Чтение онлайн

– Сам придумал? – прочитав, спросил Неволин.

– Вообще-то, Гашек. Я немного переделал. Он писал про воспитание и порку. Понравилось?

– Остроумно. А если генерал увидит?

– Он уже видел. Ничего не понял и похвалил. Ну, что, идём?

Денис заглянул сегодня к Угарову по его просьбе. Утром Андрей позвонил и сказал, что надо бы встретиться. «Нет проблем, – ответил тот, – сразу после совещания заскочу». Управление собственной безопасности раскинуло свои владенья прямо над актовым залом Главка, где и проходило заседание. На нем, кстати, объявили секретный приказ о начале в городе операции «Вихрь».

Покинули управление через центральный вход, спустившись по парадной лестнице, вдоль которой на пахнущих свежей краской стенах висели полотна живописцев. В основном, патриотической направленности. И в основном, бездарные. По задумке генерала, устроившего сей вернисаж, картины должны вдохновлять сотрудников на борьбу и повышать их эстетический уровень. В коридорах тоже висели работы современных мастеров, а холлы украшали скульптурные композиции, отчего Управление внутренних дел больше смахивало на Третьяковскую галерею. Не хватало только экскурсоводов, бабушек-смотрителей и табличек, что ничего нельзя трогать руками.

Когда свернули за угол Большого дома, Угаров кивнул на стоящую Неволинскую «девятку» и спросил:

– Менять не думаешь?

– Пока нет. На будущий год, может.

– У нас опер тачку собирается брать, если хочешь, предложу. А ты себе новую купишь.

– Прикину.

– Она на тебя, кстати, оформлена?

– На Юльку. А что?

– Нам депешу спустили, составить списки сотрудников, владеющих машинами. Борьба с нетрудовыми доходами. Будем выявлять мздоимцев и клеймить калёным железом, пока не очистим ряды от скверны.

Последнюю фразу Угаров произнёс, разумеется, с иронией.

– Генерал придумал? – уточнил Денис.

– А кто ж ещё?…Классно он по телеку заливает, заслушаешься. Борец с тамбовцами. Ты б его хоромы в области видел. Поговаривают, эти самые тамбовцы и отстроили.

– Какие меры ожидать ещё?

– За бугор без его визы отпускать не будут. Обидно. Мы с Алкой только в Чухню [6] собрались прокатиться на машине. Шмоток прикупить, да и просто погулять, в аквапарке поплавать. Теперь, боюсь, придётся отложить. У тебя с Юлькой как? Ты говорил, цапаетесь.

– Не сыпь мне соль в нирвану, – нехотя ответил Денис, – к собственной тени ревнует. Деньги, вроде приношу, на стороне не гуляю… Почти. Чего ещё надо?

– Дарю бесплатный совет. Таскай с собой фен на батарейках.

– На фига?!

– Как прикрытие. Парень из нашего отдела придумал. У него тоже жёнушка за каждым шагом следит. Он ей грузит, что по вечерам халтурит на тачке. Она ему на мобильник каждые полчаса звонит, проверяет, не у бабы ли? Он тут же фен включает. А у фена шум, как у движка. Слышишь, родная? Я за рулём. В пробке застрял… Молодец, я б до такого не додумался!

– Мне этот вариант не поможет. Я не халтурю.

– Так и он не халтурит!

С разговорами опера дошли до кафе, находящимся ниже уровня океана, то есть, в подвале дома. Угаров взял два по сто пятьдесят коньяка, кофе и бутерброды с красной икоркой.

– Короче, такое дело, – начал он, когда они уселись за свободный столик, – о, погоди. Давай сначала за мир во всем мире.

– Прекрасный тост.

Они чокнулись и выпили.

– Так, вот, – продолжил Угаров, поставив рюмку, – у вас в районе есть оперок один молодой. В нашем бывшем отделе работает. Кривцов. В твоём кабинете, кстати, сидит.

– Да, знаю такого, – подтвердил Денис, – и что?

– Мальчик развит не по годам, – Угаров скользнул глазами по кафе, – молодой, да ранний. Не стесняясь старших, лезет в чужую конюшню. Причём борзо лезет. Так нормальные люди не делают. Всегда можно договориться по-людски, а не пальцы гнуть. Согласен?

– Согласен.

– Надо бы этого ухаря осадить немного. Удалить с поля за игру высоко поднятой клюшкой. Пока «чистые руки» в разгаре. Чтоб знал своё место… Я на него подсобрал кое-что, но маловато для удаления. Ты к нему поближе, понаблюдай… С мужиками потолкуй осторожно. Короче, сам знаешь, не маленький…

– Ты чего, вербуешь меня? – иронично уточнил Денис.

– Вербуют немножко иначе, старик. Для начала выкладывают на стол кучу говна, а потом уже разговаривают по-деловому… Ну, что, приглядишь за юношей?

– Пригляжу… Кабинет он себе не слабо обставил. Как в салон радиотехники заходишь.

– И не только кабинет… Может, ещё коньячку?

– Нет, и так башка после ночи гудит, да на совещании ещё добавили. Спать поеду, – Неволин доел бутерброд и допил кофе, – я слышал, ты в РУБОП перейти собрался?

– Да, – скривив губы, кисло подтвердил Андрей, – здесь сучьё время какое-то настало. Все стучат друг на друга по чёрному… Как бы самому под разделку не попасть. А в РУБОПе место предлагают. И главное, РУБОП генералу нашему бравому не подчиняется. Другое ведомство.

Угаров сходил к стойке, расплатился и вернулся.

– Вот ещё что… Вчера на вашей земле мутотень одна приключилась.

Ехали знакомые мужики на джипе. Часов в восемь. На перекрёстке притормозили, а тут боец с гранатомётом. В них целится. Они из тачки выскочили, прямо в грязь завалились. А у бойца осечка вышла. Повезло. Этот хрен смылся. Мужики, конечно, в ментуру не заявляли. Но подозрение имеют, по чьему заказу в них целились.

– По чьему?

– Есть такой отморозок. Марчелло. Слыхал, наверно.

– Само собой, – улыбнулся Денис.

– Это в его стиле. Если вдруг прихватите, имейте в виду этот эпизод. Мужики сейчас из города свалили, но если что, подъедут. Отблагодарят по полной.

– Хорошо, буду иметь…

Пусть побегают… От студента с тубусом.

– Не знаешь, случайно, как СКА вчера сыграл?

– Нет. Я не слежу.

Простившись с Угаровым, Неволин сел в машину, запустил двигатель, но не поехал, ожидая, когда тот немного прогреется. Ну, и надо немного придти в себя после ударной дозы коньяка, чтоб не въехать в столб.