Когда предает душа
Шрифт:
– Костя, – окликаю его. Мой обниматель оборачивается, и я произношу: – Спасибо.
Его рот кривится в довольной улыбке, и он спешно скрывается за стеклянной стеной.
Я качаю головой и сажусь за свой стол. Что у этого Громилы на уме? Зачем он обнял меня? Бросаю на него взгляд. Константин сидит ко мне спиной и смотрит в окно. Похоже, он шокирован не меньше моего. Странное поведение, не так ли? Это так нелепо, но так помогло. Невероятно просто! Не думала, что в Горилле есть столько сострадания. И главное, он будто понимает меня без слов. Это так ново. Так первобытно. Этот мужчина спасает меня ни первый раз, и я не понимаю, почему ему каждый раз выпадает такая карта? Я хочу отплатить ему тем же, но чем?
Звонит телефон. Рита.
– Ах, моя дорогая подруга! Как же я могла про тебя забыть?
«Как?! Ты была пьяная в стельку!» – возмущается справедливая Миа-2.
– Да, дорогая.
– Привет. Ты как? – бодрым голосом спрашивает Рита.
«Неужели ей совсем неплохо?»
– Хуже, чем ты, – усмехаюсь я.
– Да уж. Голосок у тебя тот еще! Как ты добралась?
Я бросаю взгляд на Константина, он уже сосредоточен на работе или делает вид.
– Хорошо, меня подвезли. – Улыбаюсь я.
– Как Вале… Подожди! Кто тебя подвез?!
– Мой коллега Константин. Я тебе про него говорила, – я перехожу на шепот, боясь, что он услышит.
– И как это было? – допытывается подруга, и я рассказываю ей все подробности.
– Он тебе нравится?
– Нет! Конечно, нет. Рита! – укоряю ее. – У меня есть муж вообще-то!
– Да-да. – Ее тон полон иронии, я закатываю глаза. – Так, как Валера?
– Лучше не спрашивай. Я вчера сказала ему о том, что думаю.
– А он?
– Он уложил меня спать, и с тех пор я его не видела. – Обреченно вздыхаю.
– Не накручивай. Все образуется. В конце концов, дети – обоюдное желание. Ты не должна позволять ему делать с собой то, чего ты не хочешь.
– Знаю, но ты знаешь меня.
– Конечно, милая. Но все, что ты пережила – в прошлом. В настоящем люди спрашивают о желаниях друг друга и следуют им, если они сходятся.
На глаза наворачиваются слезы. Был ли у меня когда-то выбор? Нет. Всегда все было по наитию. Даже Валера. Я не выбирала его. Так сложились обстоятельства. Нас просто притянуло друг к другу. Но я люблю его и хочу прожить с ним всю жизнь.
– Ты права. Как всегда, права. Я не должна была…
– Миа, не кори себя. Валера знает тебя лучше, чем ты сама. Это он должен был подумать об этом. Я еще встречу его! – Подруга пускается в угрозы и обвинения. Я молча слушаю ее, соглашаясь со всем, что она говорит.
Когда прощаюсь с Риткой, обращаю свой взор на Него. Внезапно Костя поднимает голову и ловит мой взгляд. Я смущаюсь, но отвести глаза не решаюсь. Константин Громов. Совершенно не в моем вкусе. Но ведь он и не должен мне нравиться, так? Тогда почему я думаю об этом? Почему рассматриваю его с этой точки зрения? У него очень красивые глаза. Даже на расстоянии, я не могу не заметить этого. В них какой-то странный магнетизм. Словно погружаешься в другой, абсолютно стерильный мир. Хотелось ли мне когда-либо смотреть в чьи-то глаза так долго? Нет. Но, может, я никогда не встречала таких красивых карих глаз. Опасных глаз. Он тоже смотрит на меня, не скрываясь. Что же он видит? Что чувствует? О чем думает?
Внезапно телефонный звонок раздается в его части офиса, и он обращает свое внимание на звонящего.
Я продолжаю наблюдать за ним. Ищу какие-то ответы, но нахожу только его оболочку: широкие плечи, огромные руки, темные растрепанные волосы, шрам. Любопытно, откуда он?
Константин начинает нервно расхаживать по кабинету. Он не говорит ни слова, но кого-то внимательно слушает. Очевидно, разговор набирает какой-то нехороший оборот. Его лицо становится угрюмее с каждой секундой. Мне становится не по себе, и я встаю с места.
– Твою мать, я же тебе все объяснил! Какого хрена ты выносишь мне мозг?! – яростно выплевывает он. Я делаю шаг в сторону двери. Еще секунда и он со всей силы швыряет телефон в стену. Я вздрагиваю от громкого звука и замираю, не зная, как поступить. Страшно, когда такая человеческая махина приходит в бешенство.
«Сейчас или никогда!» – решительно заявляет храбрая Миа-2.
Набираю в грудь побольше воздуха и перешагиваю порог «запретной» территории.
Костя стоит спиной ко мне и смотрит в окно. Я крадучись подхожу к нему и осторожно кладу ладонь на его плечо, успевая ощутить, как напряжено его тело. В момент Громов разворачивается, резко хватает мою руку и прижимает меня к стене. Его глаза бешено метаются из стороны в сторону. Жар между нами нарастает. Так он зол.
«Что за любопытство, Миа?! – корит меня внутренняя копия. – Видела же его состояние… Нормальные люди избегают подобного, но только не ты».
Я стою придавленная его рукой, не в силах пошевелиться. Никогда и никого не видела в такой ярости и не хочу больше. Костя отрывисто дышит и не сводит с меня своих карих глаз. От его давления мне перестает хватать воздуха.
– Костя, – хриплю я.
Он спохватывается и отнимает руку от моей грудной клетки, и я делаю жадный глубокий вдох, следом еще один.
– Извини, – бросает Громов и делает шаг назад. Кармашек, в котором мы находимся, не дает большого простора.
– Ничего, – выдавливаю я. – Ты говорил, что всегда здесь, если мне нужна будет помощь, но, похоже, я могу что-то сделать для тебя.
Константин удивленно смотрит на меня, и я замечаю, как опадают его плечи.
– Все в порядке, – говорит он.
– Ты уверен?
– А, похоже, что нет? – взрывается Громила.
«Похоже!»
– Ладно, – стараясь сохранять самообладание, говорю я. – Если захочешь, я сижу вон там. – Я показываю рукой на свое место и выжимаю из себя жалкое подобие улыбки.
Константин непонимающе смотрит на меня, и я, не оглядываясь, быстрым шагом выхожу из его части офиса.
До конца дня стараюсь фокусироваться на обработке заявок. Периодически я ощущаю, что за мной наблюдают, но стараюсь не поднимать головы, и уж тем более не смотреть на Него.
Честно говоря, меня до смерти напугало его поведение. Странно, что такой уравновешенный с виду парень ведет себя подобным образом. Или мне показалось, что он всегда собран и знает, как поступить в ту или иную секунду?