Чтение онлайн

Конечно, это только при его маме нужно сдерживаться, занимаясь сексом, все остальные все прекрасно понимают.

— Да постой ты, Кать, — он поймал ее на последнем пролете перед нужным этажом и прижал к стене, — все равно ведь уже опоздали, может ну ее, эту лекцию, а?

— Надо идти, Слав, — она уперлась руками в его плечи, безрезультатно пытаясь оттолкнуть от себя сильное тело, — там «автомат» на основе стопроцентной явки…

— Тебе ли беспокоиться об «автомате»? — Ее муж иронично выгнул бровь и усмехнулся. К стене прижимать, однако девушку не перестал.

— Я папе обещала. — Катя все еще пыталась донести до него необходимость их присутствия на занятиях.

— А твой папа мне обещал, что если я на тебе женюсь, мне вообще ни о чем больше думать не нужно будет.

— Так вот почему ты на мне женился. А я-то думала…

Он заразительно улыбнулся, и девушка не смогла больше сопротивляться, позволила себя поцеловать.

На несколько секунд они застыли, увлеченные поцелуем и собой, но неожиданно раздавшийся совсем рядом голос заставил их одновременно повернуться к говорившей.

— А я-то думаю — правда, что ли у вас все вдруг стало так сладко, как говорят в группе? — Рядом стояла Юля и, обаятельно улыбаясь, наблюдала за их растерянными лицами. И как же не понравилась Кате эта ее улыбка. Что-то тревожно шевельнулось в душе и тут же исчезло.

Слава, впрочем, быстро собрался, и снова обняв Катю за талию, прижал ее к себе.

— Ведь ходили слухи, что ваш брак фиктивный и вас заставили пожениться из-за тех фотографий. — Юля, пожимая плечами, рассуждала вслух. — Кстати, подруга, а что ж ты нам до свадьбы такие интересные подробности не раскрыла? Мы же вроде все друг другу доверяли или в чем тогда смысл женской дружбы? Помочь от надоевшего парня избавиться? Кстати, когда Славочка тебе надоест, ты обращайся, я всегда с радостью помогу.

— Что ты несешь? — Слава, нахмурившись, обернулся к девушке. — Шла бы на лекцию.

— Я пойду, конечно, у меня же нет больше таких полезных связей как у тебя, Слав. Но прежде, Кать, все же хочу тебя поздравить, вижу, ты вполне счастлива с этим, как ты его называла, «идиотом Славой». Вот кто бы мог подумать, правда, когда мы спорили, что ты разведешь их с Зоей и влюбишь его в себя, что все так удачно закончится? Поздравляю подруга — ты выиграла спор по всем пунктам. Я признаться, до последнего сомневалась. Бросать-то когда собираешься? Он вроде уже готов. Если что, мое предложение в силе.

Юля, подарив бывшей подруге на прощание еще одну улыбку, развернувшись, удалилась. Слава повернулся к Кате. Девушка чувствовала, как напряглось его тело, как он отстранился от нее, но посмотреть в его глаза боялась. Она только надеялась все же, что Слава поймет, все поймет, но взглянув на него, поняла, что надеждам ее сбыться не суждено.

Он молча смотрел на нее, и она видела как замерзал его взгляд, как он становился обжигающе ледяным и невыносимо равнодушным. Таким, каким был он к ней тогда, в том времени, о котором она уже успела забыть и думать не думала, что глупый спор напомнит о себе.

— Спор, значит… — Задумчиво протянул парень, скривившись. — Значит, конспирация была исключительно ради забавы? Хитра ты, ничего не скажешь…

— Ты меня не так понял. — Катя попыталась бы объясниться. Но каким-то внутренним чутьем уже понимала, что это бесполезно и ему совсем не нужно. Да и сама она не видела смысла оправдываться за подобные глупости. Особенно за последнюю Юлину фразу.

— Значит, вот для чего нужны были те фотографии. — Он покивал головой. — Доказательства, значит, выигрыша. А на что хоть спорили, Кать?

— Уже не помню. На желание кажется… — Отпираться больше не было ни смысла ни желания. Катя рассказывала об этом словно не о себе, а о ком-то другом. Обидно до слез было что, судя по его реакции, для него она ни капли не изменилась с тех пор.

— Не густо.

— Слава, послушай… — Катя больше не смогла выдерживать этот разговор. С каждой минутой которого, с каждым словом ей все явственнее казалось, что она теряет его навсегда. Словно земля из-под ног уходила, и никак нельзя было это остановить. — Неужели ты не понимаешь…

— Не понимаю. — Слава, став серьезным и даже жестким, убрал ее руки, которыми Катя цеплялась за него, словно пыталась остановить, хотя он не двигался с места. Пока не двигался. — И слышать ничего не хочу. И так понятно, что я забыл, с кем связался, дурак.

Он, круто развернувшись, почти бегом спустился по лестнице.

— Слава! — Катя бросилась к перилам и, перегнувшись через них, пыталась разглядеть его внизу. Не дождавшись ответа, она медленно сползла по перилам на каменный пол, прижавшись пылающим лбом к холодным прутьям. Ей было душно, словно воздуха не хватало, и мысли вихрем проносились в голове. Она не могла ни на одной сосредоточиться, и то думала о том, что она сделает с этой блондинистой сучкой, то вдруг вспоминала, что только что произошло, то думала о том, как они всего лишь несколько минут назад поднимались по этой лестнице, счастливые и за одно короткое мгновение все так изменилось. Не верилось, что все происходит на самом деле. Как же так? Этот глупый спор, она успела забыть о нем, вернее, она просто относилась к этому как к поступку, который совершил совсем другой человек. Она наивно полагала, что эту страницу они со Славой перелистнули, и больше ничто не имеет значения — только он и она. Он ведь сам ей так и сказал в новогоднюю ночь — все, что было больше не важно… Тогда почему все так получилось?

Как он мог все забыть, перечеркнуть из-за глупости, случившейся почти год назад? А еще, ведь именно этот спор привел их друг к другу, он ведь должен был это понять. Или нет? Или в этом и была вся проблема? В том, что в результате спора он потерял Зою и приобрел ее, Катю?

Девушка зажмурилась — она не будет об этом думать, иначе с ума сойдет. Не оценил, не дорожил, понять не захотел — и пусть! Если все что произошло с ними, с ней за эти месяцы для него совсем ничего не значит, она навязываться с объяснениями тоже не станет.

Катя встала на ноги и поправила на себе одежду. Достала из сумочки маленькое зеркальце и придирчиво оглядела себя. Почувствовав, как глаза снова наполняются слезами, она прижала ладонь ко лбу и глубоко вздохнула несколько раз. Совсем как тогда, в пещерах, когда чувствовала приближение паники и готова была потерять контроль над своими эмоциями и над собой. Помогло тогда, поможет и сейчас. Вот только на лекцию она, пожалуй, не пойдет.

Катя бросила зеркальце обратно в сумку и, громко цокая каблучками, спустилась по лестнице, по которой несколько минут назад торопливо спускался ее… А кто Слава ей теперь? И будет ли снова тем, кем был совсем недавно — мужем, другом, возлюбленным. Или снова станет врагом?