Чтение онлайн

— Можно поближе к сути вопроса? — попросил я.

— Погоди, не перебивай, — отмахнулся Литвин, — а то с мысли собьешь.

— Ну?

— В общем, на той планете секта Чистильщиков была, прям, ну очень популярной. Настолько, что часть гарнизона и даже комендант планеты были в числе Чистильщиков.

— И, конечно же, четверо скаутов их всех порубили на фарш?

— Нет, — покачал головой Литвин, — порубили в фарш как раз их.

— Охренительная история! — заключил я. — Теперь я понял, что такое кукла! Спасибо.

— Да погоди ты! Я еще не досказал! — воскликнул Литвин. — Так вот. Трое скаутов вернулись в город после того боя и узнали, что их товарища, «ожившего» в клоне, вновь грохнули. Причем прямо на улице города.

— Почему?

— Потому, что он «оболочка», пустышка. Чистильщики уверены, что у клона нет души, и ему не место среди людей.

— Так, а «кукла» — это что?

— А кукла — это когда человека оживляют за чужой счет. К примеру, нас трое в отряде, ты сдох, а мы пришли в клон-центр и заплатили за твое оживление. Вот только те, кто платит за процедуру, могут заказать дополнительные, так сказать опции.

— Это какие, например?

— Например, клону подавляют волю, он становится послушный и безучастный ко всему, прямо как «кукла».

— Ну, наконец-то, выяснили! — вздохнул я с облегчением. — И что, Чистильщики не трогают кукол?

— Некоторые не трогают, а некоторым плевать кукла ты или не кукла. К примеру, Ангелы зарежут любого, кто выйдет из клон-центра. Освободители не трогают только женщин-клонов.

— Что еще за Ангелы и Освободители?

— Это ответвления Чистильщиков.

— Класс! Эти сволочи еще и на подвиды делятся! — хмыкнул я.

— Ну, типа того.

— И как их отличить друг от друга? — поинтересовался я.

— Все Чистильщики, вне зависимости от принадлежности к какому-то течению, носят на одежде знак — крест. Обычные Чистильщики, те, которые не трогают «кукол», обычно одеваются в белую одежду и крест у них красный. Ангелы вроде с белым крестом. Освободители с черным. Желтую одежду с черными крестами носят «Изначальные» — эти рвут всех, кто хоть какую-то модификацию провел. Считают, что «тело — это храм божий и негоже человеку его похабить». Короче, завалят, даже если у тебя деревянный глаз или протез вместо руки.

— Конченные, одним словом. Но хоть по одежде можно понять, кто есть кто… — резюмировал я.

— Ага, хрена с два! — улыбнулся Литвин. — И обычные Чистильщики могут резать клонов направо и налево, если почувствуют, что они — сила. А вообще, все зависит, как я и говорил, от того, насколько шизанутый у них старейшина. Как он решит, так и будет.

— Интересно, есть ли на Хрусте Чистильщики? — задумчиво поинтересовался я.

— Есть, 100 %, — ответил Литвин, — правда, не знаю, как они относятся к «куклам».

— Да без разницы, — мрачно заметил я, — если я буду один, без вас, то улыбаться и пускать слюни не вариант — могут вальнуть на всякий случай.

— Это да. С нами еще хоть какие-то шансы есть от них отделаться. Даже без драки. Но я бы посоветовал тебе восстановить индивидуальную внешность. Если просекут твой номер или имя, пока ты в клоне — жизни не дадут.

— А откуда они узнают, что я клон? Ведь внешне буду выглядеть как обычный человек.

— Инквизиторы вычисляли людей, которые оживали в клонах и восстанавливали свою индивидуальную внешность. Инквизиторам плевать, как ты выглядишь — умер, значит умер.

Час от часу не легче! — буркнул я.

Литвин замолчал, думая о чем-то своем, скручивая палки, я продолжил снимать шкуру, размышляя над услышанным. М — да… Тут Литвин прав — слишком мало, как оказалось, я знаю о колонистах и их привычках. Жаль. Если бы знал — подождал бы с продажей квартиры и наймом. Почитал бы, подсобирал информацию. Сколько бы проблем удалось избежать? Ну, да ладно, чего уж жалеть? Что сделано, то сделано.

— Литвин!

— Ммм?

— А что те трое скаутов? Как их убили? Они действительно попытались перебить всех Чистильщиков?

— Нет. Они захватили штаб, грохнули коменданта и сообщили обо всем происходящем в центральный офис корпорации.

— И что дальше было?

— Корпорация прислала отряд своих скаутов, своих наемников, еще и военных Земли, вроде как, подключили к операции. Но прибыли они слишком поздно — тех скаутов, что отправили сообщение, успели сжечь как еретиков. Планету зачистили, глав секты повесили, а рядовые члены разбежались. Потом прибыла новая волна колонистов и уже те подготовили планету к заселению, перебили остатки сектантов.

— Печальная история…

— Зато, вроде как, правдивая…

Мы продолжили трепаться о том и о сем, пока, наконец, я не закончил работу.

— Все, справился! — сказал я.

— Что, снял шкуру?

— Ага.

— Молодец!

— Служу Хрусту! — хмыкнул я. — Что там с «НКВД»? Долго еще варить будет?

— Сейчас гляну, — Литвин поднялся на ноги и направился к пещере, в которой мы и установили бак.

— Через пять минут заканчивается цикл! — крикнул Литвин.

— Хо! Это что получается — мы пробалаболили пять часов, что ли? Долго я с медведем проковырялся. Ну, ничего, сейчас загрузим новые шкуры. А старые надо будет высушить… Ты рамок наделал?

— Да, пока восемь штук сделал.

— Отлично. И кстати, а разве ты не должен был сменить Шендра?

— Я спрашивал, он собрался досидеть до полуночи, потом я его подменю.

— Когда моя вахта? — поинтересовался я.

— Твоя — самая мерзкая, — хмыкнул Литвин, — с трех ночи и до утра.

— М — да, — покачал я головой, — повезло.

— Без обид. Не специально получилось! — в следующий раз твоя вечерняя будет, Шендра ночная, а я наутро зайду. Будем смещаться.

— Договорились. Тогда давай сейчас привяжем шкуры к рамам и идем ужинать, тебе потом на смену, а я спать.