Когда они пришли
Шрифт:
А вот и понятно, почему здесь опасная зона... Должен был догадаться.
Рынок...Там было слишком много народу и слишком мало выходов...
Первоначальный испуг, неверие, потом ужас, паника, давка... и мертвяки, кусающие направо и налево... Теперь тут целая толпа зомби, вылезшая из ворот рынка и растекшаяся по улице... Ни один пеший тут не пройдет...
Даже, наверное, легковушка забуксует, завязнув в куче тел... Ни один движок не вытащит. Может, нам поможет то, что борта у нас высокие и так легко не залезешь... Будем пробиваться.
– Главное, - сказал я Артему, - не останавливайся. Но и не разгоняйся сильно... Нам совершенно ни к чему переворачиваться.
– Мы за вами, - раздалось из рации от Урала, - если что, вытащим...
Вперед, с Богом! Мертвяки всем скопом пошли на шум машин. И тут же мы их начали давить колесами. Под колесами сразу неприятно так захрустело и зачмокало. Крепко держась за поручни, я молился о том, чтобы какое-нибудь ребро не пробило нашу покрышку или не попало куда-нибудь в механизм. Если тут случится хоть малейшая авария, считай, что мы все тут погибли. По стеклам стучали десятки вытянутых рук оставляя кровавые разводы. И только сейчас я подумал, что гораздо лучше было бы послать вперед Урал, благо он был тяжелее, только вот разворачиваться и перестраивать порядок движения у нас уже не было времени.
– Отойти от окон!
– крикнул я.
Если сейчас разобьют стекло, буду стрелять, пока не кончаться патроны, а потом... черт знает... Суп с котом…
Артем чуть увеличил скорость, подумав, видимо о том же и автобус начал неприятно так покачиваться.
– Аккуратнее, смотри, чтобы не перевернулись, - крикнул я, хватаясь за поручень.
Вроде пробиваемся. Теперь главное, чтобы на оси не намотало слишком много трупных кишок, а то, гляди, забуксуют. Намотавшись в толстые валики, вся эта дрянь вполне могла заклинить ось. Меня замутило только от одной мысли о том, что все придется чистить на остановке.
Мимо рынка уже проехали... Вроде толпа редеть начала.
– Да здравствует боулинг!
– крикнул Артем и вдавил педель газа.
Мы все разом закричали, когда автобус понесло. Мертвяки превратились в одну сплошную мелкую дробь по капоту.
– Прорвались вроде как... – оттудаваясь, сказал Артем, когда, сбив последних мертвяков, автобус выскочил на более тихую улицу.
Я посмотрел в зеркало заднего обзора. Урал тоже удачно выехал, а толпа мертвых вновь смыкалась, чтобы подкрепиться своими перееханными товарищами.
– Если так и будем тут стоять, они вновь нас нагонят...
Ну, этого никому не хотелось, поэтому мы быстро двинулись дальше.
Отложив дробовик, я включил рацию.
– Урал, все в порядке? – спросил единственный волнующий меня вопрос.
– Все отлично, - раздалось из рации, - вы нам, считай, всю дорогу расчистили.
Дальше дорога как обычно, не считая того, что нет ни одной машины, только брошенные стоят. Дома здесь выглядели немного более оживленными, чем на окраине города. Кое-где в окнах были даже видны люди. В нескольких окнах вдоль дороги вывешены красные вещи. В одном я даже заметил красное полотенце, а на нем белый шарф... На балконе одного из домов мужик сидел с винтовкой и постреливал в шатающихся на улице мертвецов, заметив наши машины, он заорал что-то и кинул вниз бутылку.
Не увидел нашей реакции, стал орать что-то еще, пока не выскочила его жена и не увела его внутрь квартиры. На других балконах стояли семьи, чуть ли не все целиком. С надеждой на дорогу смотрели. И на нас в том числе... А вот на одном балконе мертвяк замер...
Сначала решили выехать на площадь, оглядеться. Здесь еще стояли радиоинститут, место, в общем, мало чем примечательное, за исключением того, что должен быть не меньшим рассадником зомби, чем наш университет.
Площадь выглядела так, словно на ней вели бой. Центральная часть, где росло несколько деревьев, полностью выгорела, дорогу завалили разбитые и обгорелые машины, некоторые все еще плотно чадили горящими бензобаками.
На площади было много трупов, в основном уже обращенных, с разбитыми головами и оторванными конечностями. Хотя, несмотря на все повреждения, многие из них еще дергались, пригвожденные к земле жуткими ранами.
Кое-где шатались еще живые зомби, как не глупо будет сказано. И я был почти на сто процентов уверен, что если встать посреди площади и пальнуть в воздух, из-под обломков вылезет еще раза в три больше такой нежити.
В первый момент ничего особенного я не заметил, а потом, приглядевшись, заметил одну интересную вещь. Там какое-то административное здание стоит, высокое, еще советской постройки, так у него шесть черных джипов, а между ними баррикады из офисной мебели в человеческий рост. Здание в круговой обороне и его защищают. Главное, в одном окне здоровое красное полотнище вывешено, на пару этажей вниз. Вроде как там люди в форме, только не в военной. Может, они тут эту войну и устроили. Только, ничего крупнокалиберного на первый взгляд не заметно, даже особенной охраны на баррикаде не видно, только один человек на джипе с какой-то винтовкой. С такого расстояния и не определишь, что за модель.
– Спросим у них, что за ситуация, - решился я, указывая на укрепления.
– А не боишься? – спросил Артем, выворачивая автобус на дорогу.
Я только и залюбовался его умелым вождением. Тут места ровного нет, все обломками засыпано или мертвяками дохлыми. А у него все равно получается проехать, никуда не врезавшись, только пару раз царапнул за остовы автомобилей.
– Если бы нас хотели убить, то уже бы сделали, - стараясь казаться спокойным, сказал я, а потом, не удержавшись, хлопнул его по плечу и веселым голосом крикнул, - не дрейфь, все отлично будет!
– Что ты так кричишь? – возмутилась Светка, сидевшая совсем рядом, - Тут люди и так издерганы!
– Молчу… - пискнул я в притворном испуге, - нем как заливная рыба.
Спереди раздался предупредительный выстрел. Я сразу забыл о разговоре и схватился за дробовик. Обернувшись, увидел, что весь салон уже на полу.
Тихо лежат, закрыв головы руками, как я и говорил. А что там в окне…
Обогнув пару обгорелых автомобильных остовов, мы вышли почти на прямую и выстрел остановил нас метров за пять от укреплений. Сейчас там уже было больше народу Видны трое, но стволов на нас уставлено наверняка больше.
И сейчас дверца одного джипа распахнута и оттуда на нас смотрит здоровенный пулемет, вроде как «Корд», но по одному стволу не определишь. А высовываться и нагло разглядывать его мне не очень хотелось. Единственное, что меня немного успокаивало, что сразу на поражение стрелять не стали, а значит, чувство совести у них есть.
Смотрят на нас настороженно, но не стреляют. Я толкнул Артема в плечо.
Он на меня посмотрел удивленно, но послушался. Чуть подтянувшись, нажал нужную кнопку и открыл дверь автобуса.