Чтение онлайн

И скажу так, аполитичность – штука не для бедных. Счёт живёт сногсшибательно.

Но мне удалось пропихнуть сюда Бульдожью морду. На трёх билбордах у него серьёзное лицо, потому что политика – не шутка. Рядом слоган: Я за перемены!

Я за перемены!

За какие, блин, перемены?

За все перемены, мой друг!

Кто?

Лично Я! Я за любые перемены!

За какие?

За все!

Он точно выиграет. Лёгкий слоган и милая мордашка, разве недостаточно?

Какой-то бездомный в инвалидной коляске подкатывает ко мне, смотрит на меня. Потом указывает на билборд и на меня.

– Да, это я, – говорю.

Он протягивает руку, чтобы я дал ему деньги.

– Деньги нужны?

Он кивает.

– Так найди работу, мужик.

Он мотает головой, держит руку, ждёт.

– Я серьезно, мужик, найди работу.

Он стягивает с ног одеяло, и я вижу, что его ступни ампутированы.

– Брось, это отговорка. Я не дам тебе деньги, только потому, что у тебя ступней нет.

Он нахмурился.

– Но знаешь, я могу дать тебе адрес, где тебе помогут с работой. Скажешь, что пришёл от меня. Идёт?

Он пожимает плечами.

– Настрой у тебя неважный. Ты вообще разговариваешь?

Он мотает головой.

– А вот это уже хреново. Тебя примут за интроверта. Не, тут как бы ничего плохого нет, просто карьерный путь не для интровертов, врубаешься? И точно не для немых.

Он показывает мне средний палец и уезжает. Все они такие. Им нужны деньги, а не работа.

– Слышь, мужик, – кричу я вслед, – тебе если деньги нужны, сдай свою инвалидную сперму. Хоть что-то сделай, уёбок недоделанный!

Выходит Крис:

– Готов ехать?

– Ага.

– Уже не обижаешься? – Крис улыбается.

– Поехали, а?

Мы сели в машину. Открылось окошко с микрофоном, я назвал адрес, примерную скорость движения, затемнил окна да откинулся в мягкое кресло.

Koknar стоит в отдалении от всех других зданий. Вы ж знаете, что есть громоздкая безвкусица и громоздкое величие. Вот второе про Koknar. При строительстве я задумал интересный эффект, чтобы днём моё величие походило на безобидную старушку, занимающуюся по утрам спортивной ходьбой, а ночью на переулочного зазывалу, и если ты подошёл к нему, не-а, хуй он тебя отпустит.

Если попался, иди куда зовёт Koknar.

Мы с Крис вошли внутрь, и она сразу остановила меня. Показывает на охранника, с которым разговаривают два пиджака из Комитета по ограничению медийных широт. Вам придётся столкнуться с этими ребятами, если надумаете рекламировать, петь, писать, снимать, продавать. Прикола ради мы их называем К.О.М.Ш.О.Т, они себя называют представителями власти. Ну и ладно, пусть хоть гномами Золушки себя зовут, только бы голову не ебали, а? Да, раскидываться возрастным ограничением – их работа.

Один из пиджаков увидел нас с Крис, обалденно улыбнулся, они это умеют, и подозвал к себе.

– Не ждали нас?

Говорю:

– Ага.

– Я Биба, а это, – указывает на своего товарища по К.О.М.Ш.О.Т.у, – Боба. На вас поступила жалоба, мол, вы, ребятки, нарушаете несколько пунктов возрастного регламента. Помните про свой возрастной регламент?

– Помню.

– А вы, – Биба смотрит на Крис.

– Да, я тоже помню.

– Хорошо. Боба, зачти, пожалуйста, эти несколько пунктов.

Этот Боба открывает планшет, куда-то там тычет, а потом зачитывает:

– Пункт 3.4.5: Koknar, это вы, обязуется соблюдать то установленное возрастное ограничение, которое было получено при первой аккредитации, и ни в коем случае не нарушать это ограничение. Любые изменения в игре должны быть согласованы с Комитетом по ограничению медийных широт, это мы, для того, чтобы игра не выходила за рамки установленного возрастного ограничения.

Биба хорошо держит осанку, он пользуется масками для лица, я так думаю, потому что его кожа хорошо блестит, как свежеприготовленный панкейк. Ещё Бибу выделяют усы. Я давно не видел усов, думал, они вышли из моды или типа того. Биба хороший пиджак.

А вот Боба безынтересный. Простая морда, простые руки, простое всё. Он хорош только в податливости.

– Остановись пока, Боба. Я напомню, ваше возрастное ограничение 30+.

– Ага, всё так.

– И вы помните, что написано про аудиторию 30+?

– Аудитория 30+ и без того подвержена постоянным стрессам, не стоит лишний раз вызывать у такой аудитории негативные эмоции. А также, нельзя такой аудитории навязывать свой продукт, потому что у людей 30+ могут быть дети, психику и интерес которых не стоит тревожить. – Проговорила Крис.

– Отлично, – говорит Биба. – Теперь второй пункт. Боба, продолжай.

– Пункт 145.2: Koknar, это вы, обязуется предоставлять игрокам обслуживание высшего качества.

Говорю:

– И что это, блядь, значит?

– Ну я не знаю, вероятно, ваше обслуживание хромает. Мы это сейчас проверим. – Биба достаёт блокнот. – Сюда я буду записывать очки. Чем их больше, тем лучше для вас. Десять очков вы уже заработали. У вас приятный и дружелюбный охранник, мы хорошо побеседовали, однако, я сниму пять баллов за ваш мат.

Блин, да этот пидор от своей важности вот сейчас готов надуться и улететь туда, к ещё более важным пиджакам.

Прикиньте: нам нельзя рекламировать Koknar и продавать его в магазинах, но при этом можно рекламировать его и продавать в наших игровых центрах. Хуйня какая. Мне нужно показать людям смерть. Помочь им избавиться от страха, чтобы жить в себя. Мне нужна доступность, чтобы я мог поделиться с вами этой силой.

Мы показываем Бибе и Бобе кухню. Рассказываем о поварах. Какой у них опыт, откуда они приехали, их фирменные блюда и всё такое прочее. Занимаемся пустым трёпом, вроде так это называется. Мы все взяли по банановому коктейлю, сели рядом с панорамными окнами – посмотреть на несколько деревьев, бегунов, на пьющих кофе таксистов. Они собрались у одной машины, о чём-то разговаривают.