Чтение онлайн

У тетки было очень весело, но Настя сильно скучала и по маме, и по Тамаре, и по подруге Оле, и по Павлодару. И даже по своим школьным друзьям, с которыми так недавно дралась.

Здесь в этой дыре с тоски помереть можно. Может, две-три недели она как-нибудь продержится.

Все-таки она никак не могла взять в толк, почему ее сюда отправили.

В два часа ночи Игорь проводил Настю до дома, бабушка уже спала, а на столе стояли подарки от Оли и мамы.

Настя не стала открывать посылку, прочитала только открытку, посланную Олей, с пожеланиями добра и счастья. Подруга жаловалась, что сильно скучает, не с кем даже погулять и поговорить. Они ведь до Настиного отъезда почти не расставались.

Настя легла спать, так и не распаковав мамину посылку.

Утром ее разбудила бабушка.

– Посмотри-ка, что мать твоя прислала! Конфеты шоколадные, мармелад, орехи, всякая всячина. Ой, а что это?

Она достала из пакета что-то блестящее, оказалось, что это новое серебристое платье для Насти.

– Да куда я его носить буду, это серебристое платье? – спросила Настя у бабушки.

– Ты, Настя, как бука, всем недовольна. Было бы платье, а уж куда его носить, мы найдем, – обиженно ответила бабушка.

И пообещала:

– Завтра в Лукино поедем.

– Если только ты трезвая будешь, – пробубнила Настя.

– Да когда ты меня пьяную-то видела? – возмутилась бабушка.

Настя покосилась на нее – наверное, пьющие люди наутро ничего не помнят, и думают, что пили воду вместо водки.

Бабушка клятвенно пообещала:

– Буду трезвая, не волнуйся.

И правда – бабушка весь день первого января была трезва, как стеклышко, а второго утром они собрались и пошли на автобус до Лукино.

Там жил бабушкин родственник, то ли племянник, то ли троюродный брат, в общем, какой-то близкий дальний родственник, работающий заведующим клубом.

Кино он показывал не только в клубе, но и у себя дома – специально для Насти и бабушки. Дома стояла настоящая киноустановка, а на стене висел большой белый экран.

Настя первый раз видела комедию с Вициным и Никулиным. Комедия называлась впечатляюще и как раз в тему: «Самогонщики».

Она заливисто хохотала, когда артисты смешно разливали самогон по стаканам.

В жизни это, конечно, совсем не смешно, но кино есть кино, там всегда смешно смотреть про алкоголиков.

Бабушкин родственник сфотографировал Настю в этот момент, потом сходил к соседу, проявил пленку, напечатал и принес уже готовую фотографию, вернее, даже две. Настя фотографиями осталась недовольна, но запечатала снимки дома в конверт, и послала один маме, а второй подруге Оле.

Вскоре мама прислала письмо с радостной вестью – у Насти родилась еще одна сестренка. Настя безумно обрадовалась и сказала бабушке:

– Будешь посылать ответ, спроси, когда они меня домой заберут.

С новой школой отношения у Насти не складывались. Нелегко всю жизнь быть лидером и оказаться новенькой в чужом классе.

На первом же уроке ботаники произошел неприятный инцидент.

Сердобольная учительница, которую никто не просил, узнала о том, что Настя плохо видит, но очки носить отказывается. Она посадила ее за первую парту с Вовкой Калинкиным.

Но Настя хотела сидеть у окна, и, недолго думая, передвинула Вовкины учебники на другой край парты и села на свое законное, как она считала, место.

Однако, Калинкин, похоже, так не считал. Он не согласился с новым раскладом, и тут же быстро и нагло прыгнул на свое прежнее место.

Началась занимательная возня Насти с Вовкой Калинкиным, родившая интерес к этой возне всего их шестого класса. Они выпихивали друг друга и, стараясь не привлекать внимания, ожесточенно дрались за место у окна.

Учительница честно пыталась вести занятие, но это было практически невозможно.

– Да что у вас происходит? – спросила учительница, когда поняла, что Настя с Вовкой будут выпихивать друг друга со своих законных мест еще долго.

– Может, вы уже, наконец, успокоитесь?

Тогда Настя, ни слова не говоря, встала и простояла столбом весь урок возле парты.

Ботаничка еще пару раз пыталась разрешить их конфликт увещеваниями, но у нее ничего не вышло.

По упрямому исподлобья взгляду Насти она поняла, что та ни за что не уступит.

На втором уроке повторилось то же самое, на третьем, на четвертом и на пятом тоже. Кабинеты и учителя менялись, предметы были разные, но Настя стояла столбом в каждом новом кабинете на том же самом месте.

Учителя сбивались, ведя урок, спрашивали, в чем дело, и недовольно на нее смотрели. Одноклассники объясняли педагогам, что в классе появилась новенькая.

На переменках девочки шептались, обходя Настю стороной, а на пятом уроке бросили ей на парту записку. Настя, не собираясь присаживаться даже на минуту, наклонилась и прочитала записку.

«Настя, не будь такой глупой, мы с этими мальчиками с первого класса учимся. Они нам и то никогда не уступают, а уж тебе и подавно уступать не будут».

За таким глубоким, шедевральным и предельно ясным содержанием подметного письма следовала подпись «Все девочки 6 «А» класса», а дальше подпись, имя и фамилия каждой девочки.

Настя прочитала записку, вздохнула, но ничто и никто на свете не заставил бы ее взять и уступить противному Калинкину.

Конечно же, она своим поведением вызвала бурю возмущения и среди учителей, и среди учеников.