Коллекционер
Шрифт:
Ну да, так и должно быть.
– Хорошо, – сказал Олег, делая шаг назад. – Надеюсь, что ты мне особо не наврал. Если выяснится, что ты в чем-то меня обманул, то я сюда вернусь и лично прострелю тебе конечности. Местные хищники будут очень рады получить добавку к скудному рациону.
– Подожди? Ты что, уходишь? – Глаза Эрика забегали, он ухватился здоровой рукой за ствол ближайшего дерева.
Одна из бородавок под его рукой лопнула, хлынула темно-бурая густая жидкость.
– Ай, жжется! – Подполковник сморщился, затряс рукой, но на ноги вскочил.
– Да, ухожу, – сказал Олег, глядя прямо в белесые глазки бывшего приятеля. – Оставляю тебя здесь, живым, хотя такую гниду, как ты, стоило пристрелить на месте… Пистолет твой вон там, никуда не делся, вытаскивай и чисти, если еще помнишь, как это делается… Жить захочешь – так определишь, что и кого в этом мире можно жрать, чтобы не сдохнуть от поноса. А потом я за тобой вернусь, и не один, а с твоими соратниками по корпусу, чтобы тебя судили и казнили как продажную гниду, как мерзкого предателя.
– Но я не могу! Как же?! Меня съедят! – Эрик упал на колени и пополз вперед, по щекам его заструились слезы. – Ты не можешь меня здесь бросить! В этом жутком лесу!
– Могу, и еще как.
Олег открыл «дырку» с необычной даже для себя быстротой, понадобилось лишь прикусить губу до крови. Шагнул в нее и оказался в Лирморе, на берегу реки, а жалобные вопли подполковника остались в другом мире.
Над столицей Цада занимался рассвет, по водам Золотоструйной ползли розовые блики. На другом берегу над крышами вздымалась громада храма Возвышающей Истины, выкрашенного в желтые и черные полосы, точно брюшко колоссальной осы, что воткнулась носом в землю, да так и застряла.
Эрика, если честно, надо было и в самом деле пристрелить, избавить мир от гадины и заодно обезопасить себя – а то вдруг подполковник с перепуга сумеет открыть «дырку» и вернется в Центрум, где тут же побежит к своим хозяевам из инквизиции?
Но рука не поднялась… и черт с ним. В любом случае нужно решить, что делать, как вытащить из Замка Истины «компас» и Ингеру.
– Но первым делом – поесть, – решил Олег, похлопав себя по животу. Последний раз чего-то жевал еще на Земле, и в брюхе ощущалась пустота.
Таверны уже открылись, и он забрел в ближайшую, под вывеской с подписью «Пророк Томасо» и изображением бородатого старца, лупившего посохом животное, похожее на неимоверно отожравшегося кота.
Хозяин, немногословный и лысый, вовсе не походил на Джани, но вино тут подавали отличное, а народу было немного.
– Спасибо, – сказал Олег, когда ему приволокли блюдо жаренных в кляре креветок.
Теперь можно и подумать спокойно…
Хотелось бы провернуть дело самому, но одному человеку не под силу бороться с Вито Цагене, за которым стоит Орден Взыскующих Истины со всей его устрашающей мощью да еще неведомые союзники.
А значит, нужно самому искать союзников, тех, кому инквизиция поперек горла!
Кто это может быть?
Какие-то силы внутри Цада, тот же канцлер Арсини или Орден Хранящих Святость?
Но нет, они слабы и разобщены и вряд ли смогут объединиться даже перед лицом откровенной угрозы… Да и не совсем ясно, к кому обращаться с имеющимися у Олега сведениями, с кого начинать.
Сам правитель Цада, его сын-наследник?
До этих людей без нужных связей не добраться, не явишься же просто так к воротам королевского замка и не заявишь «а подать сюда мне вашего самого главного, хочу с ним поговорить!».
А таких связей у Олега нет…
Что остается? Корпус Пограничной стражи.
Конечно, лучше всего выйти на главный штаб в Марине, где точно нет купленных инквизицией людей, но это далеко, и слушать мало кому известного проводника там не станут…
Остаются местные погранцы, те их них, кто не продался Цагене.
В первую очередь сам начальник местного корпуса генерал-майор Хорхе Редондо – к нему Олег Соловьев как честный, законопослушный торговец может на законных основаниях явиться на прием. И рассказать про лагерь в одном из параллельных миров, про замыслы Цагене, про предателей в самом корпусе…
Понятно, что пограничники, узнав о «компасе», немедленно захотят получить его для себя. Поэтому о приборе нужно будет умолчать, повести дело так, чтобы погранслужба начала действовать, вцепилась в горло Ордену Взыскующих Истины, создала ему достаточно серьезных проблем, чтобы глава инквизиции забыл о беглом проводнике по прозвищу Соловей.
Ну а у того в такой ситуации появится возможность для своей игры. В мутной воде поднявшейся суматохи можно будет и Ингеру вытащить, и «компас» забрать.
– Так и поступим, – решил Олег и принялся за креветок.
Когда он вышел из таверны, Лирмор уже проснулся – по улицам катили рикши, бегали дети, сновали прохожие, драли глотки зазывалы, а бродячие торговцы назойливо предлагали свой товар.
На ближайшем перекрестке обнаружилась толпа, из центра которой несся зычный голос:
– Свила гнездо ересь в высоких палатах! Нуждается вера в рванье и заплатах! Помилуй, Владыка, владыку земного! Иначе возвысим мы гневное слово!
Вытянув шею, Олег увидел, что неуклюжие вирши изрекает монах в темно-синей рясе и черном кушаке Ордена Блюдущих Чистоту – одного из малых орденов, созданных во время большой реформы церкви около полувека назад. Проповедник был могуч, красноморд и бородат, вытаращенные глаза пылали огнем.
– Кто землями правит – погрязли во мраке! За стенами замков зла вскинуты стяги! Поднимемся дружно во имя свободы! Очистим закрытые плесенью своды!
– Это ты что, на короля напраслину возводишь? – спросил кто-то дрожащим от изумления и возмущения голосом. – На нашего единственного и законного повелителя? Наместника Священного Ока на земле?
– Священное Око видит все! – взревел монах. – Но тот, кто присвоил право говорить от его имени, сам же погряз в грехах и ереси, обречен на погибель и огнь адский! Пора, пора зажечь факелы и очистить Цад от заразы!