Чтение онлайн

— Мама, — Дагнарус осторожно прервал ее тираду, — госпожа Мабретон не знает нашего языка.

— Еще как знает, — возразила королева. — Все эльфы знают. Просто они делают вид, что ничего не понимают, чтобы шпионить за нами. Впрочем, сейчас это уже не имеет значения. Она уехала, и с глаз долой. Мне и так надоело глядеть на нее. Замухрышка какая-то, серая мышь.

— Уехала? — Дагнарус почувствовал, как кровь отлила от его лица.

В сердце сразу стало пусто. Зная, что внезапная перемена в его лице не ускользнет от матери, принц наклонился якобы за тем, чтобы найти гребень, выпавший из ее волос. Усилием воли он совладал с лицом.

— Что значит «уехала», мама? — спросил Дагнарус с напускной небрежностью. — Отправилась через Портал к себе на родину?

— Этого я не знаю, — ответила королева Эмилия, вновь обращаясь к зеркалу и охорашиваясь после тягот сегодняшнего утра. — И знать не хочу. А ты куда уходишь?

— Спешу воспользоваться твоим советом, мама, и пойду к Врачевателям, — объяснил Дагнарус. — Прошу меня простить. Мне что-то опять стало нехорошо.

— Возможно, я могу от него заразиться, — забеспокоилась королева после ухода сына. — Живее, зажгите курительные палочки и принесите мне разрезанную дольку чеснока, чтобы я могла обезопасить себя его запахом. Живее, дамы!

— Сильвит! — крикнул Дагнарус. — Сильвит, да куда же ты подевался? Послушай, госпожа Мабретон уехала!

— Да, ваше высочество, — сдержанно отозвался эльф. — Я разыскивал вас, чтобы сообщить об этом.

— Но куда? И почему? Она вернулась к себе на родину? Что произошло? Это из-за мужа?

— Успокойтесь, ваше высочество, — негромко посоветовал эльф, показывая глазами на открытую дверь спальни принца.

Дагнарус оценил благоразумие своего камергера и замолчал, однако спокойнее не стал. Он налил себе бокал вина и залпом выпил. Теплое вино приятно разлилось по телу, дойдя до сердца, успокаивая кровь и возвращая принцу способность разумно воспринимать окружающий мир.

Сильвит выглянул из комнаты и внимательно оглядел коридор. К счастью, в это предполуденное время там не было ни души. После этого он плотно закрыл дверь.

— Рассказывай, — велел Дагнарус. — Куда она уехала?

— Госпожа Мабретон ранним утром покинула двор. Она отправилась в свой дом на берегу реки Хаммеркло.

— Значит, она не поехала в Тромек!

Дагнарус облегченно вздохнул. Радость его была настолько велика, что на мгновение силы оставили его, и ему пришлось опереться о стол.

— Почему она уехала? Из-за моей матери?

— Не могу сказать, ваше высочество.

— Нет! О боги! — Дагнарус сам ответил на свой вопрос. — Она ведь уехала из-за меня! Из-за меня! Она любит меня и боится своего сердца. Подай мне сапоги и плащ!

— Ваше высочество, — укоризненно сказал Сильвит, — вам нельзя действовать впопыхах. Остановитесь и задумайтесь. Ее сопровождают отряд солдат, а также слуги. Своими неосмотрительными действиями вы лишь ввергнете госпожу Мабретон в беду. Ваше высочество, подобное безумство будет стоить вам сражения.

Последние слова эльфа показались Дагнарусу здравыми. Они дошли до его сознания сквозь плотный туман счастья, окутавший его. Да, то была битва, то была война. Госпожа Мабретон отступила, бежала от него. Значит, он все-таки нашел брешь в ее ледяной броне. Первой мыслью принца было спешно броситься в погоню и взять добычу, однако он понимал, что этим может погубить все. Вначале надо обследовать местность, оценить силы врага, противостоящие ему, и только потом уже разрабатывать стратегию.

— Ты прав, Сильвит. Мне необходимо узнать, где находится этот дом, расположение его помещений, возможное местонахождение стражи, численность солдат и место в доме, где спят слуги. — Но тут же лицо Дагнаруса помрачнело. — Боюсь, это невыполнимая задача.

— Не такая уж невыполнимая, ваше высочество. Один из слуг господина Мабретона служил и у его покойного брата. Он снабдит меня ответами на ваши вопросы.

— Это не вызовет у него подозрений?

— Обязательно вызовет, но он умеет держать язык за зубами. Он это делает много лет подряд, выполняя приказание другого господина.

Дагнарус впился глазами в Сильвита, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь сквозь бесстрастное выражение его лица.

— Ты хочешь сказать, что он шпионит за своим хозяином?

— Скажем лучше, ваше высочество, что он служит более могущественному хозяину, чем господин Мабретон.

— Понимаю. Он шпионит в пользу Защитника Божественного. Но ты же говорил, что господин Мабретон верен Защитнику. Зачем же шпионить за ним?

— Защитник ценит верность господина Мабретона, ваше высочество. Он настолько ее ценит, что не устает получать подтверждения этой верности.

— Понимаю, — усмехнулся Дагнарус. — Представляю, что ты порассказал Защитнику про меня.

— Я рассказал ему, что вы — хороший солдат, блестящий командир и... последователь магии Пустоты.

Дагнарус вскинул брови и откинулся на спинку стула.

— Какая Пустота, Сильвит? О чем ты толкуешь? Это же религия ведьм и колдунов. Темная, зловещая религия, если верить хотя бы половине того бреда, который несут о ней маги.

— И религия принца тоже, ваше высочество, — сказал Сильвит, доставая из сундука теплый плащ и расправляя складки. Он поднял плащ и осмотрел его на свет — нет ли дырок, проеденных молью. — И еще — это религия одного увлеченного молодого мага. Не бойтесь, ваше высочество. Я ведь тоже умею держать язык за зубами. Никому, кроме Защитника, я не сказал об этом ни слова. Думается, вполне правильно, что он знает все о человеке, с которым намеревается в один прекрасный день вступить в союзнические отношения.

— Что же это за один прекрасный день? — сразу же спросил принц.

— День, когда ваше высочество станет королем.

— И когда такой день наступит? — потребовал ответа Дагнарус.

— Это выбирать вашему высочеству, — ответил Сильвит.

Дагнарус умолк, но его молчание таило опасность. Наконец он сказал:

— Допустим, ты прав. Но мне не нравится, чтобы кто-либо имел надо мной такую власть, Сильвит.

— Потому-то я и сообщил об этом вашему высочеству. Я сообщил вам о том, что мне известно, а также о том, как я поступил с известными мне сведениями. Как ваше высочество поступит со мною сейчас — решать вашему высочеству. Я мог бы заверить вас в своей верности и молчании, но если ваше высочество не доверяет мне, мои заверения бессмысленны. А если ваше высочество мне доверяет, заверения не требуются.