Когда они пришли
Шрифт:
Окончательно запутавшись в траве, я с тихим писком свалился на одно колено. И тут же услышал шипение Игоря.
– Что такое?
– Тут кто-то есть...
– Где?
– Слушай...
И правда. Словно бормочет кто тихо... И главное, непонятно что бормочет... Мертвяки то не разговаривают. Да и люди вроде как понятным человеку языком выражаются... А тут черт знает что.
– Я схожу, посмотрю...
– Ага, сейчас же... Вместе в это вляпались, вместе и вылезать...
Снова пошли вперед... Интересно, далеко ли нас слышно... Я повернул голову... Рядом с брошенной машиной, метрах в десяти правее нас, только уже на асфальте, замер зомби. Не реагирует, значит, тихо идем. А может, во всем виноват легкий ветерок, который не хуже нас колышет траву и вроде как прячет нас.
– Это там, у деревьев, - показал Егор на небольшую лесопосадку рядом с насыпью дороги.
И правда, там "До" там бомжи собирались... Вроде как ночлежки. Может, кто живой остался... Но этого я уж точно к себе не пущу. Черта с два...
Точно... Вон и бормотальщик сидит, спиной к нам. Обхватил себя руками и сидит...
Подбираемся ближе... Теперь уж он точно должен нас услышать... Господи!
Да тут трупы! Я прям в него наступил! А, черт... Что-то прилипло к подошве... Оааа... Воняет...
– Не шуми...
– шепнул Игорь.
– Противно...
– Терпи...
Нам до бомжа меньше полуметра. Игорь аккуратно вытаскивает Макаров и наставляет на него. Сейчас шлепнет...
– Скажи слово, если живой...
– обращается он к бомжу.
– Живой... Какой живой?
– неожиданно отвечает тот, - Живой живой? Или живой мертвый?
– Если человек...
– Человек, - протянул бомж, оборачиваясь к нам. От его взгляда я лишь крепче сжал свою монтировку и от души захотел засветить ею между этих чудовищных глаз.
А глаза и в самом деле чудовищные... Пустые, как будто выколоты, а в то же время светятся каким-то безумием. Хотя тут сойти с ума - раз плюнуть...
– Человек, - повторил бомж, пробуя словно пробуя слово на вкус, - а кто такой человек...
Я людей давно не видел... Как убил, так и не видел... Все кушать друг друга стали... Я не хотел, чтобы меня кушали... Все... Я их убил, -
внезапно улыбнулся бомж, - они просили не убивать... А я знал, что кушать будут... Все равно будут... Лучше пусть умрут... А они говорили, что не будут...
Псих... Нет, точно...
– А потом я сам захотел кушать... И я их кушал...
Меня перекосило. Он не просто всех своих приятелей убил... Он их и ел еще потом...
– А вы кушаете?
– словно вспомнил бомж.
– Мы еще живы...
– раздельно сказал Игорь, не сводя с бомжа прицел.
– Значит, кушаете...
– тот понятливо кивнул головой, - сейчас только так и надо... Либо ты, либо тебя кушать будут... По другому уже нельзя...
– А там, в супермаркете есть кто?
– спросил Игорь, стараясь выудить как можно больше из этого маньяка.
– Там? Неа... там только кушают... Кричали днем громко... Кушали...
Глупые, не знали, что самим кушать надо... Не будете кушать, вас найдут... Найдут!
– уверенно повторил он, - Найдут и скушают... Они не успокоятся... Будут кушать, пока совсем кушать нечего будет... Никогда не остановятся... Они всегда кушать хотят... Да? Так ведь?
– снова повернулся он к нам.
Я кивнул.
– Конечно... А кто они? Другие мертвецы?
– Живые мертвые?
– удивился бомж, а потом замахал руками, словно отгоняя кого, - Нет! Эти просто кушают... Как все... Как надо... А те другие!
Совсем-совсем другие! Они не кушают... Они хотят кушать... Они растут, когда кушают...
Он что-то принялся нечленораздельно бормотать. Я уже кивнул Игорю, что пора бы и дальше двинуть, но тут бомж просто подскочил и вцепился мне в костюм своими ручками... От него пахло свежей кровью.
– Понимаете! Всегда! Всегда кушать! Я видел... Я все видел! Всегда кушать! Глупые вояки... Не понимали... Пытались спастись... А они ждали... Они ждали, когда кушать можно будет... А потом кушали... Глупые вояки...
– В Круизе военные?
– удивился Игорь.
– Глупый!
– отшатнулся бомж, - Вояк нет... Вояк кушали! Всех скушали!
Вояки глупые, сами пришли... Живые мертвые их кушать хотели, но вояки тоже не любят, чтобы их кушали... Вояки делали мертвых мертвыми, а они все равно шли... А когда перестали делать, пришли они... Они ждали, когда кушать можно будет... А у вояк мясцо сладкое... Я знаю... Они со мной делились... Они самые-самые... Они всегда кушать будут... Всех скушают, кто сам кушать не будет...
Я удивленно посмотрел на Игоря. Похоже, и до него начало доходить, куда мы идем.
– Ладно... Мы тоже хотим на них посмотреть... Мы позже вернемся...
–
сказал Игорь, отцепляясь от бомжа.
– А кушать!
– удивился бомж, - Кушать надо, если хочешь на них посмотреть, с ними дружить... Надо кушать...
И сует нам обгрызенную руку человека. Сам с безумным видом отщипывает кусочки мяса и кидает себе в рот. И нам предлагает.
– Мы как-нибудь потом...
– деликатно отказался я.
– Не кушаете?
– вдруг обиделся бомж, - Как вояки, не кушаете! Тогда я буду кушать!
Он кинулся на нас. Вот уж точно псих... С голыми руками против пистолета. Чавкнул глушитель, и бомж тут же свалился.
– Кушать, не кушать...
– передразнил Игорь, - задолбал уже...
– Ты понял, про что он говорил?
– спросил я.
Преодолев брезгливость, я наклонился к мертвому и закрыл ему глаза.
– Конечно, - кивнул Игорь, - сейчас про другое и не говорят... Капец всем грядет, причем такой, что хрен два увернешься.