Чтение онлайн

– Через месяц, – всё так же мрачно продолжал он, – вы с Агнесс пойдёте к венцу. На свадьбе будут лорд Хэмптон и его жена. Гости уже приглашены.

Услышав имя Хэмптона, Кэрри вздрогнула, но ничего не сказала, сохранив равнодушный вид.

– Что ты скажешь на это? – продолжал сэр Альфред, пристально, в упор глядя на своего старшего сына.

Первым желанием Эдварда было возразить, но Кэрри, перегнувшись через стол и делая вид, что хочет подвинуть к себе большое хрустальное блюдо, незаметно для других шепнула ему:

– Соглашайся. Мы вместе придумаем, как нам быть дальше.

Леди Элис, сидевшая рядом, сказала:

– Тебе незачем было подниматься из-за стола, Кэтрин. Ты могла бы просто сказать Нэнси, чтобы она отрезала тебе ещё сладкого пирога.

С трудом сдерживая улыбку, Кэрри поспешила переменить тему разговора.

– Вы тоже придёте на бал? – спросила она…

Ту холодную, тёмную ночь, когда Кэрри убежала из замка собирать кладбищенскую траву, Леон Тадри провёл в пути. Сумка с письмами, – та самая, с которой он останавливался у Хантера, – намокла под дождём, но Тадри держал её крепко, чтобы не потерять ни одной бумаги. Письмо для лорда Хэмптона, которое Кэрри написала по просьбе своей тётки, тоже лежало там, ожидая своего часа. Тадри и представить себе не мог, какой переполох в Дарквилл-холле поднял бы этот маленький бумажный листок, если бы он добрался до цели. Ведь настоящая Кэтрин Хэмптон по-прежнему жила в своём замке, и ей даже в голову прийти не могло, что под её именем в доме у леди Брэкли поселилась другая девушка. Трудно сказать, что случилось бы с самозванкой, если бы правда открылась; но Кэрри предпочитала надеяться на лучшее. Лорд Хэмптон не должен был увидеть этого письма…

Дорога Тадри лежала через лес. Солнце уже взошло, но высокие, мрачные сосны окружили его стеной, заслонив небо, и он слышал только, как ветер зловеще шумел в их тёмных ветвях. От этого звука его сердце сжималось необъяснимой тоской; никогда ещё Тадри не испытывал такого странного чувства. Не то чтобы он испугался, – нет, Тадри не был трусом, – но теперь здесь было темно, а он знал, что это место издавна считается страшным.

Слабый свист, раздавшийся за деревьями, заставил Тадри насторожиться. Его конь тоже повернул голову и насторожил уши, как будто почувствовав опасность. Солнечный свет едва проникал сюда, и Тадри не сразу заметил человека в чёрной одежде, который преградил ему путь. Его лицо скрывала полумаска, из-за которой едва виднелись горящие глаза.

– Стой, – негромко, вполголоса произнёс он, беря его коня под уздцы, и тот остановился, как вкопанный, больше не слушаясь седока.

Тадри видел, как из-за деревьев вышли ещё двое в чёрном. Они приблизились и остановились в двух шагах, словно чего-то ждали. «Разбойники», – подумал Тадри, внутренне холодея от страха.

Между тем незнакомец заговорил снова, – негромко и хрипло, как будто боясь, что Тадри может узнать его голос:

– Отдайте нам то, что вы везёте, и мы не будем преследовать вас.

– Но у меня нет денег, – ответил Тадри, задыхаясь, как после подъёма на крутизну. – Я везу письма сэра Альфреда, и, кроме них, у меня ничего нет с собой.

– Нам ничего и не нужно. Отдайте эти письма, и тогда мы позволим вам уйти.

Дрожащей рукой слуга протянул ему сумку, и незнакомец хотел было взять её, но мрачное лицо сэра Альфреда встало у Тадри перед глазами. Воспоминание, яркое, как кошмар, пронеслось перед ним, заслонив от него весь мир. «Я убью тебя, если ты не приедешь в срок», – вспомнил он слова лорда Брэкли, которые тот произнёс, отправляя его в замок Хэмптонов. Кровь бросилась ему в голову; свободной рукой Тадри ударил незнакомца по лицу и выхватил сумку, прежде чем тот успел вытащить оружие. Два человека в чёрном бросились ему на помощь, но Тадри оттолкнул их, дал шпоры своему коню и помчался вперёд, не разбирая дороги. Сейчас ему хотелось одного: очутиться как можно дальше от этого страшного места, где, по слухам, в холодные, тёмные ночи собирались колдуны из ордена Вечного Мрака.

– Нет, теперь нам его не догнать, – со вздохом проговорил Хантер, снимая маску, когда Тадри скрылся из вида, и только пыль, стоявшая в воздухе над дорогой, ещё не улеглась. – Ему удалось уйти. Однако… – он не договорил и сделал знак, указывая на дорогу, где Тадри обронил несколько писем, которые выпали из его сумки во время схватки.

Венделл, лицо которого тоже скрывала маска, поднял их и подал Хантеру. Тот взял одно из них, сломал печать и погрузился в чтение.

…Прошло, должно быть, не более получаса, когда все письма были прочитаны, но среди них не было того, о котором говорила Кэрри. Тадри увёз его с собой и сейчас, должно быть, был уже на подступах к замку Хэмптона.

Кэрри сидела за столом, склонившись над Чёрной книгой. Большая люстра, висевшая под потолком, не горела. На стенах, обитых шёлком, лежали неясные тени. Окна были зашторены: было ещё не так поздно; слуги то и дело сновали по двору, а Кэрри не хотела, чтобы они видели то, что будет.

Не торопясь она достала из ящика чёрную свечу, взятую у Хантера; маленький красный огонёк, появившийся над столом, давал мало света, но для того, что задумала Кэрри, этого было достаточно.

Осторожно, стараясь не шуметь, она взяла Чёрную книгу Хантера и долго перелистывала страницы, ища нужное заклинание; найдя его, Кэрри поставила свечу так, чтобы свет падал на страницу, и принялась читать, еле слышно шевеля губами.

Казалось, ничего не произошло, но огненный камень, висевший у неё на шее, загорелся ярче, отбрасывая во все стороны красные, сияющие лучи; чёрные тени, притаившиеся в тёмных углах, заметались по стенам, и пламя свечи задрожало. Кэрри продолжала читать, не повышая и не понижая голоса, но её глаза засветились, вспыхнули жёлтым огнём.

Но вот чьи-то лёгкие шаги нарушили тишину, дверь заскрипела, открываясь, – и Бетси, дрожащая и испуганная, чёрной тенью замерла на пороге. Два горящих, огненных глаза смотрели на неё из темноты. Не в силах понять, что происходит, девушка отступила назад, но Кэрри сделала знак, приказывая ей подойти. Повинуясь чужой воле, Бетси закрыла за собой дверь и, всё ещё не помня себя от страха, опустилась на диван.

Она осталась сидеть неподвижно, как статуя, не в силах оторвать взгляд от горящих, огненных глаз; без сомнения, это были глаза её хозяйки, но они светились, как глаза кошки или другого ночного зверя, только их свет был сильнее и ярче, и Бетси едва не вскрикнула, охваченная суеверным ужасом.

Между тем Кэрри продолжала читать, и слова древнего заклинания на непонятном, чужом языке звучали всё громче в тишине ночи; словно откликнувшись на её голос, откуда-то из-под земли послышался пронзительный вой, и громадная чёрная собака, возникшая неизвестно откуда, появилась посреди комнаты.

– Риола, – позвала колдунья, и собака подошла к ней. – Что творится в доме у Хантера? Я хочу, чтобы Венделл пришёл сюда. Приведи его.

Риола ответила глухим рычанием; Кэрри кивнула в ответ, как будто понимая её.