Чтение онлайн

Джек не знал, почему Акико так себя вела.

– Пора выдвигаться, - сказал он Миюки.

Спрятав ниндзято в сумку, как и ее шиноби шозоку, она ответила:

– Я жду снаружи, - и вышла из палатки с улыбкой.

Джек проводил ее взглядом. Акико и Миюки были как две стороны одной монеты: из одного металла, но с разными характерами. Они были верными, смелыми и умелыми воинами. Быстрые, умные и хитрые. Но Акико была нежной, заботливой и теплой, Миюки же была веселой и вспыльчивой. Он ценил их дружбу и хотел, чтобы они подружились и между собой, если такое вообще было возможно между самураем и ниндзя.

– Идем, нанбан! – позвал Бенкей. – Или ты все еще красишься?

Обув сандалии, радуясь, что он снова в них и синем кимоно, Джек поднял свою сумку и мечи. Он прицепил катану и вакидзаси к поясу, чувствуя, как к нему возвращаются уверенность и сила. Без мечей Шизу он чувствовал себя открытым для атак. Но теперь он снова был воином, готовым добраться до Нагасаки.

Закрыв голову соломенной шляпой, он вышел из палатки. Окуни, Джун-джун и остальные девушки ждали момента прощания.

Джек низко поклонился.

– Я ценю то, как сильно вы рисковали из-за нас.

– А мы благодарны за то, что ты спас Джун-джун, рискуя собой, - в ответ поклонилась Окуни. – И покажи мне как-нибудь эту джигу. Я бы использовала ее в представлении как минутку развлечения.

Джек не понял, комплимент это или насмешка над его танцем, но он не сильно задумывался над этим.

– Точно захотите? Если ваши девушки начнут так танцевать, вам перестанут платить!

Окуни рассмеялась и повернулась к Бенкею.

– Если захочешь остаться, место для тебя всегда найдется.

Бенкей замешкался. Он с тоской смотрел на Джун-джун, а она – в ответ, а потом с сожалением покачал головой.

– Я пообещал отвести Джека в Нагасаки. А я слово держу.

В глазах Джун-джун появились слезы, но она кивнула.

– И я свое слово держу, - ответила Окуни, с улыбкой заметив их взгляды. – Так что место все еще свободно.

Поклонившись на прощание, Бенкей повел Джека и его друзей дальше по главной дороге. Оглянувшись в последний раз на Джун-джун, он поспешил вперед, вопя:

– Нагасаки, мы идем!

На краю города дорога разделялась на две.

– Куда теперь? – спросила Акико у Бенкея, остановив коня.

– Любой путь подходит, - ответил он. – Северный идет вдоль побережья полуострова. Дорога ровная, но длиннее. Западная огибает вулкан. Идти сложнее, но всего два дня.

– Тогда запад, - сказала Миюки, опередив с ответом Акико.

– Может, сначала выслушаешь всех? – спросила Акико.

– Нужно уйти с главной дороги, - возразила Миюки.

Девушки принялись спорить, а Бенкей и Сабуро удивленно переглянулись, возмущения становились все громче. Джек уже хотел вмешаться, когда Йори подбросил шакуджо в воздух. Посох с позвякиванием упал на землю, Акико и Миюки притихли. Они смотрели на брошенный посох, а его конец указывал на дорогу слева.

– Судьба говорит, что мы идем на запад, - сообщил Йори, подняв шакуджо и направившись по выбранному пути.

Джек восхитился поступком Йори. Друг знал, как быстро унять спор.

Акико, согласившись, направила коня по левой дороге. Миюки последовала за ней, не победно, но радостно.

Дорога поднималась по склону, оставляя порт позади. Они взбирались по ней и попали на небольшую равнину, где притаились чайные домики с прекрасным видом на залив.

– Нужно сделать привал, - предложил Сабуро, задыхаясь от жары и усталости.

– Не думаю, что это решаем мы, - ответила Акико, из чайного домика появились пятеро мужчин.

Вооруженные мечами и дубинками, они встали в ряд и перегородили им дорогу.

44

НАЕМНИКИ-РОНИНЫ

У мужчин был вид уставших путников, их кимоно были поношенными, а лица небритыми. Оружие их было покрыто засохшей кровью старых сражений. На одежде не было камона. Они все были ронинами, самураями без хозяина.

Избежать их не получалось. Домик находился на равнине, которая за ним резко переходила в склон горы. А с другой стороны был отвесный склон и лес под ним. Они могли идти лишь прямо через самураев, а те не шелохнулись.

– Мы тебя ждали, Бенкей, - сказал лидер, воин с руками, похожими на веревки с узлами, и широкой грудью.

– Меня? – опешил Бенкей.

– Ты нам что-то не рассказал, Бенкей? – спросила Акико, ее руки потянулись за луком.