Чтение онлайн

— Вы творите здесь настоящие чудеса, — сказал Дагнарус одной из врачевательниц, миловидной и достаточно привлекательной молодой женщине. — Я рад, что пришел сюда. Возможно, вы не поверите, — доверительно добавил он, — но я испытывал ужас перед этим местом. Вы развеяли мои страхи.

— Я рада, что нам удается лечить этих людей, ваше высочество, — ответила врачевательница. — А теперь, если вы соблаговолите пойти со мной, я покажу вам остальные помещения Приюта и затем отведу вас туда, где требуется ваша помощь.

— Но разве моя помощь не требуется здесь? — спросил Дагнарус, оглядываясь на понравившуюся ему палату.

— Нет, ваше высочество, — возразила стоявшая рядом Альтура. — Эти люди выздоравливают, и им вообще не требуется помощь. Больные и безнадежно больные находятся в других частях здания.

Дагнарус стиснул от досады зубы, но делать было нечего. Владыки и врачеватели провели его в обширную палату, где обстановка существенно отличалась от палаты выздоравливающих. Здесь лежали те, чьи болезни проявлялись в полную силу. Некоторые из них метались в лихорадке и бредили. У кого-то все тело покрывала сыпь. Кого-то рвало прямо в лоханки, подносимые служителями. Встреться они Дагнарусу где-нибудь на улице, он поплотнее прикрыл бы себе нос и рот платком и постарался как можно быстрее уйти прочь.

Но сейчас у него не было с собой платка, хотя принца и подмывало прикрыть рот рукавом. Он старался вдыхать как можно меньше воздуха, надеясь таким образом не допустить заразу внутрь.

— Удивляюсь, как вы способны выдерживать все это! — негромко произнес Дагнарус, обращаясь к молодой врачевательнице.

— Вы имеете в виду, как мы выдерживаем такое количество страданий? — спросила она, участливо посмотрев на него.

Разумеется, принц имел в виду совсем не это. Его удивляло, как врачеватели выдерживают зловоние рвоты и прочие подобные запахи, а главное — риск самим подцепить какую-нибудь смертельно опасную болезнь. Вот что имел в виду Дагнарус, но он не стал вдаваться в объяснения.

— Это трудно, особенно поначалу, — призналась врачевательница. — Но разве наши неприятные ощущения могут хоть немного сравниться с болью этих несчастных? Ни в коем случае. Вы вряд ли сможете представить, какое удовлетворение испытывает врачеватель, помогая людям сражаться с их ужасными болезнями и наблюдая, как с каждым днем у них прибавляется сил. И потом, какое счастье видеть, как выздоровевшая мать возвращается к своим детям или ребенок — к родителям.

— Но кто-то и погибает в этих сражениях, — сказал Дагнарус, пытаясь хоть как-то подавить в себе неприятные ощущения.

Ему казалось, что его сейчас вырвет и от зловония болезней, и от густого запаха лаванды.

— Да, бывает, что наши больные умирают, — твердо ответила врачевательница. — И это всегда горестно и печально, в особенности для их близких. Однако их смерть не настолько ужасна, как нам иногда кажется. Мы делаем все, что в наших силах, стараясь, чтобы их кончина была тихой и спокойной. Там, куда они уходят, их ждет освобождение от боли и страданий. Я находилась рядом со многими, кому с берегов нашей жизни открывались картины жизни загробной. Все они говорили о красоте, о чувстве безграничной любви, исходящем от кого-то, кто безгранично велик и бесконечно добр. Иногда те, кто по какой-то причине избег смерти и вернулся в наш мир, буквально рыдали от горя, что им не было позволено туда уйти.

Дагнарус промолчал, не желая разрушать прекрасные иллюзии врачевательницы. Он видел смерть на поле битвы — ничего, кроме пропасти, куда падала душа, навеки пропадая во тьме. Интересно бы знать, каким зельем они поят умирающих, если у тех появляются столь сладостные видения?

— Ну что ж, — сказал принц, заставляя себя приободриться и рассчитывая найти человека, болезнь которого не слишком опасна. — Дайте мне тряпку и лохань с водой, и я займусь облегчением страданий.

— Место вашего служения находится не здесь, ваше высочество, — с суровым видом произнесла Владычица Альтура. — Безнадежно больные лежат в других палатах.

— Иди ты в Пустоту, — пробормотал Дагнарус, который сейчас с удовольствием отправил бы Альтуру к безнадежно больным.

Торжественная процессия двинулась дальше. Принца повели по длинным коридорам в дальний конец здания, отгороженный от остальных помещений. Молодая врачевательница туда не пошла, объяснив, что не обладает достаточными знаниями, позволяющими ей входить в ту часть Приюта. Видя ее искреннее огорчение, Дагнарус подумал, не тронулась ли она умом.

Коридоры были пусты. Лишь иногда навстречу попадался какой-нибудь целитель. Дагнарус шел и напряженно думал, пытаясь найти способ избежать этого опасного испытания, не повредив при этом своим замыслам. Чем ближе подходили Дагнарус и его сопровождающие к палатам неизлечимо больных, тем отчетливее слышали отчаянные, душераздирающие вопли и дикие нечленораздельные крики. У принца вновь схватило желудок; ему стало трудно дышать. Впервые у него мелькнула мысль все бросить и отказаться от своего замысла.

Он представил, как поворачивается и бежит прочь. Дагнарус знал, что за этим последует: его навсегда заклеймят как труса. Солдаты, служившие под его началом, станут открыто насмехаться над ним. У них будет полное право сказать, что его брат прошел это испытание с честью и мужеством. И Дагнарус тоже мог бы его пройти.

Принц скрипнул зубами и зашагал дальше.

Владычица Альтура постучала в плотно запертую решетчатую дверь. Дверь отворилась. На пороге их встретил врачеватель, которому на вид было около сорока лет, — статный, обаятельный человек с располагающей улыбкой.

— Мы уже ждем вас, ваше высочество, — сказал он. — Прошу, входите, и да войдет благодать богов вместе с вами.

Дагнарус едва слышал слова врачевателя, поскольку их заглушали ужасающие крики, долетавшие откуда-то из глубины помещений. Подобные крики принц уже слышал на поле битвы, когда стрела ударяла солдату между ног или он получал удар копьем в живот. Но такие раненые быстро затихали.

Врачеватель держал дверь открытой, ожидая, когда Дагнарус перешагнет порог. И принц сделал шаг, собрав все свое мужество, буквально по кусочкам извлекая его из всех закоулков своего существа. Вслед за ним вошли трое Владык, которым предстояло наблюдать за действиями Дагнаруса. Каждый из них в свое время побывал здесь, проходя свои испытания, и потому они знали, чего ожидать. Лица всех троих оставались совершенно бесстрастными.

«Хорошо им, — с горечью подумал принц. — Магические доспехи, конечно же, защищали их и от заразных болезней».

Войдя в палату, Дагнарус мысленно послал Владыкам искреннее проклятие. Еще в дверях он заметил на руке целителя характерные белые пятна — ранние признаки проказы.

Дагнаруса передернуло. Все внутри него настоятельно требовало бежать отсюда. Запах смерти и крики больных переплелись в один жуткий комок. В следующее мгновение он обнаружил, что человек с белыми пятнами на руке помогает ему сесть на деревянный табурет.