Чтение онлайн

— А-а, вы вон какие серьёзные? — спросил вожак номер один.

— Оп-па, а это кто такие? — отвлёк нас вожак номер два, щурясь вдаль так, что его глаза превратились в совсем уж узенькие щёлочки.

А оттуда, из той линии, в которую сливалась гладь озёрного льда с цепочкой гор, с воем и гулом приближалось серебристое облако, в котором угадывались сигарообразные силуэты.

— Что там у вас? — спросил Сокол.

— Кажись, с Листвянской базы отряд на аэросанях идёт. Летят прям, усилины врублены на все деньги.

— Ну вот, поплавали! — расстроился Дашков.

— Да погоди ты, э! — рассеянно ответил ему второй вожак, продолжая высматривать приближающихся.

Дашков от этого снова пришёл в весёлое расположение духа и расплылся до ушей. Дескать — гляньте-ка, сколько смешных парнишек!

Облако надвинулось совсем близко, аэросани въехали в круг техноблокировки, винты их мгновенно заглохли, издав затухающее «у-у-у-у», а из вытянутых корпусов (не обращая внимания на то, что часть машин наехала друг на друга) начали выскакивать до зубов вооружённые люди и брать в кольцо обе конные банды.

— Чё, вот так прямо? — обалдело спросил вожак номер два.

— Э, капитан! — рявкнул я так, что бурятские лошадки (ко всему привычные) слегка вздрогнули. — Куда?! Куда?! Ты не в ту сторону воюешь! Это дети местные!

К полынье, не переставая угрожающе пасти пространство автоматами, пробилось несколько человек во главе с неизвестным мне капитаном.

— Кстати, — конспиративным шёпотом сказал ему я, — высока вероятность, что ваши железяки могут не сработать. Вы находитесь в зоне подавления технических устройств.

— С другой стороны, — философски сказал Серго, — там чему отказывать? Одна рабочая деталь…

— Вот она и не сработает, — поддержал дискуссию Дашков.

— Когда будете проверять, не цельтесь в мою сторону, — предупредил Сокол. — Хорошее время прибытия, капитан. Зайдите в дирижабль, спросите стюарда, он вам выдаст обезвреженную диверсионную группу. Их нужно срочно доставить в Иркутск и сдать Третьему отделению с рук на руки. И ещё нам нужна бригада техников для поисков мелких техноблокирующих артефактов, застрявших в обшивке дирижабля.

— Или в корпусе! — тревожно подсказал Дашков.

— Или в корпусе, — покладисто согласился Сокол. — Выполняйте. Да перестаньте вы в этих парнишек целиться! Пусть лучше ваши люди форсируют вопрос поиска.

Оба вожака осторожно выдохнули.

— Чё хотели, дети? — спросил их я.

— Да мы же это… Типа соревнование у нас, — первым отмер вожак номер один.

— Но, — согласился второй.

— Договорились же между ихней и нашей стороной посередине Байкала встретиться, — дальше пояснил первый.

— Но, — снова кивнул второй.

— Так-то пока не запряг, — сказал я.

Первый поглядел на второго и начал ржать.

— А чё стоите-то? — спросил я. — Хотели соревнования — давайте. У нас тут праздник нынче, — тут я увидел, что из дирижабля выводят повязанных инков и рявкнул: — Эй, капитан! Вон те кули брезентовые не забудьте, там трупы!

— Так-то, смотрю, широко гуляете, — оценил вожак номер два.

— А чего они? Мы тут выпиваем-закусываем, никого не трогаем…

— Правда что! — согласились оба вожака и переглянулись. — Так-то мы это нормально приехали!

Вслед за отрядом на аэросанях почти сразу прибыла пара скоростных дирижаблей из Иркутска, следовавших точно по нашему маршруту в надежде найти повреждённый «Феникс».

Ну, в общем-то, несмотря на свою максимальную простоту, стратегия оказалась удачной. К этому моменту кто-то трезвый догадался выставить сигнальщиков, и дирижабли зависли вне техноблокирующей зоны.

— Ну теперь мы точно прилетим на свадьбу вовремя, — сказал Сокол, — даже если «Феникса» к завтрашнему утру поднять не получится. Гуляем!

То есть, раньше — это так, разминочка была…

Пару часов спустя.

За оцепленным кругом, в котором продолжали работать техноблокирующие артефакты, развернулся бурятский лагерь. Раскинулись толстые войлочные скатки. Появилась еда — простая походная, но весьма сытная — сушёно-вяленое мясо и твёрдый сыр, который мне знаком был ещё по Средней Азии, только там он назывался «курд», а здесь «хурууд». Встречался мне такой сыр и в Монголии. Не все его любят, а мне нравится, в дороге так вообще здорово.

А ещё появился алкоголь. Беловатого цвета тарасун, который местные гонят из забродившей сыворотки кобыльего молока. Даже на вкус эта молочная водка слегка отдавала простоквашей и показалась мне слабее обычной пшеничной — зато её было просто море. А учитывая, что парни начали угощать нас, а Дашков в ответ — их (своими нескончаемыми запасами), я начал опасаться, что никакого кулька протрезвинок не хватит.

Но сперва — соревнования!

Подозрения мои, что две молодёжных банды хотели просто от души подраться, оказались напрасными. Нет, драки тоже были, обязательно, но потом. А сперва — конные скачки, борьба, стрельба (из луков, между прочим). В это время кухонные работники с «Феникса» вынесли и установили на льду три здоровенные жаровни, пристроили котлы-решётки и принялись готовить угощения на всю огромную толпу, вызвав у соревнующихся и глазеющих небывалый прилив энтузиазма. Мишка Дашков, оказавшийся в центре этой круговерти, был совершенно счастлив.

Казалось, что народу стало уже втрое против прежнего — интересно, как у них тут новости расходятся? Или кто-то тупо в подозрительную биноклю посмотрел — по льду-то прямая видимость — и поспешил присоединиться?

Появились ещё жаровни, нам притащили целое блюдо вкуснющих бурятских бууз, которые в Иркутске по-простому называют позами. Музыка играла, крутились по льду какие-то мудрёные хороводы…

Три весёлых князя смотрели на сие внезапное народное гулянье, посмеиваясь. Этакие умудрённые жизнью пенсионеры снисходительно наблюдают за молодыми щенками. Посмотрим, как вы соревноваться полезете, когда тарасун по крови как следует разойдётся. Не утерпите же!