Чтение онлайн

Неожиданно все эти рассказы стали жутко популярными и в Европе. Кто-то в правительстве отдал приказ отпечатать большую часть в виде брошюры, разослав текст губернаторам всех колоний, министрам и многим влиятельным лицам. Видимо, дошло даже до самого короля. То ли ему понравилась идея назвать в честь него форт, то ли захотелось сделать красивый жест на моем примере. Как минимум из-за известности и сопутствующих разговоров нельзя было запросто отдать захваченные земли. Тем более что в других местах особыми успехами королевские войска и ополченцы не блистали. Война шла без особых успехов и прорывов, на этом фоне наши победы выделялись чрезвычайно. В результате мне помимо поместья обещали королевский патент на звание майора с правом ношения мундира и пенсией. Неплохая карьера для недавнего бесправного слуги.

Но явиться за всевозможными замечательными благами я почему-то должен был не в Монреаль, а в столицу колонии Альбион город Акиндек. Какие-то интриги — подробностей полковник поведать не мог при всем желании. Его медвежий угол мало отличался от моего, и сам все больше на слухах основывался. Подсказать ничего толком не способен. Не по вредности, а по незнанию. Одно очевидно — отказаться от королевской милости немыслимо. И лучше не затягивать с отъездом.

— Я поеду с тобой, — сказали они в один голос.

Я посмотрел на Рут максимально укоризненно, пытаясь высказать без слов всю глубину ее глупости. Мало мне, что ходит в мужской одежде и с оружием. Еще и разбила голову особо любвеобильному типу, норовившему даже не шлепнуть по заднице, а просто за руку взять. Бзик у нее: не переносит мужских касаний. Понять можно, но не объяснять же всем причины. Во всяком случае, парни хорошо усвоили опасность приставаний. Как женщину Рут почти не воспринимают. Разве иногда новенький попадется. Фигуры-то под камзолом не спрячешь, с первого взгляда видно. А вот лицо откровенно отпугивает.

— С ним все однозначно, но тебя в каком качестве возьму?

— Я взрослая женщина, — поджав губы, заявила она, — вдова. Вольна в своих поступках.

Очень захотелось кинуть в нее чем-то тяжелым. И как я должен такое Жаку объяснить? Он и так не особо доволен моим нежеланием взять ее за шиворот и выкинуть в Де-Труа. Про репутацию при встречах не нудит, но так смотрит…

— Ступай и хорошо подумай. Я сам не представляю, куда и зачем еду.

— Хуже, чем было, точно не будет! — торжествующе заявила Рут.

И тут в дверь постучали и, не дожидаясь разрешения, сунулись ко мне сразу целой командой. Клод, Бернар, Рейс и даже Гринис.

— Возьми нас с собой, — с ходу по-простому рубанул Клод. — Посмотреть на мир охота. Да и денежки завелись, — засмеялся он. Не иначе, уже хорошо успел приложиться к кружке. Не такие уж и большие деньги, если посчитать. С католиками и чужими милиционерами, не из Де-Труа, и даже не из района Квебека, под тысячу человек под моей командой ходили. И даже не участвовавшие в боях получили определенный процент от общего дележа. Патрули были не менее важны, и требовалась заинтересованность. Платить им всем город не имел в казне средств. В основном раздавали меха и всевозможное имущество, которое еще требовалось продать. Вот в этом мероприятии Ян со своими связями точно нелишним окажется. Может, потому в компанию и напрашивался. С каждого за посредничество немалый куш выйдет.

— И тебя, сержант?

— У меня контракт не пожизненный, еще в позапрошлом году закончился. Я давно вольная птица.

Ага, и вот зачем мне сдался артиллерист?

— Да ладно, — сказал я, разводя руками, — странно было бы отказываться от проверенных парней, нюхавших порох и полезных. — Собирайтесь. Прокатимся на шхуне за государственный счет. На месте посм'oтрите, что к чему. Может, еще и назад вернетесь.

Там в любом случае медом не намазано и с распростертыми объятиями не ждут. Но каждый должен набить пару шишек самостоятельно, прежде чем осознает простую истину. Говорить сейчас такие вещи абсолютно бессмысленно. Они уже не дети малые и должны самостоятельно соображать.

Глава 2

Новый Амстердам

— А вот и наш Лорд, любимчик судьбы и само совершенство, — просипел Бэзил.

Он почему-то считал личным оскорблением отсутствие у меня морской болезни. По реке и озерам еще ходил нормально, но стоило выйти в море — и слег окончательно. Не ест, все время его выворачивает. И обвиняет в этом не собственный организм, а всех вокруг. На это желчи хватает.

— Добрый день, месье Глэн, — поприветствовал: мы не одни.

— Издеваешься. Какой такой добрый?

Между прочим, я его с собой не звал. Этот прохиндей натурально умудрился если не город под себя подмять, то повесить на всех кучу долгов. За исключением мелочи, практически все получаемое ополченцами, считая и выкупы пленных, достаточно быстро попадало к нему в мошну. Совсем честно — в общую. Город отстраивался после разгрома, форты нуждались в гвоздях и досках, возводились склады, и все это требовало участия нашей совместной компании. Когда-то жители Де-Труа начали соглашаться на каркасные дома с парочки складов, потом стало прибавляться все больше, и уже стоит сто двенадцать самых разных зданий — от домов до мастерских. В кратчайшие сроки бригады ставят новое здание. Насобачились возводить скоренько с пустого места.

По мне, ему бы и дальше сидеть и за ниточки дергать, глядишь, самым богатым в округе станет, — но вдруг Глэн тоже воспылал желанием перебраться на побережье. Вряд ли стадный инстинкт, как у большинства остальных моих сопровождающих. Имея начальный капитал, а загнав в Канаде немалое количество полученных от индейцев мехов и поделив, мы получили уже немалую тяжесть в карманах, можно свое дело открыть. Правда, я не представляю пока, чем заниматься. Да и особо не задумываюсь.

— Берег уже виден, — попытался его утешить.

Кроме бала у губернатора самой северной колонии, на котором чувствовал себя деревенским вахлаком, не умеющим себя вести и двигаться (танцев благородных тоже не знал), я постарался избегать официальных приемов. Но будучи по рождению пэйви, не мог себе отказать в посещении части приемов без лишней публики. Солидные люди искренне выражали восхищение, готовы были помочь, завязывались на будущее полезные знакомства, и всей компанией мы питались за чужой счет. Заодно и практика в общении с так называемыми цивилизованными людьми. Это которые не вытирают нос рукавом и не плюют табачной жвачкой на пол. Ну еще в курсе последних событий в колониях и метрополии.