Чтение онлайн

Здесь сама природа заставляет помнить об истоках, о вечном — незыблемом и справедливом. Мглистый… Хребет Арды, как его в сказках величают. По дороге видели — горы? Три вершины? Не самые высокие на планете, но покорить все три почитает за честь любой скалолаз. Причём на Багровом Роге люди гибнут каждый год, и не по одному. А всё равно идут. Говорят, побывав здесь, очищаешь душу и просветляешь сознание.

— А вы ходили в горы?

— Ну… Разве что в такие. — Макс махнул рукой в окно. — Если ты о профессиональном скалолазании, то нет. — Он с улыбкой развёл руками. — Я высоты боюсь.

— Да ладно! — поразилась Тани.

— Честно. Нет, понятно, что можно преодолеть любой страх. Наверное, если пришлось бы, может и залез бы наверх… Но чтобы это стало хобби, оно должно доставлять удовольствие. А тут — какое уж удовольствие, если только и ждёшь: а вдруг шквал налетит или скала обрушится…

Когда все как следует подкрепились, Макс аккуратно смёл со стола крошки на газету, скомкал её и, открыв маленькую чугунную дверцу в печи, закинул туда. Собрались. Закрыли ставни. Некоторое время ещё побродили по поляне, мальчишки по приставной лесенке слазили на чердак в крохотную каморку размером едва ли не с купе железнодорожного вагона, Тани с камерой подобралась к самому обрыву, снимая открывавшийся безбрежный простор. Макс заволновался.

— Эй, птичка, давай-ка подальше от края! А то неуютно мне как-то.

Минут через сорок они уже подъезжали к Морийским воротам.

ВХОДИ, ДРУГ!

Машину оставили на громадной парковке, расположенной прямо под автострадой и тянувшейся, пожалуй, на полкилометра, не меньше. Макс пошёл оформлять документы на хранение, а ребята глазели вокруг.

У подножия тёмно-серой, почти чёрной скалы, круто уходящей вверх, располагалась небольшая площадь.

Посередине площади журчал фонтан. Чаша метров двадцати в диаметре из полированного чёрного камня была заполнена доверху, и вода, тоже казавшаяся чёрной, сбегала по сторонам в кольцевое углубление вокруг. Снаружи фонтана тянулся сплошной барельеф из изображений гномов, которые как будто вырубали из камня эту самую чашу. Фигуры были вырезаны с потрясающим мастерством; десятки маленьких чёрных гномов казались совершенно живыми. Эффект усиливался за счёт воды, которая струилась по фигурам, отчего казалось, что они шевелятся.

С краю площади, по той стороне, что примыкала к скале, располагались двух-трёхэтажные офисные здания, построенные в странной манере: стекло, металл и пластик соседствовали с каменными резными колоннами и изваяниями.

Построенные гномами, здания тем не менее были рассчитаны на человеческий рост, с высокими окнами и дверями.

Противоположная сторона площади примыкала к оживлённой широкой улице, вдоль которой теснились трёхэтажные каменные особняки позапрошлого века. Прямо напротив фонтана стена домов расступалась, освобождая место неширокому бульвару, с обеих сторон обсаженному могучими дубами — той самой «древней дороге».

В полукилометре справа высоко в горе, выше домов, была пробита огромная арка, в которой скрывались в два яруса обе автотрассы. Ещё дальше виднелся вход в другой тоннель, железнодорожный.

Морийский тоннель. Он пронзал насквозь Мглистый хребет, позволяя на машине за каких-то пару-тройку часов доехать от Аннона до Андуина. Этот тоннель был для Мории много веков неиссякаемым источником дохода — все торговые пути с востока на запад проходили через него. А ведь когда-то в древности караваны ходили аж через Изен! Когда гномы пробили горы, обеспечив купцам комфортный путь, богатства хлынули к ним рекой. Караванщики платили высокие пошлины без возражений: безопасность и скорость окупали всё. Говорят, на этом тоннеле Мория заработала больше, чем за все века добычи золота и самоцветов. Доход с тоннеля и сейчас составляет серьёзную статью в Морийском бюджете.

На площади было малолюдно, лишь большой синий автобус высаживал группу туристов возле фонтана.

Вернулся Макс, позвал ребят, и все направились к входу в Морию.

Вплотную к скале сверкало тёмным стеклом пирамидальное здание, вернее что-то вроде навеса, под которым виднелось несколько турникетов.

Они вошли в небольшой павильон слева от стеклянной пирамиды. Вдоль помещения, от одной двери к другой, тянулась стойка. За ней находились одетые в сине-чёрную форму служащие: два человека и гном. Макс передал документы женщине, сидевшей ближе к входу. Быстро посмотрев их, она пододвинула к ним толстую книгу, в которой все по очереди расписались. В соседнем окошке им выдали пластиковые браслеты, и небольшой листок — памятку для гостей Мории. Гном, сидевший последним, глянул на экран компьютера, поздоровался.

— Рады вас видеть. Убедительно прошу внимательно изучить памятку. Ваша безопасность — в ваших руках. — Он приветливо кивнул, указал рукой на выход.

Дальняя дверь открывалась прямо к турникетам. Над ними и до самой скалы гранёным конусом поднимался стеклянный навес. Стекло было слегка затонировано, и под куполом горели светильники-шары.

Нижняя часть скалы была гладко отполирована, только небольшой участок посередине оставался необработанным. В нём располагалась высокая, закруглённая сверху дверь из такого же серого камня. Она была закрыта и казалась нарисованной на поверхности скалы. Всю поверхность двери покрывали странные рисунки, а над ней затейливой вязью что-то было написано. Рядом на невысоком изящном столбике находилась наклонная плита с табличкой. Ребята подошли. Надпись была на всеобщем языке:

«Первый вход в Морию. Надпись “Скажи «друг» и входи” сделана древнеэльфийскими письменами и видна только при специальном освещении.

Существует легенда, что изначально на ворота было наложено заклятие и они становились видны лишь тем, кто приходил в Морию с добрыми помыслами и дружескими намерениями.

После постройки Великого тоннеля необходимость в дополнительном входе исчезла, и эти ворота были закрыты на долгие годы.

С середины 24-го столетия Мория активно интегрируется в мировое культурное пространство, в результате чего значительно повысился интерес к самобытной культуре древнего королевства Казад-Дум. В 2453 году в связи с открытием туристического маршрута “Путь Дурина” древние врата Мории вновь отворились для гостей. Скажи “друг” и входи!»

Ребята постояли у закрытой двери, переглянулись.

— Ну? — с улыбкой подошёл Макс.

— Вот. Наверное, надо «друг» сказать. — Тани поискала глазами какое-нибудь переговорное устройство типа домофона.

— И? — Макс, так же улыбаясь, вопросительно кивнул.

Элле подошёл поближе к стене и негромко сказал:

— Друг!

Половинки двери неслышно отворились, открывая ярко освещённую лестницу с широкими мраморными ступенями, уходящую наверх.

— Думаешь, магия? — спросила Тани у Элле.

Тот лишь пожал плечами.

— Да ну нафиг! Микрофончик незаметный где-нибудь, — сказал Дэн. — Или вообще сидит кто-нибудь в камеру смотрит — открывает, когда надо.

— Как вы думаете? — Тани повернулась к Максу. — Как она открылась?