Чтение онлайн

Но Джек уже все решил.

– Я ценю это, но должен вернуться домой, - ответил он. – Отец умер, и сестре нужен я.

Масамото склонил голову, признавая долг Джека, скрывая печаль во взгляде.

– Тогда вот мой последний урок, Джек-кун. Сая но учи дэ катсу – побеждай, пока меч в ножнах.

Джек удивленно посмотрел на катану.

– Во время изгнания я понял, что лучший путь воина – побеждать без сражения, - объяснил Масамото. – Решать проблему, не доставая меч из ножен.

– Даже хотя вы могли победить одним ударом? – спросил Джек, удивленный таким выводом от мечника.

– Именно. Потому я и оставил Казуки в живых, - ответил Масамото. – Истинная победа в прощении и понимании.

Джек низко поклонился ему, он понимал, что этот урок – прощание Масамото.

Следующим был Сабуро. Друг начал кланяться, потом оставил этикет и крепко обнял Джека.

– Будь осторожен, друг, - сказал он, слова застревали в горле. – Если ты будет проплывать мимо, не забудь навестить. Я-я-я…

– Эй, только без слез, здоровяк! – крикнул Бенкей. – Время радоваться. Джек ведь плывет домой.

Вытерев слезы и всхлипнув, Сабуро отпустил Джека.

– Не такой я и бесстрашный воин, да?

– Сабуро, ты самый смелый и верный самурай, какого я знаю, - честно сказал Джек. – Твой отец будет гордиться тобой.

– Надеюсь. Я сделал достаточно смелых поступков в этом муша шугье!

Неохотно отступив от Сабуро, Джек поклонился Бенкею.

– Если бы не ты, я бы не добрался до Нагасаки.

– А я-то как рад! – усмехнулся Бенкей. – Меня варили, резали, били, почти сожгли заживо. Нужно как-нибудь повторить!

Джек не сдержал улыбки.

– Когда я тебя встретил, ты и сам почти сгорел.

Бенкей рассмеялся и взмахом руки вытащил из воздуха свежий микан.

– В дорогу. Не хочу, чтобы ты голодал!

Приняв фрукт, Джек заметил, что Йори стоит безмолвно, ожидая своей очереди прощаться. Он смотрел на Джека, умоляя взглядом не уплывать.

– Хорошие друзья… как звезды, - выдавил Йори, крепко держась за шакуджо. – Их не всегда видно, но они всегда рядом с тобой.

Джек почувствовал, как к глазам подступают слезы, он обнял друга.

– Ты всегда был рядом, Йори. Я буду скучать.

– Я тоже, - всхлипнул он.

– Пора отплывать, Джек, - позвал капитан, он ждал у трапа.

Кивнув, Джек повернулся к Акико. Этого прощания он боялся сильнее всего. Он еще не забыл ту боль после прощания в Тоба. Он едва перенес прощание в горах Ига. Третий раз мог разбить его сердце навеки.

Они смотрели друг другу в глаза. Они ничего не говорили, ведь слова не могли выразить все их чувства.

Слеза покатилась по щеке Акико.

– Сайонара, - прошептала она. – Не забывай нас.

– Как я смогу забыть тебя? – спросил Джек, желая обнять ее и никогда не отпускать.

Акико отвела взгляд.

– Между нами будет лежать целый мир. И воспоминания со временем исчезнут, как тает снег весной.

– Но мы навеки…

Акико приложила палец к его губам.

– Не говори то, чему не бывать.

Джек ощущал, как между ними раскрывается пропасть, которую ему не переплыть, каким бы сильным и попутным ни был ветер. Это их последнее расставание, они понимали, что больше их пути не пересекутся.

Джек с тяжелым сердцем подхватил сумку, в которой лежал путеводитель отца. Поклонившись, он поцеловал руку Акико, ощутив в последний раз прикосновение ее нежной кожи. А потом, едва сдерживая слезы, он направился на корабль, не оглядываясь.

69

НАТЯНУТЫЙ ПАРУС

Капитан Спилберген приветствовал Джека с широкой улыбкой.

– Добро пожаловать на борт. Обещаю, пистолетов не будет. Ты теперь мой матрос.

– Это радует, - ответил Джек.

Он шагнул на деревянный трап и остановился, одна нога оставалась на земле гавани. Он словно оказался меж двух миров. В один он должен был вернуться, а другой не хотел покидать. Япония забрала у него все – отца, будущее, надежды – но и дала ему приемного отца, новые навыки, новые надежды и, что важнее всего, друзей. И эта связь была такой сильной, что Джек не мог решится уйти. Он не мог представить жизнь без друзей. Без Акико.