Чтение онлайн

Айрис охнула и спросила, в чем дело.

«Выключите фонари», – сказал я по новому общему каналу.

К счастью, фонарь держал только Тарик. Он немедленно выключил свет – вот она, отработанная за годы работы в корпоративном спецназе привычка выполнять приказы. Другим понадобилась бы секунда-другая, чтобы сообразить, о чем я говорю.

«Надо идти дальше, – сказал я. – Возьмитесь за руки и не отставайте».

Тарик шагнул ближе и положил руку мне на плечо, другой схватил Леониду за здоровую руку. Айрис взялась за ремень моего скафандра. Леонида оказалась зажатой между ними, но не возмутилась. Я двинулся вперед с максимальной скоростью, чтобы они успевали за мной. Они слегка шаркали ботинками, и я слышал по коммуникатору, как они пытаются задерживать дыхание. Скафандры хорошо приглушали звуки. Надеюсь, этого хватит, чтобы враги нас не услышали. Я лавировал между металлическими обломками и двумя сломанными пилонами, поддерживавшими отсутствующие посадочные площадки.

По свету фонарей враги могли определить нашу позицию, и, если их было двое, с вероятностью в девяносто шесть процентов один устроил наблюдательный пункт где-то наверху, а второй наверняка там, где отключился дрон-разведчик № 2.

Причем враг сделал это настолько быстро и тихо, что дрон не успел поднять тревогу.

Там наверняка автостражи. Моя органическая нервная ткань это чуяла.

«Поблизости враждебный автостраж, а может, и не один», – сказал я по сети.

Придя в ужас от возможных последствий, я отступил от протоколов компании, запрещающих разговаривать в таких случаях, и пытался придумать, куда отправить людей. Сбывался мой самый страшный кошмар.

Ратти в шаттле в ужасе охнул.

Автостражи наверняка со второго шаттла «Бариш-Эстранцы», вооруженного. Возможно, он по-прежнему стоит на поверхности в том месте, где Ратти и ГИК-дрон видели его в последний раз, или охотится за нашим шаттлом, но в какой-то момент высадил автостражей за пределами комплекса, чтобы те не дали колонистам сбежать. Я знал, что у этих автостражей такое же стометровое ограничение… Нет, этого я не знал. Они отключаются, если окажутся слишком далеко от хозяина, но я понятия не имел, на каком расстоянии, а может, в чрезвычайных ситуациях хозяин мог изменить дистанцию.

Я был на девяносто восемь процентов уверен, что они пользуются той же странной системой под контролем дополненного человека. Я не мог добраться до нее и взломать, поскольку не обнаружил никаких сигналов, и, значит, их связь строго изолирована, как и наша. А в ангаре АдаКол2 стала недоступна.

Шаттл «Бариш-Эстранцы» должен поддерживать связь с автостражами.

«Ты достаточно близко к ним, чтобы заглушить их коммуникатор?» – спросил я ГИКа-дрона.

«Пока нет. Помехи уменьшили мой радиус действия. Их система, вероятно, где-то внутри комплекса».

А значит, остальная часть отряда идет в нашу сторону.

Я бывал и в худших переделках, когда надо было защищать людей, хотя сейчас не мог достать из архива воспоминания. Но никогда не бывал в худших переделках, когда мне надо было защищать людей, но при этом я в любой момент мог запаниковать и отключиться из-за дурацких воспоминаний о том, чего не случилось. Ну ладно, случилось, но никто не съел мою ногу.

Страх, что автостраж схватит одного из людей в темноте, буквально сбивал с ног.

«Мы в шести минутах от вас, – сказал ГИК-дрон. – Мы приземлимся, и я спущусь за вами».

«Нельзя рисковать шаттлом», – ответил я по приватному каналу.

И Ратти, но этого я не сказал. Если все пойдет именно так, как я предполагаю, у него самый высокий шанс спастись.

«Задача шаттла – забрать отряд, – возразил ГИК-дрон, как будто меня не понял. А может, как раз понял. Просто не собирался прислушиваться к моему мнению, вот в чем дело. – Приготовьтесь к эвакуации», – сказал он по общему каналу.

Айрис вздохнула, вероятно оценив риск для шаттла, но она помнила, что за безопасность в критических ситуациях отвечаю я, а это определенно одна из таких ситуаций.

«Может, пригодится?» – спросила она по сети.

Я протянул руку, и Айрис вложила в нее пистолет «Бариш-Эстранцы».

Несмотря на участившийся пульс, люди шли тихо, но вечно нам везти не могло – в конце концов кто-нибудь с громким хрустом наступит на что-то или споткнется. Я остановился перед каким-то большим угловатым препятствием и велел людям пригнуться.

Все подчинились. Леонида вздохнула с облегчением, но едва слышно. ГИК-дрон начал по сети обратный отсчет времени до прибытия. Нам нужна хорошая позиция. И я должен ее найти.

«Если подняться повыше, Пери будет легче нас забрать», – сказал Тарик.

«Они этого не ожидают, – согласилась Айрис. – Они ведь не знают, на что способен Пери, не знают, что мы можем выбраться отсюда через потолок».

И это правда. Но мне план все равно не нравился, потому что во время посадки люди окажутся в уязвимом положении. Однако мой процедурный модуль (я называл его модулем паники, поскольку пользовался им только в таких случаях) подсказал единственный вариант действий – найти безопасное место и спрятаться там до прибытия подмоги, что в текущем положении было невероятно глупо. Тот, кто написал этот вонючий модуль, явно не понимал, что бывают исключительные случаи. Неудивительно, что я предпочитал получать советы из «Лунного заповедника».

К черту модуль паники, ты сам знаешь, что делать.

Ратти молчал, потому что копался в оборудовании шаттла в поисках того, что могло бы нам пригодиться.

«Они в бронекостюмах, а автостраж – нет, – лихорадочно объявил он ГИКу-дрону. – А если этим воспользоваться? Можно как-то повредить броню, не уничтожив бортовые системы автостражей?»

«Для этого существуют специальные инструменты, но их нет на борту», – ответил ГИК-дрон.

Я повел людей наискосок к той стене ангара, что ближе к тусклому свету из щели в люке. Автостражи ожидают, что мы будем избегать мест, где нас легче заметить, поэтому я поступил наоборот. Знаю, знаю. Это иллюстрация к фразе «хвататься за соломинку». Посадочная площадка со стоящим на ней летательным аппаратом была ближе всего и выше, а беглый просмотр видео, снятого дронами по пути сюда, показал, что лестница цела. Кроме того, там людям будет за чем укрыться. Я послал Айрис и Тарику изображение, на котором было больше деталей, чем они могли разглядеть с помощью обычных глаз.

«Идем к той площадке, где вертушка, – сказал я. – Когда прибудем на место, начинайте подниматься. Я вас прикрою».

Без дронов и камер мне приходилось смотреть на людей, только так я мог убедиться, что они выполнили приказ. Они подчинились не сразу, прошло на 0,4 секунды больше, чем нужно человеку, чтобы отреагировать.

«Нельзя терять времени, – сказал ГИК-дрон, – идите».

Кажется, он еще добавил что-то Айрис по приватному каналу.

«Хорошо, пошли, – сказала Айрис. – Автостраж, мы подождем тебя наверху».