Чтение онлайн

— Это я, я! — воскликнула я в ответ, тормоша ее. — Ты как? Куда он тебе попал?

— Не знаю, — прохныкала Лариса. — Я ничего не чувствую.

— Встать можешь? — Я потащила ее за плечи, стремясь поднять. Лариса засучила по бетону ногами, затрепыхалась у меня в объятиях и в конце концов встала. Мы подошли к потоку света, льющемуся из окна. Гвоздь, как оказалось, торчал из сумочки. Расстегнув замок, я увидела, что он завяз в деревянном сердце — любимой игрушке Ларисы.

— Оно из железного дерева. Так нам сказали, — всхлипывая, проговорила Лариса. — Женя, а где он?

— Он отдыхает, — пробормотала я, смахнув ладонью испарину со лба. — Уф, ну ты и везучая, однако. Вечно везде лезешь, и все беды с тебя как с гуся вода.

— Я, я, ты мне перед уходом из дома сказала же: возьми самое ценное и деньги, — проговорила Лариса. Ее глаза смотрели мимо меня на ноги убийцы, торчавшие из-за стола.

— Ох, Лариса, под ценным я подразумевала драгоценности, — вздохнула я печально. — Никто в качестве платы за еду и ночлег не взял бы этот кусок деревяшки, но спасибо, что ты все-таки его взяла.

Откуда-то с улицы послышались милицейские сирены. Стрельба наверняка была слышна во всем районе. Звуки сирен приближались. К ним примешался рокот двигателей. Судя по звукам, сразу несколько машин подъехали к цеху. Захлопали открываемые и закрываемые дверцы. Топот ног. В цех компактной группой ворвался милицейский спецназ. Нам в лицо ударили лучи нескольких фонариков.

— Оружие на землю! Руки вверх! При сопротивлении открываем огонь на поражение.

— У меня нет оружия, — еле слышно пропищала Лариса. — Я простой человек.

Несмотря на ее заверения, милиционеры заломали и ее, действуя по привычке жестко и без лишних слов.

— Я требую адвоката, — вяло пошутила я, когда мне надевали наручники.

Подошли врачи с носилками. На них погрузили находящегося в бессознательном состоянии убийцу. Мне удалось рассмотреть, что из его тела торчали оба моих метательных ножа, правая рука прострелена в двух местах, прострелено бедро левой ноги. Значит, я не промахнулась, как думала ранее. Убийца просто был нечеловечески живуч и вынослив. Когда врач сорвал с него маску, я лишилась дара речи, сообразив, что преследовавший нас человек — Степан Неделькин. Как же он мог так поступать со своей беременной женой?!

В голове все перемешалось. Хорошо, что Лариса, отвлеченная разговором с молодым милиционером, не видела лица мужа. Она повернулась только, когда его унесли.

Осматривавшая меня врач обнаружила на шее скользящие царапины от дроби, несколько дробин в спине под кожей, а рана в плече привела ее в замешательство.

— Вам кто ее обрабатывал?

— Один военный врач, — буркнула я, — из спецназа.

— Ну, тогда ладно, не буду ее трогать, — проговорила она.

Я подозвала следователя местного РОВД и попросила созвониться с Земляным Вячеславом Юрьевичем из Тарасова. Следователь, сидевший за столом мастера участка, хмуро посмотрев на меня, набрал на своем сотовом продиктованный номер.

Земляной был несказанно рад узнать, где мы. Он сразу распорядился, чтобы нас освободили от наручников, но отпускать до его приезда запретил.

— Где-то я ваше лицо раньше видел, — задумчиво барабаня по столу пальцами, пробормотал следователь. Его карие глаза неотрывно смотрели на меня.

— А я в телешоу участвовала «Как стать миллионером», — соврала я. — Еще в рекламе снималась всяких прокладок, жвачек.

— А-а, — протянул следователь, мрачнея от упоминания рекламы. — У меня-то глаз наметанный, людей сразу запоминаю.

— Я так и поняла, — улыбнулась я в ответ. Мне-то физиономия следователя была хорошо знакома. Не так давно он принимал участие в штурме частного дома в Карасеве, где я скрывала своего клиента. Пришлось тогда немного намять им бока. Наши ориентировки после памятного боя крутили две недели по всем каналам ТВ и печатали в газетах: «особо опасные, склонные к терроризму и другим общественно опасным поступкам. При обнаружении стрелять на поражение» — примерно так.

Где-то через час приехал измученный постоянным недосыпанием Земляной. Щурясь на меня красными глазами, он хрипло спросил:

— Охотникова?

— Да, это я. Вам бы выспаться, Вячеслав Юрьевич. Скоро забудете, как вас зовут, — обрадовалась я.

— Точно подмечено, — вздохнул Земляной, присел за стол напротив карасевского следователя, плюхнул на стол свою папку и усталым голосом проговорил: — Так кто мне объяснит, что произошло?

— Вячеслав Юрьевич, может, оставим допрос до завтра? Здесь беременная женщина, — я указала на Ларису, а та, уловив мою мысль, сделала вид, что на грани обморока. — А если роды начнутся, что тогда? — продолжала я.

— Я что, зря сюда перся посреди ночи? — сварливо спросил Земляной, сдвигая на нос очки и глядя на меня поверх них.

Я предложила ему пообщаться тет-а-тет.

Следователь нехотя согласился, попросил своего коллегу сопроводить Ларису к машине и закрыл за ними дверь.

— Ну, что у вас припасено, Евгения Максимовна, рассказывайте.

Я пересказала следователю события последних часов. Выслушав, он в нервном возбуждении забегал по комнате, повторяя:

— Степан, Степан, даже не верится. Но зачем? Что же, из-за какой-то страховки порешить жену и еще не рожденного ребенка? А мне никто не доложил.

— Он без сознания, и его никто не опознал, — ответила я невесело. — Лариса была так напугана, что не стала смотреть на него. Она еще не знает, представляете? Не знаю, как ей теперь сообщить.

— Да, дела, — поддакнул Земляной. — Ну, подготовьте ее как-нибудь, что ли. Не дело, если кто-то из наших ей скажет. Лучше, чтобы вы. Ладно, оставим допросы до того времени, как Неделькин придет в себя. Куда вас отвезти?

— Есть тут одно надежное место, — проговорила я задумчиво. — А Каримов? Вы получили мою информацию?