Чтение онлайн

Как и во всяком обществе, подавляющее большинство населения составляют простолюдины. В основном довольные своей участью, невежественные, поскольку их страна слишком бедна, чтобы дать им образование, они возмущаются высокомерием экзультантов и испытывают благоговейный трепет перед Автархом, который в конечном счете является их собственным апофеозом. Иолента, Хильдегрин и жители Сальтуса принадлежат к простолюдинам, как и бесчисленное множество других персонажей, встречающихся в рукописях.

Окружение Автарха – который вполне обоснованно не доверяет экзультантам – это слуги трона. Эти люди исполняют официальные обязанности и являются советниками Автарха, как военными, так и гражданскими. Судя по всему, это выходцы из простонародья, и следует отметить, что они высоко ценят полученное ими образование. (Для сравнения: подмечено у Теклы.) Самого Северьяна и других обитателей Цитадели, за исключением Ультана, можно отнести к этой социальной группе.

Жрецы почти столь же загадочны, как и божество, которому они служат, то есть божество в основе своей солярное, но не относящееся к культу Аполлона. (Поскольку Миротворец снабжен Когтем, сама собой напрашивается параллель с орлом Юпитера и солнцем; не исключено, что подобная ассоциация вполне уместна.) Подобно священнослужителям римской католической церкви в наши дни, упомянутые жрецы, похоже, являются членами различных орденов, но в отличие от первых не подчинены никакой единой власти. Временами, несмотря на их очевидный монотеизм, в них проглядывают отдельные черты индуизма. Пелерины, занимающие в рукописях больше места, чем любая другая религиозная община, очевидно, представляют собой сестринскую общину жриц, которых сопровождает вооруженная мужская прислуга (что неудивительно для странствующей группы в подобное время и при известных обстоятельствах).

Наконец, какогены олицетворяют (к сожалению, они оставляют у нас лишь смутное представление) тот чуждый элемент, который благодаря именно своей инородности является наиболее универсальным, существуя практически во всех известных нам обществах. Их распространенное наименование, по-видимому, демонстрирует, что простолюдины боялись или, по крайней мере, испытывали к ним ненависть. Появление какогенов на празднестве Автарха указывает на то, что их принимали (вероятно, по принуждению) при дворе. Хотя во времена Северьяна народные массы рассматривают их в качестве однородной группы, не исключено, что на самом деле они отличаются друг от друга. В рукописях данный элемент представляют кумеана и Отец Инир.

Почтительное обращение, переведенное мною как сьер, по-видимому, относится лишь к представителям высших классов, однако им часто злоупотребляют и на нижних ступенях общественной лестницы. Хозяином, в узком смысле этого слова, называют главу семьи.

Я посчитал невозможным выяснить точную цену монет, упомянутых в оригинале «Книги Нового Солнца». За отсутствием прямых аналогий всякий кусок золота с оттиснутым профилем автарха мне пришлось назвать хризосом; несомненно, несколько отличаясь весом и пробой, они тем не менее, похоже, имеют приблизительно равную цену.

Еще более разнообразным серебряным монетам этого периода я дал общее название азими.

Крупные медные монеты (которые, судя по рукописям, являются главным средством обмена среди простого люда) я назвал орихальками.

Несметное число мелких медных и бронзовых денежных знаков (не чеканившихся центральным правительствам, но при необходимости выпускавшихся местными властями и предназначенных лишь для хождения в провинции) я назвал аэсами. Один аэс – стоимость куриного яйца; орихальк – дневной оклад чернорабочего; на азими можно приобрести пристойно сшитое верхнее платье, подходящее для оптимата; на хризос – хорошего скакуна.

Нелишне напомнить, что меры длины или расстояния, строго говоря, сами по себе несоизмеримы. В этой книге лига обозначает расстояние примерно в три мили; данной мерой правильно исчислять расстояние между населенными пунктами и в рамках таких крупных городов, как Нессус.

Пядь – расстояние между оттопыренным большим и указательным пальцами, то есть приблизительно восемь дюймов. Чейн – длина мерной цепи в сто звеньев, где каждое звено составляет пядь; таким образом, чейн – это примерно семьдесят футов.

Эль представляет традиционную длину боевой стрелы – пять пядей, или приблизительно сорок дюймов.

Шаг, приведенный в рукописях, – это примерно два с половиной фута. При упоминании широкого шага указанную длину следует помножить на два.

Наиболее распространенную здесь меру – расстояние от мужского локтя до кончика среднего пальца (приблизительно восемнадцать дюймов) я назвал кубитом. (Нетрудно заметить, что в процессе перевода, стараясь передать – посредством латинского алфавита – оригинальные термины, я выбирал современные слова, понятные каждому читателю.) Термины, обозначающие временнее отрезки редко встречаются в рукописях; периодически приходит на ум что ощущение течения времени, присутствующее у автора и в обществе, к которому он принадлежит, притупилось из-за общения с интеллектуалами, попавшими под влияние или же преодолевшими временной парадокс Эйнштейна. Там, где эти термины все-таки появляются хилиад означает период в тысячу лет. Век – интервал между истощением какого-либо минерала или других ресурсов в их естественном состоянии (например сера) и принятием ими следующей формы. Под месяцем имеется в виду лунный месяц из двадцати восьми дней, и неделя таким образом, в точности совпадает с нашей неделей – то есть четверть лунного месяца, или семь дней Страха – период дежурства часового: одна десятая ночи или приблизительно час и пятнадцать минут.

Дж. В.