Чтение онлайн

Круглый год здесь идет подковерная борьба, заключаются союзы, распадающиеся еще до первой совместной операции, верстаются невыполняемые планы, идет Игра.

Босс-Хаус не вмешивается в наведение внутренних порядков — это прерогатива самих жителей и шерифа. Главенствующий клан отвечает за охрану подходов, гашение внешних беспредельщиков и расширение зоны влияния Доусона — ведь чем больше людей ездит на рынок по надобностям и делам, тем более пригожа населению городка текущая власть.

Кроме того, главари занимаются распределением канального ништяка. Тут пока данных очень маю. Однако я уже знаю, что из ежедневной топливной поставки в одну бочку ровно сто двадцать литров горючего раздается населению по какому-то «коренному списку», — наверное, это связано с подписями к Главному Договору, что-то типа конклава отцов-основателей. С таким раскладом не пошутишь… Может, и ошибочно, но мне представляется, что Доусоном управляют кланы матерых торговцев и ремесленников, которым по-житейски удобно держать под боком две конкурирующие силы, перекладывая на них все траблы бытия.

— При желании та же Герта достаточно быстро может собрать свою армию человек из восемнадцати, если не больше: многие наемные рабочие и поставщики за нее встанут. Так же и все остальные, — откладывая в сторону обглоданную грудинку, ответил ирландец на мой вопрос о причине такого авторитета. — А что будет, если три такие частные армии объединятся? Вот где сила.

— И ты можешь выставить? — провоцирующе усмехнулся я.

— Нет, я не могу, Тео, не та еще степень влияния, авторитет пока мал, я ведь недавно работаю, — признался собеседник. — Человек семь от силы.

Я мысленно присвистнул.

Теперь понятно, почему в городке относительно спокойно, а классические пьяные отморозки не безумствуют в родном гнездышке, предпочитая, очевидно, действовать жестко лишь на бескрайних оперативных просторах правобережья Амазонки. Наиболее рьяных и наглых давно развесили по палисандровым виселицам.

— Жаль, что вы сегодня уезжаете, — сказал Бонанза. — У меня в амбаре имеется отличный закуток для гостей, две большие кровати, шкаф, стол со стульями. Клянусь, ни цента не взял бы с тебя, хороший ты парень, белорус!

— Не можем, Джо, план есть план… — уныло посетовал я. — Да и с лодочником договорились за пять патронов, а это очень много, сам понимаешь.

— Надул вас наглый лодочник, убей его в голову! Тут найдется с десяток готовых отвезти вас за пару патронов!

С лодочником мы действительно договорились. «Клевер», пройдя левым берегом мимо Старого Порта, тихо встал за маленьким островком в пяти километрах ниже Доусона. На другой берег нас перекинула Катрин на «Зодиаке», и этим «лодочникам» очень не понравится, если мы задержимся с появлением на берегу хотя бы на пять минут. По-хорошему, мне бы отойти под предлогом да передать по рации ОК на борт корвета, от греха…

Воинственный альфа грозился при первых же подозрениях подойти вплотную к Доусону и с помощью двух пулеметов и миномета разобрать городок по бревнышкам. Впрочем, бревенчатых зданий тут не так уж и много, гораздо больше сделанных из бамбука. Есть и щитовые строения.

Народ в «Бомбей Пегги» начинал прибывать.

— Отлить бы надо, — проинформировал я кореша, вставая с лавки.

Шествуя к известному заведению, прошел мимо цветного объявления на стене, извещающего, что электричество в зале включается только в восемь вечера, с началом музыкальной и танцевальной программы. Тогда же в зал спустятся готовые на все девочки и резко скакнут цены на спиртное.

Воспользоваться рацией я не успел, услышав истошные крики снаружи.

«А вот и мой друг пришел», — сразу подумалось мне, и ошибки не случилось.

Когда выскочил во двор, я увидел замечательную картину. Возле двух опрокинутых столов стояли трое скандинавов, так мне показалось, один из которых безуспешно разглаживал заплывший глаз, и негр — явно одна компания, серьезно заряженная на горячую драку. Рядом лежали и корчились два крепко ушибленных посетителя и один служка из таверны. На земле виднелись пятна крови.

Напротив четверки красовался одинокий Гоблин.

Ну, красавец! Хоть картину пиши: Конст. Васильев, ау!

Если у меня кожаночка была по-итальянски стильной, тонкой мягкой кожи, то на Сомове громоздилась черная толстокожая байкерская косуха с широкими серебристыми молниями, встроенными защитами и красными лейбаками. С правой стороны у сталкера висела кобура «люгера», с левой — старый добрый «хаудах» в глубоком чехле. Ножики у нас с Мишкой почти одинаковые, спайдеровские клипиты: у меня «милитари», у Сомова — солнцевско-братковский «полис». И в холодно-оружейном плане мы с ним самые что ни на есть паиньки и скромники. Население Доусона гордо носит здоровенные тесаки «боуи» с колхозной полировкой. Но не надевать же мне было абордажную саблю!

Крепко его местный базар завел. Сначала я сам хотел обследовать интересный объект, но решил оставить его Гобу. Ассортимент, спрос, цены и торговые перспективы — важная тема, да не ключевая. Прежде всего мне нужно было представить инфраструктуру городка и устройство общины, внутренние расклады и внешние векторы, опасности и магниты. А ассортимент базарный я и позже узнаю, Сомов расскажет и покажет. Как только в себя придет.

Напряжение — на высшей точке. Когда он успел только зацепиться — ведь только-только подошел… Всегда найдет.

— Поединок, сейчас будет поединок! — радостно орал хором собирающийся поддатый народ. Невзирая на мелкий дождик, люди бодро выстраивались в кружок вокруг места предполагаемой схватки. Быстро и энергично растолкав соседей по толпе плечами, я протиснулся вперед и выскочил на площадку.

— Это и есть твой знаменитый дружок, разведчик базаров? — прохрипел знакомый голос из-за спины. Бонанза умудрился не отстать от меня и стоял рядом. — Его не Арнольдом зовут, Тео?

Сейчас Сомов действительно напоминал Шварценеггера, только тот, пожалуй, подобрее в кино выглядел. Я не вникал, что именно тут только что произошло, да и какая теперь разница: наших бьют — мочи всех подряд, Спасатель! Противники у Сомова были более чем опасными, вот что важно. Здоровые накачанные лбы, не ниже его, агрессивные опытные бойцы, сразу видно. Впрочем…

— Знаешь, я поставлю на твоего Майкла, — недолго думая, решил видавший виды ирландец и тут же скрылся в кабаке.