Чтение онлайн

– Нужен заложник?

– Нужен, – согласился двойник, – но не заложник, я тебе уже говорил, что практика заложничества мне отвратительна. Я с ним просто поговорю… Поможешь, Лунин? Все кончится хорошо, а мы с тобой еще поработаем. Ну как?

– А никак, – улыбнулся Николай. – Ответить не могу по причине того, что ненормативная лексика… мне отвратительна.

Но может, сам, бином, поймешь?

– Ты не умрешь героем, Лунин, – покачал головой Агасфер. – Тебе сделают укол, через полчаса ты станешь холодным и мертвым, но сможешь выполнять мои приказы. Твой дружок Соломатин называл этих големов яртами, но это не мистика, это наука, хотя и очень паршивая. Ты будешь страшнее, .чем бедняга Корф! Твой мозг сможет работать и без твоего согласия…

Николай понял – так и случится. Он – неживой – выйдет наружу и чуть хрипловатым голосом позовет Алексея… Но Келюс вспомнил о дхарах. Они поймут! Он не зря взял с собой друзей Фрола. Даже мертвый, он, Лунин, не станет предателем!

– Надумал? – поинтересовался Вечный, уже без всякой улыбки. Келюс кивнул – и бросился на двойника. Руки ухватились за ворот комбинезона, что-то блеснуло, горячий воздух плеснул в лицо, и он понял, что держит в руках только прорезиненную материю.

Лунин бросил на пол пустой комбинезон и стал напротив двери. У него не было оружия, и никто уже не сможет ему помочь. Николай вспомнил Варфоломея Кирилловича. Тот бы наверняка выручил, но старика рядом нет, да и нельзя всю жизнь уповать на других. Значит, настал его час. Келюс распрямил плечи, постарался усмехнуться как можно веселее…

…Ему скрутили руки, кинжал взрезал рукав, комбинезона, и Николай понял, как бывает больно, когда тупая игла вонзается в предплечье…

Мик пришел в себя неожиданно быстро. Он был заперт в маленькой, абсолютно пустой камере, под потолком горела белым огнем мощная лампа, было очень холодно и абсолютно тихо – каменные стены и толстая стальная дверь гасили любой звук.

Огчаяние быстро проходило. Вскоре Плотников даже удивился недавней слабости. Итак, его сломали, из Мика Плотникова не получился второй Михаил Корф. Когда-то его заставляли писать докладные в первый отдел, угрожая «аморалкой» и исключением из института. Теперь пригрозили смертью – и он снова не выдержал.

Плотников понимал, что его уже никогда не простят, да и сам не пытался искать оправданий. Что ж, он трус и сволочь. Но эти, с красными рожами, тоже в этом уверены, а значит, перестали его опасаться… Мик пожалел, что остался без оружия. За этим неизбежно придут, и придут скоро, пистолет с разрывными пулями был бы в этом случае очень кстати… Внезапно локоть привычно задел за твердый узкий предмет, спрятанный под левой подмышкой. Плотников невольно усмехнулся и обозвал себя болваном – егерский нож, давний прадедов трофей, был при нем. Когда-то Корф учил его надежно прятать оружие. Теперь умение пригодилось: нож с освященным лезвием не нашли, даже сам Мик забыл о нем.

Мик вынул оружие, осторожно погладил серую стальную поверхность клинка Итак, они его уже не боятся, а значит, все становится достаточно простым. Первого, кто войдет… Плотников остановил себя. Нет, пусть входят! Пусть ведут к самому Нарак-цэмпо!..

…Когда в дверь ввалились двое в камуфляже и, схватив Михаила за плечи, поволокли по узкому каменному коридору, он был уже совершенно, каменно спокоен…

Нарак-цэмпо стоял неподалеку от входа, в руках его был «уоки-токи» Мика. В рации что-то пищало и шипело. Бхот слушал внимательно, поначалу даже не обратив внимания на Плотникова. Наконец он сделал знак рукой, и один из «пятнистых», щелкнув каблуками, удалился. Второй остался стоять рядом.

– Плотников, – в голосе Нарак-цэмпо слышалось беспокойство, – ты должен сказать им, что у вас все в порядке. Они уже несколько раз пытались с вами связаться.

– Хорошо, – легко согласился Мик, не двинувшись с места, – но сначала я хочу увидеть Лунина. Иначе ничего не будет.

– Зачем тебе Лунин? Ты что-то осмелел, Плотников!

– Полковник Плотников, – сухо поправил Мик. – Убьете меня – ни черта у вас не выйдет. Ведь с Луниным сорвалось, правда? А не убьете – я вас заложу Вечному. Поглядим, чего он скажет!

– Вы неблагодарны… господин полковник. – Нарак-цэмпо перешел на «вы». – Я, может быть, излишне старался… убедить вас, но ведь я действовал по приказу того, кого вы так странно назвали. Для вас могло все кончиться значительно хуже. Ладно, поглядите на своего Лунина!

Он кивнул «пятнистому», и тот, взяв Михаила за плечо, провел его в комнату за стальной дверью. Мик вошел и замер. Келюс лежал на полу, глаза закрыты, лицо бело, как мел…

– Николай! Келюс! – Плотников присел, осторожно дотронулся до холодной безжизненной руки. Глаза Лунина медленно открылись, еле заметно шевельнулись губы.

– Не разговаривать! – прохрипел ярт, но Мик все же успел услышать: «Красный выключатель… экран… красный…»

Плотников медленно встал и внезапно для самого себя перекрестился:

– Прости, Николай!

«Пятнистый» уже тащил Плотникова из комнаты. Тот не сопротивлялся. Красный выключатель защитного экрана… Если бы еще знать, где он, этот выключатель!

– Убедились? – поинтересовался Нарак-цэмпо, когда Мика вновь поставили перед ним. – Ваш друг был неблагоразумен. Ладно, господин Плотников, я включаю радио. Скажете, что Лунин сейчас присутствует при демонтаже главной установки. И не вздумайте шутить, иначе будете лежать рядом с ним! С Агасфером я как-нибудь объяснюсь…

Он включил рацию и поднес ее к лицу Мика. Ярт по-прежнему держал его за плечо, Михаил скосил глаза и вдруг увидел за поясом у бандита большой черный пистолет, тот самый, что Глебов вручил ему. Мик закусил губу, собираясь с силами, затем вздохнул и проговорил в мембрану передатчика:

– Я Плотников. Слышите меня? Прием…

– Плотников? – послышался голос Глебова. – Наконец-то! Что там у вас происходит?

– Здесь все в порядке, – как можно спокойнее ответил Мик, почувствовав, как разжались пальцы, сжимавшие плечо. Нарак-цэмпо одобрительно кивнул.

– Что значит в порядке? – возмутился передатчик. – Объясните немедленно!

– Повторяю, все в полном порядке, – Мик медленно поднес правую руку к расстегнутому вороту комбинезона. – Мы оба в плену. Прощайте!..

«Пятнистый» вновь схватил его за плечо, Нарак-цэмпо щелкнул выключателем, прерывая связь, но в руке Михаила уже блеснула сталь. За долю секунды он понял, что не достанет до старика. Мик подался вперед и резким выпадом вонзил нож в грудь ярту. Тот удивленно открыл рот, захрипел, Мик вырвал нож и ударил вторично – туда, где у людей бьется сердце…