Чтение онлайн

"А платить?!"- Гефест воскликнул. Афродита ж притворилась, будто слов его не слышит (олимпийцев отличала исключительная скупость).

(КОНЕЦ ЛИРИЧЕСКОГО ОТСТУПЛЕНИЯ)

ГРЕХОПАДЕНИЕ

– Ты выглядишь,- убеждал меня Витек,- как... вот пусть Серега скажет.

– Сам ты пидор,- опередил Серегу я.

– Неэстетично,- мягко заметил Пашка.

– Я ж говорю, как пидор!- поддержал Серега.

– Ну вас на хер,- оскорбился я.- Говорите, что хотите. Самим, небось, завидно.

– Небось,- поддержал меня Витек.- И очки тоже сними.

Кольцо снимать я не стал, а очки снял.

– Ох!- сказал Витек, разглядев мои фингалы.- Быстрей надень обратно. Где это тебя так?

– Споткнулся о кота Тихона и упал,- соврал я.

– И глазами о чьи-то кулаки,- добавил Серега.

Я промолчал. Большой охоты рассказывать о своем ночном приключении у меня не было.

Мы допили остатки водки и заказали еще. Хотя нам не было двадцати одного, нас хорошо знали в этой кафешке на Проспекте и наливали без разговоров.

Сороколетняя официантка Маша принесла нам водку в граненых стаканах и собралась было отчалить от нашего столика, как тут моя рука с кольцом сыграла очередную шутку - потянулась к Машиному заду и легонько ущипнула его. Мощная Маша развернулась всeм корпусом к нашей компании, углядела меня и руку-преступницу, но ничего не сказала, подмигнула мне и ушла с пустым подносом.

– Вот это да-а,- протянул обалдевший Витек.- Где это ты борзости набрался?

– Где вчера упал, там и набрался.

– Ну, и какая у нее жопа на ощупь?- жадно поинтересовался У. О. Серега.

– Ущипни - узнаешь,- ответил я.

По правде сказать, жопа у Маши была довольно дряблая, все равно, что хлебный мякиш щипать.

– А что, вот возьму и попробую,- оживился Серега.- Маша!- он щелкнул в воздухе пухлыми пальцами ( фильмов заграничных насмотрелся ). Однако Маша явно не смотрела тех фильмов. Она приближалась медленно и вразвалочку, как моряк с подбитого линкора. А приблизившись, зарычала:

– Ну, чево расщелкался?

Умственно Отсталый Серега задорно улыбнулся Маше и ущипнул ее за зад.

" Вж-жих! " - в воздухе махнула тряпка и хлопнула Серегу по жирным мордасам.

– Чего это она?- удивился Серега, аппелируя явно ко мне, как бы желая выяснить, что конкретно он сделал не так.- Ты чего?- обратился он к Маше и немедленно получил по мордасам второй раз.

Маша удалилась, небрежно помахивая тряпкой.

– Чего это, тебе можно, а мне нельзя,- продолжал возмущаться Умственно Отсталый Мальчик, как будто это я был во всем виноват.

Безобразная сцена с избиением Сереги привлекла внимание к нашему столику. Два айзера у стойки принялись показывать на Серегу пальцами и хлестать себя по щекам. Мы застеснялись и, не расплатившись, ушли из кафе. Следом за нами выскочила Маша и ударила Серегу подносом по голове.

– Чего опять?- заныл Серега.

– Плати, жирный!

– Он полужирный,- вступился за Серегу Пашка.

– Я - плотный,- слабо запротестовал Серега.

– Раз плотный - плоти!

Серега поспешно расплатился, и Маша покинула поле боя.

– Какой-то ты, Серега, долбоеб,- буркнул Витек.- С тобой и в кафе нормально посидеть нельзя.

– А я первый начал, я?- захныкал Серега.

– Ну, по рылу-то, во всяком случае, тебя взъерошили.

– По чистой случайности, - принялся убеждать нас Серега, но ему никто не поверил, поскольку дважды по чистой случайности никто не выгребает.

– А я, вот, выгреб,- загордился Серега.- Наверное, я такой человек удивительный.

– Долбоеб ты удивительный,- напомнил Витек.

– Вот ты бранишься,- сказал Серега,- А у меня голова болит. У меня, наверное, сотрясение мозга.

– Сотрясение ЧЕГО?!?- хором заорали мы.

Серега приумолк - крыть было нечем. Делать было тоже нечего, и мы решили потехи ради прогуляться по Проспекту.

ОПИСАНИЕ ПРИРОДЫ Проспектом называлась центральная, пешеходная улица Города, и вся наша куль-турная жизнь проходила именно там. Кафешки, открытые и закрытые, рестораны, в которых толкались урюки и айзеры, кинотеатры и просто тусовки.

(КОНЕЦ ОПИСАНИЯ ПРИРОДЫ )

Мы подошли к одной такой тусовке, привлеченные непонятными песнями.

ОПИСАНИЕ ПРИРОДЫ То были кришнаиты, совершающие внеочередную выездную оргию. Прямо на бетонных плитах они разостлали белые и бледно-розовые куски материи, на которых лежали плохо отксеренные оккультные брошюрки с написанными от руки ценами.

Потенциальных покупателей кришнаиты зазывали песнями под цимбалы и подо-бием грустных танцев.

( КОНЕЦ ОПИСАНИЯ ПРИРОДЫ )

В толпе ряженных я разглядел Димона и направился к нему.

Димон отрешенно качал головой в такт. Слов песен он не знал, потому просто мычал себе под нос. Я вывел его из нирванны , хлопнув по плечу.

– Кришна в помощь,- пришел в себя Димон.

– Ну, гондон, - ответил на его приветствие я.
– Ты чего ж вчера съебался?

С этими словами я приподнял свои темные очки .

– Уй!- закричал Димон.- Кто это тебя так?

– Филимон,- ответил я.

– А-а,- успокоился Димон.- Ну, Филимон - тот и не так может. Эт ты еще легко отделался.

– Это ТЫ легко отделался,- сурово заметил я.- Или это у вас, кришнаитов, так принято - съебываться и оставлять кузена выгребать?

– Понимаешь,- замялся Димон,- тут вся штука в карме. Настоящему кришнаиту противны сцены насилия. Они отягощают его душу.