Чтение онлайн

В усадьбе Раничева уже дожидался неожиданный гость – Дмитрий Федорович Хвостин, думный дворянин и ближайший советник князя Федора Олеговича Рязанского. Немолод, чрезвычайно умен, сед. Ивану Хвостин сильно напоминал кардинала Ришелье – и внешне, и, так сказать, умственно. Вообще, на первый взгляд, это был вполне приятный в общении человек, обожавший вставлять в разговор латинские фразы, однако, когда было нужно, советник мог быть и жесток, и хитер, и коварен.

– Заждался, заждался тебя, Иване Петрович, – улыбаясь, Хвостин, широко расставив руки, спустился с крыльца. – Вот, проезжал мимо, дай, думаю, загляну, проведаю.

– Вот и хорошо, что заглянул, Димитрий Федорович, – обнявшись с гостем, закивал Иван. – Завтречка по утру на охоту сходим, знаю – ты это дело жалуешь.

– Да уж, – гость хохотнул. – И не добычи ради, смею заметить! Само по себе – скакать на коне, устраивать засады на хитрого зверя – само по себе привлекает. Как говаривали римляне – labor est etiam ipse voluptas…

– Труд – сам по себе наслаждение, – тут же перевел Раничев.

– Ага, – довольно засмеялся советник. – Вижу, осилил мою книжицу?

– Колумеллу-то? Осиливаем, вместе вон, с Пронькой, – обернувшись, Иван подозвал служку. – Беги на кухню – пускай пир собирают.

– Так это, – Пронька почесал голову, – боярыня уже распоряжается.

– Вот и славно, – потер руки Иван. – Ну, Дмитрий Федорович, гостюшка дорогой, что ж мы на крыльце-то стоим? Пожалуй-ка в горницу.

Войдя в дом, гость скинул на руки подбежавшему слуге широкий, европейского покроя, плащ, оставшись в коротком литовском кафтане зеленого сукна с золочеными пуговицами. Из-под кафтана неожиданно блеснула кольчуга.

– Что смотришь? – усмехнулся Хвостин. – Странные дела нынче творятся в княжестве. Приходится опасаться – даже мне, советнику княжескому! Abyssus abussum invocat – бездна призывает бездну. Впрочем, за тем и приехал. Если не возражаешь, нарушим традиции – кое-что обсудим до ужина?

– Обсудим, – коротко кивнул Раничев, – на то и традиции, чтобы их нарушать. Прошу в мой кабинет… э… в терем.

Поднимаясь по лестнице, Иван прятал усмешку – уже с самого начала ясно было ему, что Хвостин приехал не просто так. «Мимо проезжал» – ага, как же!

– Ну вот, – предложив гостю резное полумягкое кресло, Раничев уселся за стол, заваленный долговыми расписками, какими-то записями, перьями и прочей канцелярской хмурью, более приличествующей какой-нибудь приказной избе, нежели жилищу представителя знатного боярского рода.

– Хорошо, хорошо, – Хвостин одобрительно посмотрел на стол, на стоявшие вдоль стен полки с книгами. – И где только ты, Иван Петрович, деньги на книжки берешь?

Иван усмехнулся:

– Хозяйствую не абы как, да и супругу мою бог разумом не обидел.

– Видал, видал, у моста рядок построили… Чай, твои люди?

– Мои, – кивнул Раничев.

– Не боишься, что чернецы сожгут? – гость вдруг прищурил левый глаз, взглянув на Ивана с этакой настороженной хитрецой, вылупился, словно дятел.

– С чернецами я давно разобрался, – пожал плечами Раничев. – А сунутся – напомню.

– А если не чернецы? Другой кто-то?

– На всех силенок хватит.

– Да, фортецию ты из хором устроил изрядную, – покивал Хвостин. – Только спасет ли?

Иван насторожился: вот оно! Не зря гость такой разговор завел.

– Вот о чем хочу поведать тебе, Иване, – оглянувшись на плотно прикрытую дверь, советник понизил голос. – Слушай внимательно, не перебивай, а в конце свое мнение скажешь.

По мере того как Хвостин рассказывал, Иван ощущал то недоумение, то злость, то досаду. Оказывается, в последнее время – полгода, год – все важные купеческие тракты стали вновь тревожить разбойники, что, вообще-то, не было такой уж новостью – татей и раньше хватало, только вот эти вдруг оказались какими-то особенно злыми, безжалостными и, можно сказать, неуловимыми.

– Плохо ловите, – усмехнулся Раничев. – Я б посоветовал кое-что…

– Подожди, – советник недовольно махнул рукой. – Слушай дальше… Мы и подставы делать пробовали, и своих людей засылали – тщетно, их почти сразу же и убивали, такое впечатление, что шайка эта вообще не нуждается в людях.

– Странно.

– Вот и я про то. А ведь и у них бывают потери – вот, хоть месяца три назад – с десяток убитыми потеряли, все молодые крепкие парни, стриженные коротко, как рабы.

– Может, беглые, из Орды?

– Может… Но ведь они должны бы где-то скрываться, иметь схроны, землянки, избы… вот, как, к примеру, когда-то шайка Милентия Гвоздя. Их ведь тоже долго ловили, но ведь поймали же!

– Вот именно!

– Однако у Милентия были и схроны, и люди, и даже целое селище в дальних лесах. А у этих – нет.

– Что значит – нет? – Иван удивился. – Не с неба же они появляются?

– Поверь, все прошарили, везде послухов наслали – и словно в дым.

Раничев задумался, затеребил бородку.

– Есть тут у нас одно место, Плещеево озеро, – негромко промолвил он. – Глухое, незнаемое, дорог туда нет – одни тропы…

– Вот видишь – тропы! А у нас обозы целые исчезают. Да и знаю я это озеро – уж больно далековато для вылазок.

– Для вылазок – да, – сумрачно кивнул Иван. – А для схрона?

Хвостин пощипал бороду и, подумав, признал, что – для схрона, наверное, Плещеево озеро и подходящее место, да только уж больно далеко оно от всех торговых трактов. Заколебешься добычу таскать!