Когда не приходит весна
Шрифт:
Дискуссия приобретала опасное направление. Я знал истинное положение дел – несмотря на ежегодный ввод в строй миллионов квадратных метров жилья, сотни тысяч семей продолжали нуждаться в улучшении жилищных условий. Особенно это касалось столицы – Метрополиса. Каждый год правительство обещало перевыполнение плана, но темпы ввода новых домов падали, качество жилья ухудшалось: постоянно лопались трубы, отказывали электрогенераторы, фундамент проседал и трескался. Строители спешили, а жилищную проблему решить не удавалось.
Гигантский фонд старого жилья не выдерживал предельных сроков эксплуатации. Рушились лоджии, протекали крыши, перепланировки, производимые жильцами, подкупившими местное начальство, грозили обвалами несущих конструкций. Но ни о чём этом коллега из Звёздной империи не должна была знать.
– Ариадна, вы неверно сравниваете экономический потенциал маленького Авалона-6 и системы планет, известных, как Звёздная империя. Мы физически не можем финансировать и кредитовать строительство малых домов. Пока, – поспешил добавить я.
– Дело не в мощи экономики или числе занятых строителей. Дело в системе. Урбанизация вашей планеты достигает катастрофических размеров. Метрополис вмещает двадцать миллионов человек, всего на планете живет сто миллионов граждан. Те, кто живут на окраинах, бегут в центр, в поисках работы, на учёбу. Я знаю о десятках покинутых малых городах и поселениях, имеющихся на вашей планете. Люди ушли с насиженных мест, почему? Да потому, что на окраинах у них нет шансов заниматься какой-либо продуктивной деятельностью. Разве сложно вашим чиновникам профинансировать программы, направленные на развитие того же аграрного сектора, которым славиться ваша планета? Ваша чудесная природа, обилие пахотных земель, рек, озер, лесов способна вдохнуть жизнь в окраины! Вы можете дать своим фермерам больше возможностей для работы и люди перестанут ломиться в столицу.
– Ваши рассуждения не лишены оснований, Ариадна. Но вы упускаете из виду одну маленькую деталь – капризы нашего светила. Если бы мы были уверены, что весна не будет запаздывать каждый год либо приносить усиленное облучение всех и всего… Подумайте, скольких единиц пищи мы уже лишились в этом году! Нам опять придется закупать её у Солнечного Конгломерата. Чем мы будем расплачиваться? Отнюдь не старыми грузолётами и пассажирскими звездолётами, – многозначительно намекнул я.
– А чем же? – попыталась уточнить Ариадна.
Я промолчал. Если честно, у меня была парочка версий, чем Авалон-6 может заинтересовать Конгломерат. Поговаривали, что поставки боевых крейсеров, десантных судов и ракетных сверхорбитальных комплексов, которые организует Авалон-1, чудесным образом проходят через нашу планету и оседают в других местах. Следовало ожидать увеличения налогового бремени, и без этого непомерного, сокращения социальных льгот, и без того существовавших лишь декоративно, и применения прочих механизмов изъятия денежных средств.
Неожиданно мне пришла в голову спасительная мысль:
– У нас есть тайные разработки, – произнес я спокойно.
– Что?!
– Аппараты принципиально нового поколения, уникальные технологии, идеи и проекты. Продав одну из опытных разработок, мы легко покроем все расходы.
Дэнис удивленно смотрела на меня, а затем презрительно усмехнулась:
– Вы шутите, Гэйл. У Авалона-6 не может быть ничего подобного. Восточные части бывшего Межпланетарного союза безнадежно отстали от Звёздной империи и Островной планеты по части инноваций. Вы в принципе не способны создать ничего подобного!
– Ошибаетесь! – произнес я, запальчиво вступая в спор и начиная верить в то, что говорю. – У нас созданы мощные научные центры, сохранившие традиции лучших представителей учёного мира. Вы даже не подозреваете, какие разработки таятся в недрах…
– Чушь! Когда наши эксперты много-много лет назад увидели ваши звездолёты, то чуть не лишились разума – столь разительное сочетание грубых, примитивных ламповых передатчиков с идеальной аэродинамикой и надёжностью, управляемостью и живучестью возможно только у вас. Ваши ЭВМ обрабатывали информацию слишком медленно, чтобы быть эффективными.
– А вы в курсе, что наши боевые звездолеты на тех самых «ламповых передатчиках» выдерживают электромагнитные и ядерные удары, которые выводят ваши хвалёные машины из строя за считанные секунды? И что вы знаете об ЭВМ, разработанных нашими НИИ в конце Эпохи Великого Обновления?
– Я не сильна в военной технике, но ваше отставание очевидно во всём: экономике, науке…
– Но не наблюдается в культуре, отношении к морали! Ваше общество основано на поклонении вещам и вы, как типичный представитель этого общества, видите отставание лишь по внешним, второстепенным деталям: машинам, домам, развлечениям, отношению к частной собственности. Но наш внутренний мир готов был воплотить в жизнь построение качественно нового мира – мира Добра, Справедливости и Общности.
– Вы так говорите, поскольку никогда не имели отношения к рыночной экономике и благам, пусть сугубо вещественным и второстепенным, предоставляемыми ею. Рынок и демократия – основа прогрессивной цивилизации!
– Только если рынок не становится неким абстрактным объектом для поклонения, идолом которого выступают деньги, а демократия свободна от лобби крупных финансистов и основана на свободном, а не манипулятивно заданном выборе.
– На что вы намекаете?
– Я говорю совершенно прямо: степень воздействия на жителей Звёздной империи масс-медийных структур давно нивелировала такое понятие, как осознанность при принятии решений и свобода выбора.
Ариадна покраснела и со злостью высказала последний аргумент:
– Так чьё же объединение распалось: всемогущего, великоморального Межпланетарного Союза или загнившей Звёздной империи?
Это был традиционный провокационный вопрос, используемый «западниками» в качестве неоспоримого факта. Факта распада Авалона на пятнадцать дробных частей. «Колосс на глиняных ногах не устоял» – вспомнились мне строки из звёздноимперской газеты тех лет.
Ариадна почувствовала былое превосходство и снисходительно произнесла: