Чтение онлайн

Едва переступив порог, Джо понял, что это не засада. Он по их глазам видел: они не ожидали его здесь увидеть. Они пришли просто выпить кофе, а может, еще и запугать хозяина, чтобы он стал платить им «за защиту». Сэл рядом, снаружи, но это не то что внутри. Джо отогнул полу пиджака и положил руку на пояс, в дюйме от своего пистолета. И посмотрел на Ингелса, вожака этой стаи, пожарного из девятого отряда, брандстанция Луц.

Ингелс кивнул, на губах у него медленно появилась улыбочка, и он показал глазами на что-то за спиной у Джо. На третий столик, у окна. Джо покосился туда и увидел, что там сидит Лоретта Фиггис и внимательно наблюдает за происходящим. Джо убрал руку с пояса, отпустил полу пиджака. Никто не станет затевать перестрелку, когда сама Тампийская Мадонна сидит всего в пяти футах.

Джо кивнул в ответ, и Ингелс произнес:

— Тогда в другой раз.

Джо вежливо коснулся шляпы и повернулся, чтобы уйти, но тут Лоретта попросила:

— Мистер Коглин, сядьте. Пожалуйста.

— Нет-нет, мисс Лоретта, — запротестовал Джо. — Судя по всему, у вас мирное утро, я не хочу нарушать ваш покой.

— Я настаиваю, — проговорила она.

К столику подошла Кармен Аренас, жена хозяина заведения.

Джо пожал плечами и снял шляпу:

— Мне как обычно, Кармен.

— Хорошо, мистер Коглин. А вам, мисс Фиггис?

— Мне еще одну.

Джо сел, положил шляпу на колено.

— Эти господа вас не любят? — осведомилась Лоретта.

Джо заметил, что сегодня она не в белом. Ее платье было скорее светло-персиковым. В большинстве случаев никто и не заметил бы разницы, но белоснежные одежды стали неотъемлемым атрибутом Лоретты Фиггис, и видеть ее в чем-то другом, казалось, сродни тому, чтобы увидеть ее обнаженной.

— Едва ли в обозримое время они пригласят меня к себе на воскресный ужин, — согласился Джо.

— Почему? — Она облокотилась на столик; Кармен принесла им кофе.

— Потому что я сплю с женщинами низшего сорта, работаю с людьми низшего сорта, братаюсь с людьми низшего сорта. — Он посмотрел через плечо. — Я что-нибудь упустил, Ингелс?

— Ежели не считать, что ты порешил четверых наших.

Джо кивнул, словно благодаря за уточнение, и снова повернулся к Лоретте:

— Ах да, и еще они считают, что я убил четырех их друзей.

— Вы и правда это сделали?

— Вы сегодня не в белом, — заметил он.

— Это почти белое, — ответила она.

— Как к этому отнесутся ваши… — он поискал слово, — последователи? — Он не нашел лучшего названия.

— Я не знаю, мистер Коглин, — отозвалась она, и в ее голосе уже не слышалось фальшивой бодрости, и в ее глазах больше не сияла безмятежность, смешанная с отчаянием.

Куклуксклановцы поднялись из-за столиков и гуськом потянулись к выходу. Каждый ухитрился либо толкнуть стул Джо, либо задеть его ногу своей.

— С тобой еще повидаемся, — пообещал ему Дувер. Коснулся края шляпы, глянув на Лоретту. — Мэм…

Они вышли, и остались только Джо, и Лоретта, и постукиванье капель вчерашнего дождя, падающих с балконного желоба на тротуар. Джо попивал кофе и рассматривал Лоретту. Ее глаза утратили тот пронзительный свет, что жил в них с того самого дня, когда она два года назад вышла из отцовского дома, сменив черный смертный наряд на белое платье возрождения.

— Почему мой отец так вас ненавидит?

— Я преступник, а он — бывший шеф полиции.

— Но тогда вы ему нравились. Как-то раз, когда я еще училась в старших классах, он вас хвалил: «Это настоящий мэр Айбора. Он поддерживает мир».

— Он правда так сказал?

— Правда.

Джо глотнул еще кофе.

— Видно, тогда были более невинные времена.

Она тоже отпила из своей чашки.

— Что же вы сделали, чтобы заслужить такую вражду?

Джо помотал головой.

Она испытующе смотрела на него. Так прошла долгая неуютная минута. Он выдержал ее взгляд. Она всматривалась в его глаза, пока не поняла:

— Через вас он узнал, где меня найти.

Джо стиснул зубы и ничего не сказал.

— Через вас. — Она кивнула, опустила взгляд на стол. — Что у вас было?

Снова долгий изучающий взгляд. Наконец он ответил:

— Фотографии.

— И вы показали ему их.

— Я показал ему две из них.

— Сколько всего у вас было?

— Десятки.

Она снова посмотрела вниз, на стол, вертя чашку на блюдце.

— Мы все отправимся в ад, — промолвила она.

— Не думаю.

— Нет? — Она снова крутанула чашку. — Знаете, какую истину я узнала в эти два года, пока проповедовала, и падала в обмороки, и вверяла свою душу Господу?

Он покачал головой.

— Что небеса — здесь. — Она указала на улицу, на крышу у них над головой. — Сейчас мы в раю.

— А почему он больше похож на ад?

— Потому что мы его профукали. — Вернулась ее безмятежная сияющая улыбка. — Это рай. И он для нас потерян.

Джо удивился глубине собственной скорби по ее разочарованию. Почему-то, по какой-то непонятной ему самому причине, он все надеялся, что если у кого и есть прямая связь с Создателем, так это у Лоретты.

— Но когда вы начинали, вы же действительно верили, правда? — спросил он.

Она посмотрела на него ясными глазами:

— И с такой убежденностью, что ее наверняка вдохновляли свыше. Мне словно кровь заменили огнем. Не пылающим, а теплым, и эта теплота никогда не исчезнет. По-моему, я то же самое чувствовала в детстве. Что я в безопасности, что я любима. И я была уверена, что жизнь всегда будет такой. А потом я выросла и уехала на Запад. И когда все эти верования обернулись ложью… когда я поняла, что во мне ничего особенного нет и что я не в безопасности… — Она повернула руки, чтобы показать следы от уколов. — Я плохо приняла эти новости.