Чтение онлайн

— Точно.

— Кажется, ты ещё сказал, что работаешь на Адвентистов? Как же тогда согласуется наша совместная деятельность? По-хорошему, я должен тебя арестовать, — я на всякий случай перехватил топор поудобнее.

— Это всегда успеется. Начнём с того, что я не работаю на Адвентистов, я сам — адвентист, с рождения и по сей момент. А с арестом — подожди, не до арестов сейчас. Ты хочешь выполнить своё задание, я своё, нам обоим дали понять, что мы должны объединить усилия, так что не вижу необходимости конфликтовать именно сейчас. Вдвоём захватить станцию будет намного проще. Потом разберёмся.

— В твоих словах есть рациональное зерно. Только прошу, не уничтожай научное оборудование, по крайней мере, сразу. Я хочу унести с собой всю информацию, какую только смогу. Мне нужно выяснить, что происходит здесь с похищенными людьми. Кажется, это и есть моё настоящее задание.

— Тогда какие у нас планы? — спросил Клирик.

— Думаю, сначала пройдёмся по центральному корпусу, снизу вверх. Подкрепление мне теперь не вызвать никакими способами, так что придётся разбираться с проблемой самостоятельно. Логика подсказывает, что голова предприятия находится именно в верхних уровнях центрального корпуса. Так что там с дверью шлюза?

— Ничего сложного. Те же голограммы, что и в батискафе.

Мы подошли к шлюзу, Клирик провёл рукой по голографическому цветку замка, звякнули колокольчики, лепестки разъехались в стороны. Перед нами открылся большой зал круглой формы, заполненный теми же самыми контейнерами, погрузочной техникой и большим количеством незнакомого мне оборудования, по виду предназначенного для работы с биоматериалом. Всё это освещалось либо напольными светильниками, либо вертикальными лампами, встроенными в стену. Напольные горели ровным белым светом, а встроенные в стены — голубым оттенком. Людей в зале было всего двое, оба возились с каким-то агрегатом, довольно далеко от нас, и не обратили никакого внимания на открывшуюся дверь. Я показал Клирику, что обойду их за штабелем, и проскользнул вдоль стены, надеясь, что потоки света надёжно меня маскируют. Клирик же направился прямиком к занятым своим делом рабочим. Пробираясь вперёд, я поражался окружающим предметам, точнее, их отсутствию. Все без исключения приборы и пульты управления механизмами состояли из ярких голографических картинок. Прямо в воздухе висели какие-то фантастические снежинки, помигивая своими лучами. Что они собой представляли, я так и не понял — то ли указатели, то ли разметка, то ли индикаторы неизвестных мне процессов. Поначалу я даже обходил эти сложные конструкции из света, но потом понял, что можно спокойно проходить сквозь них. Ещё я обратил внимание, что все погрузочные машины были оборудованы гравиприводом, а вместо механических захватов несли силовые. Даже пандусы к верхним уровням штабелей были виртуальными, из наведённых силовых полей — плоских полотнищ переливчатого света. И всё, абсолютно всё излучало свет разных, но похожих оттенков голубого, синего и фиолетового. И звуки — все это графическое великолепие сопровождалось частыми переливами коротких мелодий. Меня не оставляло чувство, что на станцию строили не люди и не привычные нам чужие — у них просто не было таких технологий. Я переполнялся уверенностью, что мне открывается нечто очень и очень важное и новое.

Наконец, я обошёл рабочих по кругу и оказался прямо перед ними, выйдя на освещённое пространство. Оба мгновенно прекратили работу и с удивлением уставились на меня. Не успел я открыть рот, чтобы сказать хоть слово, как один из рабочих подхватил с пола какой-то предмет, похожий на огурец серебристого цвета, который разрезали вдоль и соединили посередине перекладиной. Вот за эту перекладину рабочий и держал «огурец» так, что не возникало сомнений — он держит оружие.

Подавившись непроизнесённой фразой, я изо всех сил прыгнул в сторону, валясь за распечатанную ячейку с телом, а там, где я только что стоял, сверкнула молния, вспухло бордовое пятно, и в воздухе запахло озоном. Предмет в руках рабочего действительно оказался каким-то энергетическим оружием.

Упав, я выхватил иглопистолет и, не глядя, выстрелил поверх прозрачной ячейки в сторону рабочих, забыв о том, что где-то там рядом находится Клирик. Попал или нет, я не увидел, но услышал шлепок сильного удара и блестящий «огурец» упал прямо перед моим лицом. Не раздумывая, я схватил его за перекладину, оказавшуюся очень удобной рукояткой, с рельефным триггером под указательным пальцем, и выглянул над ячейкой.

Одни из рабочих лежал лицом вниз на полу, над ним стоял Клирик, видимо только что нанеся удар, а второй противник направил прямо в грудь Клирику ещё один «огурец». Я вытянул вперёд руку, державшую рукоять, нажал триггер, и яркая прерывистая полоса просто испарила верхнюю часть тела того, кто прицелился в Клирика. Луч плазмы сжег человеческую плоть и, ничуть не ослабев, пробил ближайший контейнер, спровоцировав лавинный разряд его энергоэлемента. Последовавший за этим взрыв оказался такой силы, что меня, Клирика и лежавшего на полу рабочего просто отнесло взрывной волной на несколько метров.

От неожиданности я забыл разжать пальцы, так что яркий луч продолжал терзать всё вокруг, пока раскалённый излучатель не обжёг мне руку, выбрасывая в стороны струи пара какого-то охладителя. Только тогда я смог рефлекторно отбросить в сторону чудовищное оружие.

— Эй, полегче! Смотри, что делаешь! — заорал Клирик, выбираясь из-под каких-то пластиковых листов.

Я вздохнул облегчённо — хоть напарника не зацепил в этой суматохе.

— Извини. Не ожидал такой мощи. Чёрт, он мне всю кожу на руке сжёг! — я с огорчением смотрел на вздувшийся рядом с большим пальцем волдырь на тыльной стороне ладони. — Что это было?

— Я откуда знаю? — всё ещё зло ответил Клирик. — По действию похоже на плазменное орудие армейского штурмовика, но по размеру больше смахивает на каминную зажигалку. Где-то тут была ещё одна такая штука.

Порывшись вокруг среди обломков, он поднял точно такое же оружие и принялся внимательно его осматривать.

— Ха, не удивительно, что ты получил ожог. Здесь индикатор перегрева есть, а ещё указатель уровня хладагента. Но я никогда не видел ничего подобного. С нашими лучевыми винтовками эта игрушка не имеет ничего общего! Прихватим с собой — пригодится. Ты как, сможешь дальше двигаться?

— Чем-то руку надо завязать и всё будет… — я увидел, как оставшийся в живых рабочий поднимается на колени с намерением всадить в спину Клирику какое-то лезвие.

Уловив запинку, Клирик отреагировал мгновенно — развернулся и выстрелил нападавшему прямо в лицо. На пол упало обезглавленное тело, не уронив ни капли крови — срез мгновенно запёкся от высокой температуры. Как и в моём случае, луч прошёл немного дальше, ударил в стену, отчего погасли несколько «снежинок», висевших в воздухе» и две лампы.

— Сильная штука…. На вот, возьми. — Клирик бросил мне аптечку.

Я приложил её к обожжённому месту, сморщившись от боли. Аптечка щёлкнула, ввела две иглы под кожу, что-то впрыснула и залила место ожога плёнкой заживляющего геля.

— Ага, спасибо, — отдуваясь, я отдал аптечку обратно Клирику. — Двигаемся дальше?

— Да. Здесь, кажется, просто принимали груз, сортировали его и отправляли дальше, во внутренние помещения станции. Вон там, какие-то большие ворота, похоже они ведут, куда нам нужно.

Ворота производили впечатление. Кому-то, кто строил станцию, ничуть не смущался глубиной в два километра и подошёл к делу с размахом. Широкий пандус, не силовой, а вполне материальный, покрытый грубо рифлёной резиной, входил в арку ворот и исчезал за ними. Прямо перед воротами, жёлтым светом — именно светом — на пандусе была нарисована стилизованная стрелка, указывающая направление.

— Пойдём, раз приглашают, — подмигнул мне Клирик и подошёл к голографическому пульту управления приводом гигантских створок.