, точно?»

— И искать дона Альвеса нужно, начиная с замка Карседа, — сказала она вслух, вздохнув, предчувствуя реакцию короля на всю эту историю. Но жизнь дона Альвеса стоила того, тут Айвен Рудич был прав.