Чтение онлайн

— Хорошо бы как-нибудь увидеться с тобой по ту сторону. Научил бы тебя пить коньяк, как подобает цивилизованному человеку.

— Буду ждать с нетерпением.

Монтус уронил руку и развернулся, не сказав больше ни слова.

Он пошел по переулку, шаги его делались все шире, быстрее, дробовик лег в руки, готовый в бою.

Джо уезжал из Браун-тауна, как бы ему ни хотелось пойти за Монтусом Диксом в парикмахерскую, пусть и только бы для того, чтобы увидеть физиономию Крошки Ламара, когда Монтус с дробовиком пройдет мимо его охранников. Но если Джо застукают рядом с местом преступления, Фредди Диджакомо поднимет всех на Семью Бартоло.

Что, возможно, и является главной целью всего предприятия. Вот только Фредди не способен вести многоходовую игру. У него все просто. Захотел прибрать к рукам игорный бизнес Монтуса — и уже близок к цели. Если бы он оказался настолько умен, чтобы потом прибрать к рукам все королевство, Джо даже зауважал бы этого засранца. Но Фредди лишь искорежит жизнь дюжине человек — это минимум — ради ерундовых перемен.

Хотя, возможно, Фредди играет не в одиночку, о чем и говорил Монтус.

Боже мой, ведь если Джо и мог назвать кого-нибудь из их компании настоящим другом — ну, кроме Диона, — то это Рико. С другой стороны, если бы его попросили назвать самого умного и самоуверенного из них, способного срежиссировать падение Монтуса, то это опять же был бы Рико. Однако свалить Монтуса было бы слишком мелко для парня вроде Рико. А замахнуться на Диона было бы слишком смело.

Слишком ли?

Он слишком молод, ответил Джо голосу у себя в голове. Чарли Лучано был молод, когда организовал свое дело. И Мейер Лански тоже. Да и сам Джо провернул ту операцию в Тампе, когда ему было двадцать пять.

Но времена тогда были другие. Другие времена.

Времена могут измениться, прошептал голос, но не люди.

Джо пересек Одиннадцатую улицу и заметил пару телохранителей Диона, поджидавших его. Это были Бруно Карузо и Чаппи Карпино. Джо подъехал к ним, опустил стекло со своей стороны, Чаппи сделал то же самое с пассажирской стороны своей машины.

— Вроде бы было две машины? — сказал Джо.

— Майк с Финном поехали обратно после того, как мы созвонились с боссом.

— Неприятности?

— Не. — Чаппи зевнул. — Ангело на больничном, потому босс решил, что ему с твоим сыном не помешает лишний человек.

Джо кивнул:

— Вам тоже лучше поехать туда.

— Мы поедем за тобой.

Джо медленно покачал головой:

— У меня свидание. Вы не сможете поехать.

Бруно Карузо перегнулся через сиденье и посмотрел на Джо:

— У нас же приказ.

— Бруно, ты знаешь, как я вожу. Я уже буду вон на том углу, пока ты выжмешь сцепление. А потом тебе придется еще развернуться на сто восемьдесят градусов между двумя рядами припаркованных грузовиков. Ты действительно хочешь поиграть со мной в догонялки?

— Но, Джо…

— Я же сказал, у меня свидание. Мужчина, женщина и все такое. Очень личная встреча. И я хотел бы, чтобы вы с Чаппи отправились туда, где будете полезны. Передайте боссу, что я вас заставил, а я через пару часов увижусь с ним дома.

Телохранители переглянулись. Джо увеличил число оборотов, улыбнулся.

Бруно закатил глаза:

— Значит, ты позвонишь боссу и скажешь ему?

— Ловишь все на лету.

Джо переключил передачу.

— Да, — сказал Чаппи, — босс просил передать, что тебя искал Рико. Он сейчас у него в конторе.

— В которой из них?

— В порту.

— Ясно. Спасибо. Позвоню Диону из первой же телефонной будки, сниму вас с крючка.

— Спасибо.

Он отъехал, пока они не успели передумать, сразу повернул налево, на Десятую, и рванул через город.

Подъезжая по проселочной дороге к мотелю «Вечерняя рюмка», он терялся в догадках. Она позвонила ему накануне вечером и очень деловым тоном заявила, что хочет встретиться с ним в полдень. После чего повесила трубку. Он не мог отделаться от ощущения, что ему приказали. Что, несмотря на их любовные игры и шутливую постельную болтовню, она все равно оставалась женщиной властной и знала, что те, кого она вызывает, являются беспрекословно.

Забавно, как проявляет себя власть. Власть Ванессы простиралась не дальше границ Тампы и округа Хиллсборо. Но он сейчас ходит по этой земле, потому ее власть распространяется и на него. Власть Монтуса Дикса казалась незыблемой, пока он не убил двух человек, усомнившихся в этом, а те двое представляли организацию-спрута, куда более властную, чем он сам. Польша, Франция, Англия, Россия — все они, по-видимому, считали себя достаточно властными, чтобы не бояться нелепого тирана, который сейчас давал им унизительный урок власти, заставив присутствовать на нем почти весь свободный мир. Япония считала себя достаточно сильной, чтобы бомбить Соединенные Штаты. Соединенные Штаты считали себя достаточно сильными, чтобы ответить тем же и открыть второй фронт в Европе и третий — в Африке. И всегда в подобного рода борьбе одна истина превосходит все остальные: одна из сторон обычно катастрофически заблуждается на свой счет.

Джо постучал в дверь сто седьмого номера, но открыла не Ванесса, а госпожа супруга мэра. На ней был строгий деловой костюм, волосы туго стянуты в узел, отчего еще сильнее выделялся пепельный крест на лбу. Лицо было напряженное, взгляд отстраненный, как будто она ожидала официанта и подозревала, что он принес что-то не то.

— Входи.

Он снял шляпу и остановился у железной кровати, на которой они так часто занимались любовью.

— Выпьешь? — спросила она, и, судя по тону, ответ ее не интересовал.

— Нет, мне и так хорошо.

Она все равно налила ему и долила себе. Протянула ему бокал. Подняла свой, чокнулась.

— За что пьем?

— За то, что оставили в прошлом.

— Что же мы оставили?

— Нас.

Она выпила, а он поставил бокал на край туалетного столика.

— Виски хороший, — заверила она.

— Не понимаю, что происходит, — сказал он, — но…

— Вот именно, — сказала она, — не понимаешь.

— Я не собираюсь тебя бросать.

— Это твое дело, а я тебя бросаю.

— Ты могла бы сообщить об этом по телефону.

— По телефону ты не принял бы этого. Тебе нужно видеть мое лицо.

— Чтобы увидеть что?

— Что я говорю серьезно. Что когда женщина делает шаг, она не оглядывается назад, и я из таких женщин.

— С чего… — Он вдруг понял, что не знает, куда девать руки. — С чего вдруг все это? Что я сделал?

— Ты ничего не сделал. Просто я спала, а теперь проснулась.

Он положил шляпу рядом со своим бокалом, хотел взять ее за руки, но она отшатнулась.