Когда мы вместе
Шрифт:
— Приглядись: вон там, под лептой.
— Если не ошибаюсь, это тоненький волосок, вроде тех, что растут у мужчин на запястье.
— Точно. — Райф забрал конверт. — Первое, что я сделаю завтра утром, — передам конверт в полицию. Может быть, даже позвоню детективу Миду.
— Ты хочешь, — чтобы они сделали анализ ДНК? — промолвила Элли задумчиво.
— Разве наука не произвела переворот в криминалистике? — кивнул Райф. — Уверен, здесь нас ждет какая-то информация.
— Замечательно, — радостно улыбнулась Жанет. — А теперь вам надо поесть. Ты останешься на ужин, Райф?
— Останусь, если ты не будешь снова потчевать меня бутербродами с арахисовым маслом, — засмеялся Райф, вспомнив время, когда ничем другим Жанет его не угощала. — Впрочем, может быть, нам всем стоит немного прогуляться? — Он искоса глянул на Элли. — Мы можем поужинать в ресторане, тогда никому не придется стоять у плиты.
— Отличная идея! — поддержала его Жанет. — Но я с вами не пойду. Скоро начнется фильм с Робертом Митчеллом в главной роли. Я обязательно хочу его посмотреть. Рестораны же — развлечение для молодых и красивых.
— Наверное, мне стоит переодеться. — Райф оглядел свой костюм.
Элли покачала головой.
— Ты и так хорошо выглядишь.
Райф действительно прекрасно выглядел. Будь ее воля, она бы весь век не отрывала от него глаз.
— Знаешь что? — Райф встал. — Я заеду в гостиницу переодеться, а потом вернусь за тобой, скажем, в полвосьмого. У тебя будет время передохнуть. Прими ванну. — Он представил себе грациозное тело Элли в воздушном пенном кружеве. — Мне еще нужно сделать один-два звонка, — добавил он.
Обязательно надо позвонить Миду, подумал он про себя, а вслух сказал:
— «Виктория» тебя устроит?
Это был один из лучших ресторанов города.
— Тебе повезет, если там будут свободные места, — предупредила Элли. — Обычно столики там следует заказывать заранее.
— Столик будет, — заверил ее Райф и направился к двери.
Теперь, когда Райф вернулся в ее жизнь — пусть даже в качестве охраны, — Элли ожила. Она приготовила ванну с пышной пеной и с наслаждением погрузилась в голубоватую воду. Ее кровь бежала быстрее от возбуждения.
Она отчетливо помнила ночь, которую они провели вместе, ту потрясающую ночь после свадьбы Брода и Ребекки. Всепоглощающая страсть и отчаянный голод, которые бросили их в объятия друг друга, утихли. Она чувствовала себя умиротворенной, но Райф, похоже, не был до конца в себе уверен. Для Элли же все было абсолютно ясно. Их страсть была взаимной, разделяли их только мысли Райфа.
Почему, ну почему Лейни рассказала ему о том, что ей предложили сниматься в кино? С другой стороны, доверить секрет Лейни было все равно что нанять человека с мегафоном. Хотя она даже не прочитала сценарий, Лейни явно представила все так, будто она уже дала свое согласие. Действительно, что может быть важнее, чем карьера Элисон Кинросс? Все на студии считали, что ей следует сниматься в кино.
«Вот лицо, которое предназначено для большого экрана», — не раз говаривал Барт. Однако он не знал, что так называемая карьера больше не доставляла ей радости. Восторг и удовлетворение быстро прошли. Главная причина заключалась в том, что игра в кино так и не стала частью ее жизни. Для Фионы работа действительно значила все. Ради нее она пожертвовала семьей. Отказалась от воспитания своего единственного ребенка, посвятив себя Искусству.
Элли встречала отца Франчески, лорда ди Лайла, два раза в жизни. Он был совсем иным человеком, чем его тетя и даже чем его кузен Дэвид. Однако он, несомненно, всеми силами стремился стать хорошим, заботливым отцом для своей дочки.
Никто не может заменить мать. Она и Брод изведали всю тяжесть такой потери. Фионе повезло. Ей представилась счастливая возможность вернуться к своей дочери. Сильное сходство между Элли и Фионой всем бросалось в глаза. Неудивительно, что Райф считает любые отношения между ними обреченными на провал. Элли Кинросс суждено пойти по стопам своей знаменитой тетушки…
Райф вернулся с коробкой бельгийского шоколада для Жанет. Элли встретила его в дверях, и оба они вышли, пожелав Жанет спокойной ночи. Жанет удобно устроилась в кресле, включила телевизор и, предвкушая удовольствие, открыла коробку ассорти. Она обожала шоколад, а конфеты, которые принес Райф, были необыкновенно вкусными.
К ужину Райф переоделся в темно-серый костюм с белой рубашкой в голубую полоску. На шею он повязал бордовый шелковый галстук. Для человека, который большую часть времени ходил в костюме для верховой езды, Райф обладал прекрасным вкусом. Но дело было не только в его вкусе: на его высокой и стройной фигуре любая одежда сидела превосходно. Элли с удовольствием облачилась в новое черное платье из жатого шелка. Ей шел черный цвет. Платье смотрелось на ней элегантно и сексуально. Этим вечером Элли во многом полагалась на свою сексапильность. Умение очаровать мужчину с давних пор считалось главным оружием женщины. И если Элли хотела доказать Райфу, что все еще нужна ему, ей следовало пустить в ход все свое очарование.
Метрдотель проводил их к столику, который, как поняла Элли, был одним из лучших в зале. Многие гости обменивались восхищенными взглядами: появление Элли Кинросс не осталось незамеченным.
— Будешь мартини? — спросил Райф.
— Да, с удовольствием. Сегодня у меня был тяжелый день, — вздохнула она.
— По тебе не скажешь, — заметил Райф.
Он мог бы сказать: «Ты выглядишь ослепительно», но не стал. Черное платье Элли делало ее невероятно притягательной.
— Главное — правильно наложить макияж, — пошутила Элли.
— Я видел тебя и без косметики.
В его глазах светился столь чувственный и страстный призыв, что Элли едва не бросилась в его объятия.
— Ты видел меня…
— Оставим, Элли. — Райф словно стряхнул с себя чары и принялся изучать меню.
— Хорошо, как скажешь, — ответила она с насмешливой покорностью. — Но у нас были и хорошие времена.
— Да. В прошлом. — Райф явно не хотел продолжать этот разговор.
— В последнее время я только и занята воспоминаниями. — Элли искренне вздохнула.