Чтение онлайн

– Может быть, вы знаете что-нибудь о ее прошлом?

– Она не любит говорить на эту тему. Но если я могу вам помочь, чтобы вы в свою очередь помогли Хезер, я готова это сделать. Вы будете держать меня в курсе?

Гриффин кивнул.

– Спасибо, – сказала она и вышла, так же тихо, как и вошла.

Поппи с облегчением вздохнула, когда Гриффин наконец вернулся. Ей не хотелось, чтобы он пропустил хоть одну песню. Она хотела, чтобы он сидел с ней рядом.

Он сел на свое место, когда музыканты закончили настраиваться. И тут началось! Все любимые мелодии, такие, как «Вчера», «Норвежский лес», «Земляничная поляна», казалось, были созданы для струнного ансамбля. Концерт закончился композицией «Пусть это будет». Когда прозвучала последняя нота, все вскочили со своих мест и бурно зааплодировали.

А потом Поппи с Гриффином со всеми попрощались и направились к «блейзеру». По дороге они почти не разговаривали, а когда подъехали к ее дому, он просто спросил:

– Можно мне к тебе зайти?

Она страшно волновалась, но понимала, что ни за что на свете не сказала бы ему «нет». Гриффин, очевидно, почувствовал ее состояние. Он помог ей выбраться из машины и сказал:

– Давай сначала прогуляемся к озеру.

– На улице холодно, – предупредила Поппи, хотя и знала, что это как раз то, что им нужно.

В машине их обдавало жаром, и вовсе не из-за печки. Он просто хотел замедлить развитие событий. И она была ему за это благодарна.

Он завязал на ней шарф, поднял ее на руки и понес к озеру.

Поппи не была на берегу с тех пор, как выпал первый снег.

– В любое другое время года я могу добраться к озеру сама, – сказала она. – Там есть пристань и пандус. Я просто съезжаю в воду и плаваю.

– Я уверен, ты прекрасно плаваешь.

– Да, плаваю я хорошо.

Они подошли к берегу.

– Странно, почему ты зимой не улетаешь на юг, чтобы плавать круглый год, – сказал он.

– Как гагары?

– Да, как гагары. Когда они вернутся?

– В апреле.

Луна скрылась за облаками, но ночь все равно была прекрасной. Да, на улице было холодно, однако Поппи этого не чувствовала, надежно защищенная широкой грудью Гриффина.

– Через неделю, – сказала она, – будет полная луна, в это время года ее называют «Кленовая луна». А индейцы называли «Сахарной луной». Я тебе рассказывала, как делают сахар на снегу?

– Нет, – улыбнулся он.

– Если взять горячий свежий сироп и вылить его на снег, он застывает и становится как жвачка.

Она зарылась носом в теплую впадину у него за ухом.

Когда они вошли в дом, он понес ее в спальню. Укладывая ее на кровать, он отстранился, и она увидела в его глазах желание.

Двенадцать лет она не испытывала ничего подобного. Он развязал ее шарф и расстегнул куртку. Отбросив в сторону свою куртку, он в нетерпении сорвал с себя свитер вместе с рубашкой.

Поппи была не готова к этому. Она беспомощно протянула ладонь и провела по его стройному мускулистому телу.

И тогда он поцеловал ее с той же страстью, какую она видела в его глазах. И как же ей было не ответить? Она почувствовала, как ее охватывает желание, и ощутила – она могла поклясться в этом – возбуждение там, где, казалось бы, она уже не могла чувствовать ничего. А он все целовал ее, и с каждым разом поцелуи становились все более страстными. Она выгнула спину, и он вдруг ловко снял с нее свитер.

Волны страсти, исходившие от него, проникали так глубоко в каждую клетку ее тела, что она, если бы могла двигаться, уже давно бы извивалась в его объятиях. Ей так нравились его густые волнистые волосы, его сильная шея, то, как сокращались его мышцы – на спине, руках, на груди, – когда она ласкала его. Она просунула пальцы за пояс его джинсов.

– Не надо, – хриплым голосом проговорил он. Ей стало страшно неловко, и она отдернула руку.

– Не надо, не останавливайся, – с мольбой в голосе произнес он.

Но его слова прозвучали как-то искусственно, или ей это только показалось? Она спрятала руки под подушку.

Гриффин привлек ее к себе так, что они смотрели теперь друг другу прямо в глаза.

– Что случилось? – спросил он.

– Ты так застонал, как будто то, что я делаю, – это больше того, чем ты хочешь.

– Глупенькая, – сказал он и снова приник к ее губам. – Ты что, боишься? – спросил он.

Да, ей было очень страшно. Но как ему это объяснить? Он нежно улыбнулся ей и сказал:

– Я знаю, чего ты боишься. Мне кажется, ты боишься не почувствовать того, что хочешь почувствовать. Ты боишься, что я тогда не буду хотеть тебя так, как хочу сейчас. Я прав?

Да, он ее прекрасно понимал. Она кивнула.

– Поверь, со мной этого не произойдет, – сказал он вдруг опять севшим голосом. – Ты такая красивая.

– Но мои ноги… – воскликнула она.

– Что ты выдумываешь! – Он нежно провел рукой по ее ногам и сказал: – Поппи, у тебя все в порядке – и с ногами, и со всем остальным.

Он гладил ее ноги, его пальцы продвигались все выше, пока она от возбуждения не закрыла глаза и не откинулась на подушку.

– Твое тело работает, – прошептал он. – Я думаю, что все проблемы чисто психологические. Ты почему-то испытываешь чувство вины, даже только подумав о физической близости.

Да, он был прав, но она так хотела его сейчас! Взяв его лицо в свои ладони, она поцеловала его. Полностью отдавшись наслаждению, Поппи отбросила чувство вины и все свои страхи. Он снял с нее всю оставшуюся одежду, и ее охватила страсть, сопротивляться которой больше не было сил.